Пинито Бенавентуро и его призрак

Пинито ворчливо разрешил, но не больше одной. Лиза открыла коробку, выбрала за хвост мышь пожирнее, и отпустила её над аквариумом. Серая мышь плюхнулась в воду среди водорослей и принялась отчаянно перебирать лапками. Не прошло и двух секунд, как на звук тонущей жертвы бросились три мускулистые оранжевые рыбки. Их острые зубы без предисловий разорвали мышь на две части. Одна проглотила голову, две другие боролись за туловище. Вода в аквариуме окрасилась сочным красным цветом. Это зрелище завораживало Лизу. Она находила это красивым, ибо это было самое средоточие жизни.

Затем она выключила в спальне свет, уселась на стул у изголовья кровати и закурила сигаретку. Они поговорили немного о лепидоптерологии, поскольку оба увлекались бабочками. Сначала они говорили о непальском паруснике, затем об особенностях узора на задних крыльях тропических данаид в сезон дождей.

Спустя час Лиза сказала Пинито, чтобы он молчал. Пинито послушался. Он отвернулся к стене и попытался заснуть. Он очень хотел спать, ведь за прошедшие пять дней проспал едва ли больше часа.

Глаза Пинито закрылись. Лиза сидела во тьме, закинув ногу на ногу. На плече с ней была её сумка. Во тьме тлел алый кончик её тонкой сигаретки.

Минуты шли за минутами. Лиза сидела напротив широкой прозрачной стены с видом на Баракуда-сити. Она жевала жвачку и курила сигареты почти без перерыва потому, что очень нервничала, несмотря на свой спокойный вид. Огни небоскребов за стеклом помогали ей быть в тонусе. Она помнила, что жизнь не кончается в этой спальне и утром они (она верила в это) снова вольются в эту общую суетную жизнь.

Через час после того, как Пинито замолчал, под обоями стала осыпаться штукатурка. Пинито мгновенно открыл глаза и повернулся к Лизе. Она схватила его за плечо и знаком приказала молчать. Лиза смотрела на сумрачную стену. Свет от уличных небоскребов освещал спальню так, что можно было различить на обоях силуэты бабочек. Но Лиза искала на стене другой силуэт. Не отрывая взгляда от стены, она медленно достала из сумочки полый металлический стержень сантиметров сорок в длину. Это был необычный стержень. С одного конца он был заострен как стрела, а посередине откручивался по резьбе. Лиза сжала эту стрелу в правой руке, направив острый конец от себя.

Обои сыпались штукатуркой секунд двадцать. Затем под ними что-то стало меняться. Еще секунда-другая и на обоях четко выступил силуэт человека. Пинито тут же бросило в пот. В его сердце снова воткнули иглу. Он схватился за грудь и стал задыхаться от удушья.

Лиза не смотрела на Пинито. Она смотрела на стену. Выждав момент, когда силуэт стал опускаться к полу, она привстала со стула, медленно опустилась на колени и одним рывком резко воткнула стержень в обои, в том месте, где у силуэта было сердце.

Пинито упал на пол. Он по инстинкту полз к выключателю.

Лиза, суматошно приговаривая «сейчас, сейчас», провернула стрелу в стену поглубже, облизала пересохшие губы и принялась откручивать заднюю половину стержня. Резьба поддалась легко. Несколько быстрых движений и стержень стал вдвое короче. Лиза подставила эту вторую половинку под ту, что была в стене. Из стержня полилась черная блестящая жидкость. Её было немного. Когда вытекла последняя капля, темный силуэт под обоями полностью исчез. Лиза быстро закупорила заполненную половинку стержня жвачкой.

Она тут же встала, резко оборачиваясь назад. Пинито лежал на полу в двух шагах от неё. Она наклонилась к нему.

— Ты в порядке?

Пинито молча кивнул. Чтобы это ни было, сердце оно отпустило.

— Ты закончила? — со страдальческой улыбкой спросил он.

— Почти — покривила Лиза губами — Сейчас нужно еще кое-что сделать. Тебе придется потерпеть.

Она усадила Пинито в кухню за круглый стол из красного дерева. Из сумочки она вытащила два ритуальных кинжала с рукоятью из слоновой кости, где были выгравированы страшные змеи. Кинжалы вместе с закупоренным стержнем она разметила на столе перед Пинито.

— Что ты собираешься делать? — спросил он, чувствуя себя неуютно. Так, словно ему собирались вырвать зуб.

— Мы должны избавится от твоего призрака — отвечала Лиза, набирая в чайник воды из под крана.

После она включила газовую конфорку и поставила чайник на плиту. Затем уселась напротив Пинито.

— Есть у тебя масло подсолнечное?

— Зачем тебе?

— Увидишь.

Пинито послушно достал масло из буфета. Он сидел на табурете напротив своей коллеги по работе и не верил своим глазам. Разве эта та Лиза, которую он знал столько лет?

Пока чайник не закипел, Лиза стала объяснять.

— Призраки не могут бродить просто так. Он соединен с тобой уже давно.

— Чего? — разинул рот Пинито.

— Когда ты рассказал ту историю с братом, я сразу поняла, в чем дело.

— Так это та старуха? — Пинито побледнел.

— Это уже давно не старуха. Этот призрак живет в тебе. Он с тобой, когда ты на улице или на работе.

— О чем ты говоришь, черт возьми?

— Он не может с тобой слиться. Отсюда боли в сердце. Его нужно вытащить из тебя, чтобы вы оба не мучились.

— Как же ты его вытащишь?