По прямой

Люциус с разочарованным видом откинулся в тень.

— Поттер, попробуйте поглубже закопать свой неуёмный эгоизм и перестаньте строить из себя пуп Земли. Мы рассчитывали на разумную беседу с умным человеком, но я никак не ожидал увидеть инфантильного несмышлёныша. Давайте обойдёмся без ребяческих капризов и воплей в стиле «А что мне с этого будет?». Вы же не хотите исполнять пророчество?

— Ладно, говорите, — я устало махнул рукой. Не стану спрашивать, знает ли он пророчество целиком. Очевидно, знает, вот только откуда? Черт с ним, послушаем, а уж потом решим. Если у меня будет выбор, конечно. — Допускаю, мы всё-таки договоримся, но для начала поставлю два условия.

Фадж и Малфой нахмурились и переглянулись. А как вы хотели? Я ведь тоже не вчера родился. Как я понял, вам от меня что-то нужно? Так извольте внести в правила игры МОИ поправки.

Я в предвкушении улыбнулся. Не терпится увидеть физиономию Люциуса. Оставалось надеяться, что после таких наглых требований меня не вынесут отсюда вперёд ногами.

Глава седьмая. Астория

Гарри нашёлся за домом.

Если не лукавить, язык не поворачивался назвать это место садом или даже садиком. По сравнению с обширными землями Гринграссов, эту полянку можно считать разве что уголком, где выгуливают питомца. А единственное «содержимое» этого дворика — ласковая травка да небольшое деревце. Ну и неброский забор, который и скрывает дворик от посторонних взоров — как же без него? Что удивляло — пятачок перед домом пестрит всевозможными бутонами и лепестками, а тут — ни единого цветочка. Впрочем… только сейчас заприметила в дальнем углу«знаменитую» газонокосилку. Верно, Гарри уже поведал о своих обязанностях в этом доме. С неохотой, конечно.

Застала я его под тем самым деревом (кстати, это едва ли не единственный бук на всю Тисовую улицу). Умиротворённый и задумчивый, он откинулся на ствол и лёгкими движениями что-то набрасывал на листе бумаги, которая лежала на твёрдой синей папочке. Той самой, куда, как бы я ни старалась, он так и не дал заглянуть. Ни одним глазком! Дома вообще куда-то запрятал, а если я поблизости, никогда не выпускал из рук. И… Стоп! Он что, рисует?

Я могла сделать вид, будто ничего не заметила, или просто развернуться и уйти, но упустить редкую возможность (особенно когда любопытство достигло пика) — неразумно и не в моём стиле. Поэтому прокралась ему за спину, стараясь не дышать, словно загнанный гиппогриф, и выглянула из-за дерева.

Такую красоту невозможно описать словами!

Это я про себя, конечно.

— Эй! Нарушение авторских прав карается сотней поцелуев! — звонко возмутилась я.

Правой рукой он в мгновение ока перевернул лист чистой стороной вверх, а левой бросил «секретную» папку себе под ноги, и теперь её вовсе не видно. Ух ты, какой быстрый! Видать, знатно я его напугала. Ну и ладно! Зато успела вдоволь на себя насмотреться, аж глазам больно.

Гарри на меня покосился.

— Что? Каких таких прав?

Ладно, плевать на какие-то там приличия и личное пространство — сажусь вплотную, и пусть только пикнет. Ну вот — не отстранился! Естественно, возражений я бы не приняла, так их и не последовало. И все бы хорошо, только ствол какой-то тонкий. И это называется деревом? Гриб-переросток!

— Таких. Сяких. Авторских! Я — это я, моё лицо — только моё, — наигранно надулась и ткнула пальцем в бок. — Ау, молодой человек! Избыток серы пагубно влияет на ваш слух? И что это за идиотская улыбка?

— Поймите меня правильно, о моя прекрасная нимфа — не каждый простой смертный удостаивается чести сидеть едва ли не в обнимку с богиней. — Ну вот, растеклась-таки от комплиментов в лужицу. Зато и от меня польза есть — авось деревце полью! Гарри воспользовался моим секундным замешательством и чмокнул в лоб. — А ещё вы слегка бредите. Советую вашим микробам залечь на дно и не булькать. Иначе придётся вас… полечить.

Да уж… Не таким я себе представляла наш первый поцелуй. А чёртов Гарри Поттер наплевал на это с Астрономической башни и всё пустил радужному пони под хвост. Значит, решено — поцелуй не состоялся. Он просто-напросто вытер мой лобик своими губами.

— Не заговаривай зубы — созерцая моё великолепие, все микробы начинают исповедоваться в своих грехах! И это я брежу? А ну покажи лист и папку! Дай убедиться, что ты не ярый последователь Пикассо. Ну да-а-ай!

Забавно.

Очередные тычки меж рёбер снова заставили его захихикать. Вот так номер! С Лордом сражается, а противоположного пола (ещё недавно, по крайней мере) и щекотки как чумы боится. Воистину в моих руках смертоносное оружие!

Принялась внимательно разглядывать шедевр. И впрямь есть на что полюбоваться. Во всяком случае, если смотреть вблизи, а не с высоты собственного роста, можно подметить новые детали.