Фандом: Изумрудный город. Элли не будет сидеть сложа руки в городе Теней, а начнёт сразу же бороться за свою жизнь — только что обретённой магией. Но победить без помощи извне будет невозможно. Аларм, прилетев на помощь, пожертвует собой ради спасения Элли… и умрёт. Что он увидел? Почему вернулся? Причастен ли к этому отвратительный алхимик Парцелиус, или он — предатель? Автор размышляет, как можно было бы иначе объяснить этот эпизод истории…
66 мин, 48 сек 729
Одна фраза алхимика, казалось, придавила Аларма к земле невыносимой тяжестью. Всё стало как-то безразлично. Аларм чувствовал себя опустошённым, хотя жизнь продолжалась, и впереди было ещё столько невыполненных планов, незавершённых дел… Но Элли — и Парцелиус? Это невыносимо. Кто угодно, только не этот отвратительный старик.
Собрав последние крохи своей воли, Аларм поднял голову и твёрдо заявил:
— Этого никогда не случится. И убирайтесь отсюда.
Парцелиус и сам был рад убраться из Изумрудного дворца подобру-поздорову. Проскочив мимо застывшего на месте Аларма, он выбежал в коридор, пронёсся мимо изумлённых Элли, Страшилы и всех остальных, даже не кивнув на прощание, выбежал на площадь и вскочил на верного василиска.
— Полетели прочь отсюда, — сквозь зубы скомандовал он.
Аларм остался стоять посреди комнаты, не в силах поверить в то, что сказал ему алхимик. Ну почему всё было так хорошо только что, и теперь всё так плохо? Светлый день как будто закрылся одной громадной тенью. Хотя и не померк совсем, и всё вроде было как всегда…
За своими переживаниями Аларм даже как-то забыл о том, что поначалу волновало его намного больше: с кем разговаривал алхимик там, в каморке, и что он должен был сделать для этого «кого-то». Ему просто невыносимо было видеть эту отвратительную физиономию, слышать визгливый голос. Выпытывать, вытягивать по капле ответы на ещё и эти вопросы было бы ему сейчас не по силам — после такого. Впрочем, Парцелиус вроде сказал — через год, а за этот год… Аларм нехорошо усмехнулся. За год может произойти всякое. То, что Жёлтая страна, в которой он жил столько лет, обрела такого правителя, было мерзко, но и это можно исправить. То, что Элли… Было ещё более мерзко. Самое страшное было то, что её никто не заставлял. Хотя Аларм понимал: тут был просто наглый шантаж — или ты выйдешь за меня замуж, или не видать тебе твоих друзей. Элли выбрала первое. Но ведь это несправедливо! Наверняка и к Дровосеку Парцелиус не имеет никакого отношения. Разве он маг? Всё, что он может — это обещать. То, что он пытается делать, он делает руками других. Сам он ни на что не способен… Нет, надо выручать и Жёлтую страну, и Элли.
Из коридора доносились взволнованные голоса, но Аларм не чувствовал в себе сил выйти к друзьям. Да, они ждали его, но он не знал, сможет ли он смотреть в глаза Элли после того, что только что услышал. Ему будет больно её видеть. С другой стороны… А насколько трудно ей? Нет, он просто обязан ей сказать, что Парцелиус не имеет никакого отношения к тому, что он, Аларм, теперь снова здесь. И если алхимик начнёт качать права, то все вместе они найдут, что ему ответить.
Взяв себя в руки, Аларм наконец открыл дверь и вышел.
Дровосека облепили со всех сторон. Элли и Страшила держали его за руки, Дин Гиор с Фарамантом крутились вокруг. Все говорили одновременно, радостно сообщая последние новости. Железный человек не знал, кого и слушать. Элли смеялась вместе со всеми, но её не оставляло чувство тревоги: Парцелиус выскочил из комнаты Аларма как ошпаренный и даже не попрощался, а Аларм так и не выходил… Что же случилось? Она нервничала всё больше и больше. Неожиданно она услышала возглас Фараманта — что-то вроде «вот он» или«наконец-то», и обернулась.
Аларм стоял возле двери, со своей обычной серьёзной полуулыбкой глядя на друзей. Когда все обернулись к нему, он пошёл им навстречу, но Элли не могла понять: в нём что-то изменилось, но что?
Но тут же ей стало не до этого. С бессвязным восклицанием девочка бросилась навстречу другу, и он крепко обнял её. Все тревоги отступили. Что бы там ни требовал Парцелиус, это как-то отошло в прошлое. Главное, что и Аларм, и Дровосек снова были живы, они были прежними… Нет, стоп, ну что же так изменилось в Аларме? Элли взглянула ему в глаза и вдруг поняла, что не так.
— У тебя глаза изменились, — удивлённо выдохнула она.
Аларм с недоумением пожал плечами.
