CreepyPasta
Тысячи страшных историй из жизни, которых, возможно, и не было...

По делам да будет вам…

Не один год Андреич трудился над сбором материала к главной своей книге. Облазил, наверное, все уголки Среднего и Северного Урала, Сибири, добывая необходимую информацию. Изучая историю родного края, забирался в такую глухомань…

7 мин, 17 сек 357
Много хороших и интересных людей встречал я в своей жизни. Благодаря им крепла моя вера в высшую справедливость, в победу добра над злом, в торжество гармонии над хаосом.

Если такие люди приходят в храм, то не каяться и исповедоваться, а молиться о здравии близких. Или помянуть усопших. Ибо грехи замаливать им ни к чему. Совесть чиста.

Просить помощи для себя у высших сил они решаются только в самые тяжёлые минуты. Но вера их оттого не меньше. Да и меряется совсем не толщиной купленной свечки.

Таким человеком был Андреич. Талантливый рассказчик, прозаик, журналист. Знаток уральской глубинки. Сам родом из деревенской глуши. Простой в общении, порядочный в поступках. Жаль, что уже несколько лет его нет в этом бренном мире. Но в памяти нет-нет да всплывают некоторые истории, которыми он успел со мной поделиться.

Одну такую хочу рассказать.

Не один год Андреич трудился над сбором материала к главной своей книге. Облазил, наверное, все уголки Среднего и Северного Урала, Сибири, добывая необходимую информацию. Изучая историю родного края, забирался в такую глухомань, где про интернет даже слыхом не слыхивали. Да и сам, по правде говоря, с компьютером был на «вы». Оттого большинство своих записей делал в блокноте. По старинке. А когда начал писать книгу, ночами напролёт просиживал до утра, набивая текст одним пальцем на клавиатуре. Нелегко старику давалось это дело.

Но на счастье, вскоре отыскался добровольный помощник. В редакции, где пенсионер тогда трудился, среди молодых репортёров особую активность проявлял Олежка — недавний выпускник журфака. Парень сам вызвался помогать старику набивать текстовый материал из многочисленных блокнотов и тетрадных записей.

Благодарный Андреич нарадоваться не мог на своего благодетеля. При каждом разговоре нахваливал шустрого юношу:

— Вот душа-человек! А мы всё ворчим на молодёжь, мол, эгоисты бестолковые! Ох, не правы старики, ох, не правы! Какой головастый парень! Всё на лету схватывает. Что бы я без него делал?! Так бы и тыкал пальцем по клавишам до скончания века… Теперь-то всё на лад пошло. Ещё немного и книга будет готова… Спасибо родителям Олежека — такого золотого сына воспитали!

Спустя несколько месяцев готовая рукопись обрела наконец электронный формат. Почти готовая к созданию оригинал-макета. Материал, в ней представленный был, без преувеличения, уникальным. За годы своих исследований истории и культуры мансийских народностей, Андреич насобирал поистине бесценный багаж сведений. Который, к тому же, изложил своим неподражаемым слогом, чем-то напоминающим бажовские сказы.

Я всегда восхищался его писательским языком. Даже самые скучные темы он излагал так занятно и по-простому, что невольно зачитаешься. Не говоря уже о лесных зарисовках или загадочных случаях из жизни, коих был страстный собиратель. Позже в помощь Андреичу я завёл три-четыре странички на литературных сайтах, где успел разместить ряд необычных историй от его имени. К сожалению, всего несколько… Но повторю, это было позже.

А в тот год, когда подошла к концу эпопея с главным трудом, наверное, всей жизни, Андреич летал, как на крыльях. Воодушевление его не знало границ. Приходил в редакцию ни свет, ни заря и тут же садился за компьютер. Чтобы до начала основной работы потратить пару часиков на рукопись. Довести до совершенства набранный старательным Олежкой текст.

Правда, вскоре я часто стал встречать старика в весьма расстроенных чувствах. Оказалось, что строчки периодически сбиваются, а то и вовсе целые абзацы куда-то пропадают. За все эти беды Андреич грешил на себя. Сетовал, что, наверное, сам случайно не ту кнопку в клавиатуре нажал, вот и результат!

Олежка к тому времени уже выбился из простых репортёров в какого-то маленького начальника и старику уделял всё меньше времени. Да при том уже с не такой охотой общался. Деликатный Андреич чувствовал это и старался поменьше надоедать занятому парню.

С месяц сам мучился над окончательным вариантом книги. Но, похоже, особого успеха не добился. Наконец, устав бороться с неподдающейся компьютерной грамотой, всё же распечатал рукопись и отнёс в редакцию одного крупного издательства. Был уверен, что от такого эксклюзивного материала никто не откажется.

Каково же было потрясение Андреича, когда через пару дней ему позвонили из той редакции и сообщили, что аналогичная книга уже вышла. И не так давно, хорошим тиражом. Причём, скоро отправится в печать дополнительный. Так как спрос оказался редкостно высоким.

Окончательно добила старика новость, что автором раскупаемой книги является никто иной, как «душа-человек» Олежка…

Той же ночью с сердечным приступом Андреич угодил в реанимационное отделение…

На восстановление ушло почти полгода. За это время бойкий Олежек продвинулся ещё выше по карьерной лестнице. К тому же, теперь его часто, как заслуженного автора и краеведа, приглашали с лекциями в учебные заведения, музеи и другие уважаемые учреждения.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 1 из 2
Насколько страшно?
Оценок пока нет
Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии
Иногда одной истории хватает, чтобы задержаться...
Из той же бездны
Взгляд вампира
Леонид Чернов Магия и колдовство, ведьмы и колдуны, скверна
Отношение «зрение — слух» приобрело характер и статус проблемной темы в культуре и философии со времен их возникновения. Конкуренция взгляда и слуха в борьбе за истину превратилась в…
Другой страх
Чёрная пелена
Петя Камушкин Заброшенные, проклятые, аномальные места
Пока ехали домой товарищ рассказал Витину историю. Тот служил в охране одного из крупных бизнес-центров Екатеринбурга. Не стану уточнять какого, дабы не плодить лишние слухи. Первые…
Без предупреждения
Шеол
Мифологические места обитания Случайная история
Шеол (евр, возможно, «вопрошаемый», «неисследимый», по-гречески переводится как «преисподняя», «ад», иногда как «могила»), в иудаистической мифологии царство мёртвых, загробный…