Письма. Итоги

Шерлок явно был очень пьян, подумал Джон. Он никогда не сделал бы ничего подобного в адекватном состоянии. Сколько алкоголя он плеснул в те коктейли? Джон никогда прежде не пробовал ничего подобного, поэтому  с удовольствием прикончил сразу три подряд. Это явно было ошибкой. Вот и сейчас, несмотря на то, что считал происходящее неправильным, он не отстранил от себя пьянющего в хлам Шерлока, а наоборот, прижал к себе еще крепче.

Шерлок грузно навалился на Джона, поднял голову и выдохнул ему прямо в лицо:

— Ммм… красивый… ты чудный, и я люблю тебя. Я сохраню тебя в живых… навсегда. Ты ведь будешь жить вечно? Для меня?

— Постараюсь, — улыбнулся Джон, и добавил, — ты пьян.

— Я? — Шерлок поднял голову и посмотрел на Джона. — На самом деле… может быть. Мои расчеты оказались… ошибочными. Вероятно, я пьян.

— Ты пил до того, как начал наливать мне?

— Конечно. Иначе, как бы я узнал, что они… годятся?

— И сколько ты выпил?

— Пять. Или шесть.

— Господи, мне нужно влить в тебя немного воды.

— Мы могли бы искупаться, — предложил Шерлок.

— Исключено, — твердо сказал Джон.

— Ты такой зануда, — сказал Шерлок и потерся головой о грудь Джона. — Но все равно очаровательный. Мой Джон, мой Джон, мой Джон. Навсегда, во веки веков, — невнятно и полусонно пробормотал Шерлок, а затем внезапно засмеялся. — Я хочу, чтобы ты тоже любил меня.

Небо перестало вращаться над головой Джона.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я хочу твое сердце, — пробормотал Шерлок. — Хочу, чтобы оно стало моим.

— Оно твое, Шерлок, — Джон сжал его плечи и попытался поднять голову Шерлока, чтобы посмотреть ему в лицо. — Я люблю тебя. Люблю.

Шерлок улыбнулся ему с пьяным снисхождением.

— Да?

— Да, — Джон сжал лицо Шерлока в ладонях. — Правда. Я люблю тебя.

— Правда, — решил Шерлок. — Ты написал мне письмо.

— Письмо?

— Да. Я выучил его наизусть. Как я жил без тебя? — изумленно проговорил Шерлок.

— Думаю так же, как и я без тебя. То есть — не слишком хорошо.

— Я скучал по тебе, — сказал Шерлок, снова укладывая свою голову на грудь Джону и немного прижимаясь. — Я так по тебе скучал. Я ведь рассказал тебе, правда? В письмах. Я рассказал тебе. Как скучал. Останься со мной навсегда. Джон, Джон, мой Джон…

Шерлок умолк.

— Обещаю, — сказал Джон, поглаживая Шерлока по волосам. — Я останусь с тобой навсегда.

Джон решил, что Шерлок уснул, и подумал разбудить его и отвести в дом, чтобы дать ему воды, но Холмс вдруг резко произнес:

— У тебя такое смешное имя.

— Мое имя?

— Джон. Джон. Джон. Нелепое имя.

— Сказал человек, которого зовут Шерлок.

— Джон, Джон, Джон, — нараспев повторял Шерлок. — От еврейского Йоханн, означающее «почтивший своим присутствием Яхве». На греческом — Иоаннес. И на латыни — Иоаннес. Первоначально использовалось, как кличка. Еврейское имя Ехохан — «Яхве щедр». С иврита на греческий, потом на латинский, но никто… никто из них не знал, что когда-нибудь это будешь ты. Джон.

Джон не знал, что сказать, поэтому промолчал.

— Держу пари, древнегреческое имя Иоаннес придумал тот, кто назвал пояс Ориона, — продолжил Шерлок, немного погодя.

Джон хмыкнул.

— Держу пари, ты прав.

— Я всегда прав. Я был прав насчет тебя с того момента, как встретил. «Это — он» — подумалось мне.«Я ждал его всю свою жизнь». И оказался прав.

— Ты очень пьян, — сказал Джон, горло которого перехватило от услышанного. — Тебе, вероятно, следует замолчать.

— Я пытался произвести на тебя впечатление. С Афганистаном или Ираком. Я впечатлил тебя?

— Это была самая горячая вещь, которую я когда-либо видел, — честно ответил Джон.

Шерлок удовлетворенно хмыкнул.

— Я знал, что ты хотел. И желал стать самым впечатляющим человеком, из всех, кто тебе встречался.

— Ты и стал им.

— Я скучаю по Лондону, — сказал Шерлок. — По Бейкер-стрит.

У Джона сжалось сердце.

— Тогда поехали домой.

— Пока… не знаю. Не могу. Я должен уберечь тебя.

— Я в порядке, Шерлок.

— Самая драгоценная вещь. Самая драгоценная вещь. Ты — мое сокровище.

— Хорошо, — твердо сказал Джон — потому что ты - мое.

Шерлок поднял голову и ослепительно ему улыбнулся.

— Я?

Шерлок выглядел приятно удивленным, и это едва не заставило Джона заплакать. Как Шерлок мог не знать?

— Конечно, — сказал Джон.

— Спасибо, — сказал Шерлок с восторгом, и поцеловал Джона в переносицу. — У тебя прелестный нос. Это нос Джона. Нос Джона: «Ioannes nasus» — сказал Шерлок и снова поцеловал кончик его носа.

Уотсон решил, что нужно идти в дом прежде, чем Шерлок… Шерлок убьет его всем этим.

— Ладно, — сказал он, убедившись, что его голос звучит весело и легко. — Пойдем внутрь. Тебе надо выпить немного воды, а затем мы ляжем спать.

Шерлок мягко скатился с него, потянулся и встал.

— Думаю, что коктейли были замечательными, — объявил он, нетвердо шагая в сторону дверей. — Это — успех.

— Ну, они, конечно, были весьма… впечатляющими, это уж точно.

Шерлок замер в дверях.

— Впечатляющими, — повторил он, поворачиваясь к Джону. — Хорошо. Я хотел произвести на тебя впечатление.