— Они теперь синие… — пояснила девочка. Синие глаза, глубокие, как океан…
Элли вся так и светилась неподдельной радостью, не было видно и тени тревоги — за всё то время, что Аларм был с ней знаком, это случалось очень редко. За руку юного рыцаря уже дёргал Страшила, и все были такие счастливые и радостные… На душе у Аларма стало легче, но не намного. Для него на казавшееся безоблачным счастье по-прежнему наползала тень.
Собрав последние крохи своей воли, Аларм поднял голову и твёрдо заявил:
— Этого никогда не случится. И убирайтесь отсюда.
Парцелиус и сам был рад убраться из Изумрудного дворца подобру-поздорову. Проскочив мимо застывшего на месте Аларма, он выбежал в коридор, пронёсся мимо изумлённых Элли, Страшилы и всех остальных, даже не кивнув на прощание, выбежал на площадь и вскочил на верного василиска.
— Полетели прочь отсюда, — сквозь зубы скомандовал он.
Аларм остался стоять посреди комнаты, не в силах поверить в то, что сказал ему алхимик. Ну почему всё было так хорошо только что, и теперь всё так плохо? Светлый день как будто закрылся одной громадной тенью. Хотя и не померк совсем, и всё вроде было как всегда…
За своими переживаниями Аларм даже как-то забыл о том, что поначалу волновало его намного больше: с кем разговаривал алхимик там, в каморке, и что он должен был сделать для этого «кого-то». Ему просто невыносимо было видеть эту отвратительную физиономию, слышать визгливый голос. Выпытывать, вытягивать по капле ответы на ещё и эти вопросы было бы ему сейчас не по силам — после такого. Впрочем, Парцелиус вроде сказал — через год, а за этот год… Аларм нехорошо усмехнулся. За год может произойти всякое. То, что Жёлтая страна, в которой он жил столько лет, обрела такого правителя, было мерзко, но и это можно исправить. То, что Элли… Было ещё более мерзко. Самое страшное было то, что её никто не заставлял. Хотя Аларм понимал: тут был просто наглый шантаж — или ты выйдешь за меня замуж, или не видать тебе твоих друзей. Элли выбрала первое. Но ведь это несправедливо! Наверняка и к Дровосеку Парцелиус не имеет никакого отношения. Разве он маг? Всё, что он может — это обещать. То, что он пытается делать, он делает руками других. Сам он ни на что не способен… Нет, надо выручать и Жёлтую страну, и Элли.
Из коридора доносились взволнованные голоса, но Аларм не чувствовал в себе сил выйти к друзьям. Да, они ждали его, но он не знал, сможет ли он смотреть в глаза Элли после того, что только что услышал. Ему будет больно её видеть. С другой стороны… А насколько трудно ей? Нет, он просто обязан ей сказать, что Парцелиус не имеет никакого отношения к тому, что он, Аларм, теперь снова здесь. И если алхимик начнёт качать права, то все вместе они найдут, что ему ответить.
Взяв себя в руки, Аларм наконец открыл дверь и вышел.
Дровосека облепили со всех сторон. Элли и Страшила держали его за руки, Дин Гиор с Фарамантом крутились вокруг. Все говорили одновременно, радостно сообщая последние новости. Железный человек не знал, кого и слушать. Элли смеялась вместе со всеми, но её не оставляло чувство тревоги: Парцелиус выскочил из комнаты Аларма как ошпаренный и даже не попрощался, а Аларм так и не выходил… Что же случилось? Она нервничала всё больше и больше. Неожиданно она услышала возглас Фараманта — что-то вроде «вот он» или«наконец-то», и обернулась.
Аларм стоял возле двери, со своей обычной серьёзной полуулыбкой глядя на друзей. Когда все обернулись к нему, он пошёл им навстречу, но Элли не могла понять: в нём что-то изменилось, но что?
Но тут же ей стало не до этого. С бессвязным восклицанием девочка бросилась навстречу другу, и он крепко обнял её. Все тревоги отступили. Что бы там ни требовал Парцелиус, это как-то отошло в прошлое. Главное, что и Аларм, и Дровосек снова были живы, они были прежними… Нет, стоп, ну что же так изменилось в Аларме? Элли взглянула ему в глаза и вдруг поняла, что не так.
— У тебя глаза изменились, — удивлённо выдохнула она.
Аларм с недоумением пожал плечами.
— Они теперь синие… — пояснила девочка. Синие глаза, глубокие, как океан…
Элли вся так и светилась неподдельной радостью, не было видно и тени тревоги — за всё то время, что Аларм был с ней знаком, это случалось очень редко. За руку юного рыцаря уже дёргал Страшила, и все были такие счастливые и радостные… На душе у Аларма стало легче, но не намного. Для него на казавшееся безоблачным счастье по-прежнему наползала тень.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 18 из 19
