Пленить и властвовать

Глава 7. Темный Лорд vs Избранный, или Ты — мое дыхание

Кроме Снейпа никто признаков жизни не подавал, и Риддл решил немного осмотреться, а заодно унять легкий тремор в конечностях. Все-таки подобные потрясения бесследно не проходят. Даже для его могучего здоровья.

— Разлеглись тут, — процедил он, подбирая волшебную палочку Дамблдора и запихивая ее за пояс шорт. — Бузинная. Было ваше — стало наше. И кто же у нас такой смелый? — Том с любопытством оглядел разгромленный зал. — Старый маразматик, собака, трус, предатель, миледи… А это вы чего, Избранного в жертву принесли, что ли? — Бросил он взгляд на распростертого на алтаре Поттера. — Вот это правильно, вот за это хвалю. Что ж мне с вами делать-то? Заавадить, Круциатусами приласкать до того как заавадить или ну вас нахрен?

— Ну нас нахрен, милорд! — подсказал Северус, утирая холодный пот и преданно заглядывая Риддлу в глаза. — И чем скорее, тем лучше.

Откровенно говоря, никого пытать и авадить Том не собирался, но отказать себе в удовольствии нагнать страху не смог — зеленая физиономия Снейпа уж больно к тому располагала. Он уже собрался было заобливиейтить к чертям всю эту шайку во главе с Альбусом и вернуться домой, как вдруг дверь распахнулась, и на пороге появился тот, кого так желало его сердце и еще одна весьма значительная часть тела, которая тут же отозвалась приятным напряжением.

— Простите, сэр, — дрожащим голосом пролепетал Драко, быстрым взглядом оценивая обстановку, — это я во всем виноват. Отпустите их… Пожалуйста. И можете меня убить.

Риддл, одним прыжком перемахнув через алтарь, подскочил к нему и, расплывшись в совершенно дебильной улыбке, промурлыкал:

— Здравствуй, котенок! Что-то ты бледненький. Не хочешь ли отдохнуть на океанском побережье в непринужденной обстановке? Позагорать, расслабиться, поплескаться голышом среди радужных рыбок и все такое…

— Эм-м-м… штукатурка, — почему-то шепотом ответил Драко.

— Что? — не понял Риддл.

— Я не бледненький, это штукатурка. Вы чуть дом не обрушили…

— Я все починю! — поспешил успокоить его Том, ощущая некоторое дежавю, и привлек к себе, поглаживая по пояснице. — Так как на счет погостить у меня, пока мне не надоест?

— Это вы чего такое делаете? Это вы обжимаетесь, что ли? — прервал интимные переговоры Гарри Поттер, сползая с алтаря. — А чего без лютни? Нет, стоит ненадолго выпасть из жизни, и на тебе: они уже чуть ли не трахаются! Профурсетка ты, Малфой! Профурсетище! Убить тебя мало! Правильно меня Рон предупреждал. И про Снейпа, наверно, правду сказал? На мужиков постарше потянуло? Один, второй…

— Северус! — Полыхнул глазами Риддл, тут же припоминая Роново письмо. — Тебе прямо сейчас капец!

— Милорд, я все объясню…

— Да чего там объяснять! Трахаются они! Регулярно!

— Северус Тобиас Снейп! Ты с моим сыном… того?! — Люциус (до этого успешно сливавшийся с местностью) вскочил на ноги и, подбоченившись в лучших традициях мамаши Уизли, стал наступать на аманта с выражением «Умри, презренный!» на лице.

— Я ничего такого…

— Люци, успокойся, — зашипела Нарцисса, пытаясь за полу мантии утянуть мужа обратно на пол. — У нашего зятя приступ…

— Малфой не виноват! У Гарри синдром патологического ревнивца! — поддержала её Гермиона, осторожно высовываясь из-за алтаря. — Ему лечиться надо!

— О! Еще одна, — хохотнул Риддл. — Еще кто есть или на этом все?

— Том! Мальчик мой! — Отлип от пола прочухавшийся Дамблдор. — Это вправду ты? Ты все вспомнил?

— Вспомнил, можете не сомневаться, но сейчас не об этом. Быстро говорите, кто еще был у Драко, кроме почти покойного Северуса.

— Хватит! — потерял терпение младший Малфой. — Во-первых, я ни с кем никогда ничего. Во-вторых, — добавил он, обращаясь к Риддлу и понижая голос, — я совершенно не одобряю ваших действий той ночью. Совершенно!

— Тебе понравилось, — так же шепотом ответил тот.

— Я думал, это Гарри…

— Чего это вы там шепчетесь? Шепчутся они! Ну, всё, полигамный Хорек, готовься! Сейчас твоих любовников убивать буду!

— Прошу меня из списка на убиение исключить! Я невинен как дитя! — решительно заявил Снейп, предусмотрительно прячась за Люциуса, потому как выражение лица Поттера к открытому диалогу не располагало. Повезло еще, что волшебной палочкой тот тыкал пока лишь в Риддла.

— Ты на кого это палочкой машешь, паразит мелкий? — Том выхватил Бузинную, и его Авада прозвучала одновременно с поттеровским Экспелиармусом.

— Приори Инкантатем, — восхищенно выдохнул Дамблдор, любуясь редким явлением.