Вдохновение не всегда может быть хорошим. Весь сюжет покажет свою темную, кошмарную сторону, ведь он зависит от души Писателя. Когда-то светлая душа почернеет, а вместе с ней и каждый персонаж станет адской тварью. Сюжет той жизни резко прервется. Начнется новая книга. Старые страницы будут вырваны. Чернила заменит кровь. Ненужные персонажи будут вычеркнуты из нового сюжета. Придя один раз, Дьявольская Муза больше никогда не уйдет. К чему же это приведет еще маленького, неопытного птенчика?
457 мин, 28 сек 19605
— Уже совсем скоро. Я чувствую, как сильно Господин хочет вас увидеть. Вас долго не было, и Господину никак не удавалось вас найти. Что-то случилось? Или вы просто решили от него сбежать?-
— Я?! Сбежать?! Ты считаешь меня каким-то трусом?! Это он должен меня бояться! Без меня его бы вообще не существовало. — хотелось со всей силой столкнуть Рыбеху в воду за такие наглые слова, но я не должна трогать Деток, иначе они кинутся на меня, словно спущенные с цепи псы. Это сейчас они более безобидные на вид… Тот испугался моего повышенного голоса и притих, спрятав свое лицо за волосами. Сбежать… Да как он вообще посмел такое сказать?! Разве я должна бояться того, что… Нет, не хочу снова вспоминать ту свою большую и глупую ошибку… Теперь все это, как паразит, не дает мне спокойно жить, а хочет только причинять дикую боль, а потом сожрать изнутри.
Спустя какое-то время, которое прошло в тишине и без лишних слов, впереди, на берегу показалась какая-то фигура, а лодка замедлилась и остановилась рядом. Это мучающаяся здесь душа убитого ребенка. Маленький мальчик сидел на камнях, крепко держа хрупкими ручками самодельную удочку. Детское тело давно побледнело и наполовину сгнило, лишь руки с головой пока оставались целыми. Под рваными лохмотьями с бурыми пятнами виднелись ребра и позвоночник. Грустное личико смотрело на воду и дергающуюся нить удочки. Заметив лодку и меня, ребенок поднял голову.
— Зачем ты пытаешься что-то поймать?— спросила я, явно не интересуясь ответом. Я бы и вовсе не обратила на душу внимания, но иногда приходится им в чем-то помогать, чтобы пройти дальше. А помогаю я всегда «в своем стиле».
— Я очень голоден. Я хочу кушать. Не хочу больше мучиться от голода. Я уже давно сгнил и стал невкусным, поэтому хочу поймать хотя бы маленькую рыбку, чтобы покушать. Но у меня нет наживки… Помоги мне, и я тебя пропущу. — тоскливо вздохнув, он потянул на себя удочку и достал из воды пустой серебряный крючок, с которого капали кровавые капли. А вот тут мне и особых усилий не надо прилагать. Хочешь кушать? Нужна наживка? Неизвестная Никому все тебе обеспечит!
— Я могу тебе помочь. — я наклонилась вперед, выхватив из ледяных ручек нить с крючком. Дальше рука быстро схватила ненужную мне лягушку и, крепко держа дергающееся липкое тельце, поднесла его к острому наконечнику.
— Ч-что вы делаете?! Не надо, прошу вас! Мы можем договориться!— в панике вопил Принц-лягушка, пытаясь выскользнуть из моей руки, но моя давка была сильнее, а слои бинтов спасали от смертельного яда, загубившего здесь многих. Глазное яблоко в ужасе спряталось за мое плечо. Ему повезло, потому что я приберегла его для другого момента своего пути. Рыбеха спокойно наблюдал за моими действиями, даже не пытаясь помочь лягушке.
— Ты никогда не сможешь дать мне что-нибудь стоящее, как и другие. — с этими словами вонзаю наконечник крючка в лягушачье брюшко. Крючок прошел насквозь, из брюшка полилась темная кровь с какой-то слизью. Он все еще дергал всеми лапками и отчаянно хватался за последние мгновения своей не шибко разнообразной жизни. Какое жалкое зрелище, он все равно на что-то надеется. Многие хотят, чтобы я так же мучилась, не могла больше бороться за жизнь и с трудом делала последние вздохи. Больше всего этого хочешь теперь ты, жалкая подделка…
— Вот тебе наживка, пропуская меня. Удачной рыбалки. — кидаю крючок с умирающим тельцем лягушки в воду.
— Ва-а-а! Спасибо большое! Теперь я точно что-нибудь поймаю и покушаю!— пустые глаза мальчика загорелись от радости. Он резко стал веселым и улыбнулся. После этого лодка сдвинулась с места и поплыла дальше по течению. Рыбеха, я и глазное яблоко продолжали смотреть на дрыгающего ножками мальчика. Удочка начала сильно дергаться. Что-то в воде буквально тащило ко дну крючок с «особой» наживкой.
— Я поймал! Поймал! Теперь я не буду мучиться от голода!— кричал и громко смеялся мальчишка, изо всех сил вытягивая на себя удочку с пойманной добычей. Еще неизвестно, кто утолит свой голод…
Внезапно на берег, к мальчику, из реки выскочила огромная рыба, напоминающая своим видом акулу. Острые и зазубренные, как бритва, зубы сразу же бросались в глаза. На этой рыбе уже не было видно дефектов в виде людских черт или конечностей. Проглотив тушку лягушки, рыба разинула огромную пасть и кинулась на удивленного мальчика. Обе челюсти крепко схватились за детское туловище и начали грызть хрупкие кости. Вместо того, чтобы кричать во все горло от страха и боли, мальчик начал радостно и даже безумно смеяться. Рыба жевала его и постепенно проглатывала, а мальчик и не думал сопротивляться, лишь выкинул свою удочку.
