Плыть по течению

— Что ж, мне кажется, что, найдя того, кто сможет помочь Гарри, мы заодно решим проблему с поиском учителя по Защите от Темных Сил, — заметил он, с удовольствием наблюдая, как выражение лица Мастера зелий меняется от сдержанности к облегчению и затем к неприкрытому отвращению, когда тот понял смысл слов директора.

— Альбус, только не…

Его прервал звук открывающейся двери и в кабинет вошел небритый, взволнованный, изможденный Рем Люпин. Несколько секунд трое волшебников молча смотрели друг на друга, пока, наконец, Рем не вздрогнул и вместо приветствия не взмолился:

— Дамблдор, скажите, что это неправда …

Северус фыркнул, не дав старику ответить:

— К сожалению, Люпин, мальчишка действительно слеп, как летучая мышь. Но зато благодаря этому ты снова в Хогвартсе, — бесцеремонно добавил он, бросив убийственный взгляд на Дамблдора, заставившего его просить о помощи, когда Люпин уже был буквально на пороге.

От небрежных слов Мастера зелий лицо Рема посуровело, и он уже было шагнул к давнему недругу, но взял себя в руки и пригладил седеющие волосы. Северус пожалел, что оборотень решил его игнорировать. Тот повернулся к Дамблдору и с болью в голосе произнес:

— Я сделаю все, чтобы помочь.

— Спасибо, Рем. Я знал, что ты согласишься. Обучением Гарри и всем, что для этого необходимо, занимается Северус. Он скажет, что именно требуется от тебя, — осторожно сообщил Дамблдор, взвешивая каждое слово, чтобы эти двое не взбунтовались, обнаружив, что им придется сотрудничать.

Люпин едва не раскрыл рот от удивления. На его лице явственно читался вопрос: «Почему Снейп?» Тот мрачно усмехнулся и поднялся, демонстративно стряхнув с мантии воображаемые крошки:

— Если ты закончил строить из себя деревенского дурачка, Люпин, следуй за мной, — высокомерно велел он и с королевским достоинством удалился из кабинета.

Рем нагнал его посреди коридора. Северус не знал, о чем они с директором разговаривали, но легко мог себе представить. Ему польстило, что в итоге для занятий с Поттером его предпочли Люпину, хотя тот был бы более очевидной кандидатурой. Благодарность за подобное доверие была вполне достаточной причиной, чтобы еще год терпеть общество оборотня и снова варить ему Волчьелычное зелье.

Люпин был готов слушаться и дать Поттеру то, чего не мог дать Северус.

— Ситуация такова, Люпин: Поттер слеп. Он видит только тьму. Надежды на восстановление зрения нет. Поэтому мы должны научить его, как жить с его слепотой и как с ней справиться, чтобы, когда придет время, он смог противостоять Волдеморту.

Рем вздохнул и осторожно спросил:

— Как он ослеп, Северус?

Что-то в словах оборотня заставило Снейпа взглянуть на него, и он неприязненно фыркнул:

— Как бы мне ни хотелось принять подобную честь, я не имею ни малейшего отношения к этому несчастливому инциденту. Во всем виноваты магглы. Надо сказать, они действовали весьма жестоко.

Люпин запнулся:

— Дурсли? но… как они могли?

Лицо Северуса помрачнело.

— Совсем нетрудно выместить раздражение на беззащитном, беспомощном ребенке, особенно если ты его опекун, — тон его слов позволил Рему предположить, ЧТО с Дурслями произошло потом и дрожь пробрала его до костей. Однако через несколько минут оборотень снова спросил:

— Как он справляется?

Теперь вздохнул Северус:

— Он приспосабливается так быстро, что удивляет даже меня. Он уже замечает малейшие изменения в воздухе и умело использует беспалочковую магию, чтобы найти одежду. Поттер достиг очень многого за невероятно короткое время.

Рем пристально посмотрел на Мастера зелий. Что-то в его голосе, в том, как он произнес это, позволило оборотню понять, почему Дамблдор выбрал именно Снейпа, эту нелюдимую летучую мышь, чтоб помочь Гарри. Почувствовав недосказанность, он осторожно спросил:

— Но что?

— Но он боится. Боится всех и вся. Колкостями и грубостью здесь не поможешь, а мы очень ограничены во времени. К сентябрю Поттер должен быть готов, — спокойным, формальным тоном ответил Снейп и вздохнул. — Его нужно убедить, что все в его силах, Люпин. Осмелюсь предположить, что тебе это удастся.

— Я постараюсь, Северус.

Мастер зелий резко развернулся к оборотню, и его глаза полыхнули темным огнем:

— Ты не просто постараешься, Люпин. На карту поставлена не только жизнь мальчишки, но и судьба всего волшебного мира. Я не позволю пустить по ветру свой многолетний риск, кропотливый труд и боль, только потому, что какой-то ополоумевший мерзавец вздумал расколотить стекло о голову Золотого Мальчика, тебе ясно?

Реплика не осталась неуслышанной, но Рем уже пытался взять себя в руки перед встречей с Гарри и не обратил внимания на суть замечания. Он лишь устало потер лицо и взъерошил волосы. Северус отступил, добавив с оттенком недовольства:

— Прежде чем ты туда войдешь, убери это жалкое выражение с лица и не позволяй Поттеру услышать в твоем голосе отчаянье. Мерлин! С него уже хватит! Он должен быть в порядке через два дня. Это все, что я могу вам дать.

Рем глубоко вздохнул и кивнул. У дверей комнаты Гарри Северус оставил его.