Пленить и властвовать

Глава 6. Ритуал с сюрпризом

«Наконец-то свободный день, и можно отдохнуть в одиночестве», — подумал Том, проснувшись ближе к полудню, и сладко потянулся. Белла с подружками упорхнула в СПА-салон, до вечера ее можно было не ждать, так что ему выпала прекрасная возможность побыть наедине с собой и вдоволь порефлексировать. Не то чтобы его тяготили встречи с читателями, светские приемы или беготня с женой по маггловским киношкам и прочее, но иногда хотелось одиночества. Полного. Когда Том становился самим собой. Не Волдемортом, не Томом Риддлом и не Томасом Дарком. Никем из них и ими всеми.

Откровенно говоря, нынешнее положение вещей ему нравилось: огромная магическая мощь вкупе с уютом семейной жизни и любимым делом — это ли не формула счастья? А еще он полон сил, привлекателен, и вокруг столько интересного.

Так, к примеру, Том обожал проводить время на озере Тахо и в Биг Суре, где долго бродил по окрестностям и обдумывал новые сюжеты, которые затем легко воплощались в романы, столь востребованные магглами и, как он знал, многими волшебниками. Не зря Генри Миллер и Джек Керуак — знаменитые маггловские писатели — так любили эти места. Здесь вдохновение словно витало в воздухе, ласкалось к чутким пальцам, неслышно садилось на плечи и нашептывало слова, которые, сплетясь причудливой вязью, превращались в очередную будоражащую людские души историю. Притягательное, исполненное жизненной силы место…

А с Беллой они любили бывать в Лагуна-Бич: бродили пешком по городу, обходили живописные деревушки у океана, славящиеся своими рыбными блюдами и вкуснейшим мороженым, сводящим с ума сладостным ароматом маленьких звонких ос, которых Том ловко сбивал щелчками в полете под веселое фырканье супруги. Отогнать настырных сластен надолго никогда не удавалось, и те раз за разом повторяли отчаянные попытки окунуться в ванильное лакомство. Мистер и миссис Дарк оставляли для них немного вожделенного десерта и отправлялись на пляж наблюдать, как раскаленное солнце устало опустится в океан и на черном небе вспыхнут алмазной россыпью звезды. Возвращались в гостиницу за полночь. По дороге Беллатриса собирала похожие на диковинных бабочек цветы, сплошным ковром устилавшие окрестные холмы, а Том тайком набрасывал на них Сохранные чары, чтобы жена могла подольше любоваться их не долгой, но изумительной красотой.

А вот Долину Смерти он невзлюбил сразу — уж слишком некоторыми своими пейзажами напоминала его в бытность Темным Лордом: выжженная пустыня, не способная взрастить ничто живое, мистическая, опасная и безнадежная; пересохший колодец бытия, глубины которого никогда не наполнятся живительной влагой; окаменелая душа, не ведающая жалости и сострадания…

Том не любил вспоминать себя прошлого: ни в детстве, ни в юности, никогда… Ему хотелось думать, что вся его жизнь состоит из блистательных «сейчас», где он наконец-то счастлив. Как ни крути, мелкий Малфой, сам того не ведая, отчаянным детским поступком сделал то, что не удалось бы, наверно, никому — Том категорически (даже в мыслях) не желал быть Темным Лордом. Хлопотно это, да и грязно. Ни тебе искренних поклонников, толпами следующих по пятам, ни свободы — следи за всеми, направляй, командуй, дрессируй… При воспоминании о бывших приспешниках у него даже зубы ныли — бездари, тупицы и трусы. Мысль об абсолютной власти довольно пленительна, когда она мысль. Воплощение же сулит немало хлопот и, как ни странно, обязательств, потому что достигнуть всевластия — это лишь начало; достигнутое нужно еще и сохранить. А Тому было лень. Вот лень и все. Пусть магической силы хоть отбавляй — не обязательно же использовать ее ради чего-то великого и ужасного. Можно просто жить и радовать себя, и делать что хочешь, не заботясь о последствиях. Например, в элитном «Cabana Club» рассуждать с умным видом о разных вещах с такими же как он знаменитостями, или отрываться по полной на танцполе в«Circus Disco» под дикие современные ритмы, всецело отдаваясь музыке и забывая кто ты есть, или подолгу плавать среди коралловых рифов, любуясь стайками ярких рыбешек и пугая заплутавших белых акул.