— Я?! Сбежать?! Ты считаешь меня каким-то трусом?! Это он должен меня бояться! Без меня его бы вообще не существовало. — хотелось со всей силой столкнуть Рыбеху в воду за такие наглые слова, но я не должна трогать Деток, иначе они кинутся на меня, словно спущенные с цепи псы. Это сейчас они более безобидные на вид… Тот испугался моего повышенного голоса и притих, спрятав свое лицо за волосами. Сбежать… Да как он вообще посмел такое сказать?! Разве я должна бояться того, что… Нет, не хочу снова вспоминать ту свою большую и глупую ошибку… Теперь все это, как паразит, не дает мне спокойно жить, а хочет только причинять дикую боль, а потом сожрать изнутри.
Спустя какое-то время, которое прошло в тишине и без лишних слов, впереди, на берегу показалась какая-то фигура, а лодка замедлилась и остановилась рядом. Это мучающаяся здесь душа убитого ребенка. Маленький мальчик сидел на камнях, крепко держа хрупкими ручками самодельную удочку. Детское тело давно побледнело и наполовину сгнило, лишь руки с головой пока оставались целыми. Под рваными лохмотьями с бурыми пятнами виднелись ребра и позвоночник. Грустное личико смотрело на воду и дергающуюся нить удочки. Заметив лодку и меня, ребенок поднял голову.
— Зачем ты пытаешься что-то поймать?— спросила я, явно не интересуясь ответом. Я бы и вовсе не обратила на душу внимания, но иногда приходится им в чем-то помогать, чтобы пройти дальше. А помогаю я всегда «в своем стиле».
— Я очень голоден. Я хочу кушать. Не хочу больше мучиться от голода. Я уже давно сгнил и стал невкусным, поэтому хочу поймать хотя бы маленькую рыбку, чтобы покушать. Но у меня нет наживки… Помоги мне, и я тебя пропущу. — тоскливо вздохнув, он потянул на себя удочку и достал из воды пустой серебряный крючок, с которого капали кровавые капли. А вот тут мне и особых усилий не надо прилагать. Хочешь кушать? Нужна наживка? Неизвестная Никому все тебе обеспечит!
— Я могу тебе помочь. — я наклонилась вперед, выхватив из ледяных ручек нить с крючком. Дальше рука быстро схватила ненужную мне лягушку и, крепко держа дергающееся липкое тельце, поднесла его к острому наконечнику.
— Ч-что вы делаете?! Не надо, прошу вас! Мы можем договориться!— в панике вопил Принц-лягушка, пытаясь выскользнуть из моей руки, но моя давка была сильнее, а слои бинтов спасали от смертельного яда, загубившего здесь многих. Глазное яблоко в ужасе спряталось за мое плечо. Ему повезло, потому что я приберегла его для другого момента своего пути. Рыбеха спокойно наблюдал за моими действиями, даже не пытаясь помочь лягушке.
— Ты никогда не сможешь дать мне что-нибудь стоящее, как и другие. — с этими словами вонзаю наконечник крючка в лягушачье брюшко. Крючок прошел насквозь, из брюшка полилась темная кровь с какой-то слизью. Он все еще дергал всеми лапками и отчаянно хватался за последние мгновения своей не шибко разнообразной жизни. Какое жалкое зрелище, он все равно на что-то надеется. Многие хотят, чтобы я так же мучилась, не могла больше бороться за жизнь и с трудом делала последние вздохи. Больше всего этого хочешь теперь ты, жалкая подделка…
— Вот тебе наживка, пропуская меня. Удачной рыбалки. — кидаю крючок с умирающим тельцем лягушки в воду.
— Ва-а-а! Спасибо большое! Теперь я точно что-нибудь поймаю и покушаю!— пустые глаза мальчика загорелись от радости. Он резко стал веселым и улыбнулся. После этого лодка сдвинулась с места и поплыла дальше по течению. Рыбеха, я и глазное яблоко продолжали смотреть на дрыгающего ножками мальчика. Удочка начала сильно дергаться. Что-то в воде буквально тащило ко дну крючок с «особой» наживкой.
— Я поймал! Поймал! Теперь я не буду мучиться от голода!— кричал и громко смеялся мальчишка, изо всех сил вытягивая на себя удочку с пойманной добычей. Еще неизвестно, кто утолит свой голод…
Внезапно на берег, к мальчику, из реки выскочила огромная рыба, напоминающая своим видом акулу. Острые и зазубренные, как бритва, зубы сразу же бросались в глаза. На этой рыбе уже не было видно дефектов в виде людских черт или конечностей. Проглотив тушку лягушки, рыба разинула огромную пасть и кинулась на удивленного мальчика. Обе челюсти крепко схватились за детское туловище и начали грызть хрупкие кости. Вместо того, чтобы кричать во все горло от страха и боли, мальчик начал радостно и даже безумно смеяться. Рыба жевала его и постепенно проглатывала, а мальчик и не думал сопротивляться, лишь выкинул свою удочку.
Страница 103 из 128
