Фандом: Ориджиналы. Не зря она тревожит местных жителей — загадочная аномалия в лесу под одним из городов российской глубинки. Ученые разводят руками. Пропадают люди… но некоторые потом возвращаются. Принося с собой предметы, что выглядят как драгоценности, но обладают свойствами, опять-таки не поддающимися разумному объяснению.
155 мин, 9 сек 11618
Из глотки оборотня донесся не то рев, не то вой. А миг спустя примеру подраненного сородича последовали и остальные две твари. Звук, который они издавали, не был простым выражением чувств. Илья Криницкий ощущал, как этот рев-вой буквально вливается ему в уши, растекается по жилам, добираясь до сердца и мозга. От адского вопля подкашивались ноги, а видимые предметы расплывались перед глазами…
Причем в ощущениях своих бывших актер был не одинок. То же самое — он заметил краем глаза — испытывали и его спутники. Оседала на ступени смертельно бледная Кира. Пятился мелкими шажочками Верем, тщетно пытаясь найти, где бы спрятаться. Что-то судорожно шептала, вскинув дрожащие руки, Вуламара. И сбивалась, не в силах сосредоточиться. Даже храбрец Малран, взмокший от холодного пота, прижимался к каменной стене, едва удерживая бесполезный меч.
Илья и сам был готов бросить свое оружие. Пальцы помимо воли разжимались, становясь мягкими и непослушными.
А потом один из оборотней прыгнул. И Криницкий не успел ни уклониться, ни выставить перед собой меч. Вернее, не смог. Зато кое-что смогла Вуламара. Когда между Ильей и когтями передних лап оборотня осталось меньше десяти сантиметров, в оскаленную морду твари ударила тонкая, но ощутимо горячая струя пламени.
Криницкий успел прийти в себя и даже ощутить неподражаемый запах паленой шерсти, когда оборотень с истошным визгом покатился вниз по лестнице. На пути он еще столкнул одного из сородичей, увлекая его следом.
Однако третий оборотень оказался не в пример проворней. Увернувшись, он тоже прыгнул на Илью. Тот едва успел выставить перед собой меч. Причем не острием, плашмя. Кое-как. Оборотень врезался в клинок обеими лапами, толкая его перед собой.
Илья чувствовал, что под тяжестью туши, раза в полтора большей, чем он сам, не в силах устоять на ногах. Вуламара не успела вмешаться. Криницкий неуклюже повалился на ступени. Он пытался поднять меч, но лапы оборотня крепко прижимали его.
Зубастая морда была совсем близко. Илья ощущал зловонное дыхание из пасти. И только сумел, что, изловчившись, судорожно пнуть оборотня в брюхо. Чисто на инстинктах. Причинить таким способом урон твари, которой даже серебро меча оказалось не слишком опасным, бывший актер даже не надеялся.
Однако жизнь иной раз преподносит сюрпризы. И порой даже не лишенные приятности. Едва нога коснулась брюха твари, как Криницкий почувствовал: тяжесть, давившая на него, резко ослабевает. Затем оборотень чуток сдал назад, заодно отпуская и меч. А еще мгновение спустя, что сам Илья, что его спутники с изумлением смотрели на происходившую с тварью метаморфозу.
Тело сжималось и вроде даже усыхало на глазах. Втягивалась, точно росла в обратную сторону, шерсть. А морда, которой оборотень тряс, словно лошадь, атакованная гнусом, на глазах меняла очертания.
Вскоре на месте могучего зверя стоял человек. Поджарый, даже тощий, и голый. Лично Илье он напомнил рабов из какого-нибудь древнего Египта — как их изображали на картинках или в фильмах.
Удивленно тараща глаза, человек зачем-то осматривал кисти своих рук, поворачивая их ладонями то вверх, то вниз. Произошедшего с собой он явно не ожидал и не понимал. И понять — не успел. Нож, который метнула Кира, вонзился бывшему оборотню острием прямо в шею.
Брызнула кровь. Коротко вскрикнув, человек упал и покатился по ступеням.
— Надо было убедиться, — так прокомментировала сама Кира содеянное ею, — ну, что моя догадка верна.
Смерть бывшего оборотня от уже простого оружия весьма воодушевила Илью. А мозг, хоть с опозданием, но подсказал причину столь внезапного превращения. По всей видимости, при создании оборотней не обошлось без какой-либо магии, она же волшба или колдовство. И от соприкосновения с самим Разрушителем Магии произошло с плодами трудов безвестных колдунов примерно то же самое, что случалось с вещами и явлениями, порожденными любым другим заклинанием. То есть неизбежный выход из строя.
А это значило, что опасность оборотней оказалась сильно преувеличенной. По крайней мере, лично для Ильи Криницкого.
Открытие пришлось как нельзя кстати. Один оборотень валялся на ступенях с обгоревшей мордой, второй тоже был мертв. Тот, который успел помимо воли вернуться в человеческое обличье. Зато тварь номер три, хоть медленно и с неохотой, но уже снова поднималась по ступеням. Навстречу Илье и его спутникам.
Бывший актер небрежно отложил меч. И направился навстречу оборотню прямо так — с голыми руками, сжатыми в кулаки. Да с насмешкой на лице. А в памяти всплыла старая кавээновская шутка: «Ты кто? — Смерть — А почему без косы? — Так справлюсь».
— Ну что, зверюга, — зачем-то обратился Илья к оборотню, когда между ними осталось ступеньки три, — потанцуем?
Причем в ощущениях своих бывших актер был не одинок. То же самое — он заметил краем глаза — испытывали и его спутники. Оседала на ступени смертельно бледная Кира. Пятился мелкими шажочками Верем, тщетно пытаясь найти, где бы спрятаться. Что-то судорожно шептала, вскинув дрожащие руки, Вуламара. И сбивалась, не в силах сосредоточиться. Даже храбрец Малран, взмокший от холодного пота, прижимался к каменной стене, едва удерживая бесполезный меч.
Илья и сам был готов бросить свое оружие. Пальцы помимо воли разжимались, становясь мягкими и непослушными.
А потом один из оборотней прыгнул. И Криницкий не успел ни уклониться, ни выставить перед собой меч. Вернее, не смог. Зато кое-что смогла Вуламара. Когда между Ильей и когтями передних лап оборотня осталось меньше десяти сантиметров, в оскаленную морду твари ударила тонкая, но ощутимо горячая струя пламени.
Криницкий успел прийти в себя и даже ощутить неподражаемый запах паленой шерсти, когда оборотень с истошным визгом покатился вниз по лестнице. На пути он еще столкнул одного из сородичей, увлекая его следом.
Однако третий оборотень оказался не в пример проворней. Увернувшись, он тоже прыгнул на Илью. Тот едва успел выставить перед собой меч. Причем не острием, плашмя. Кое-как. Оборотень врезался в клинок обеими лапами, толкая его перед собой.
Илья чувствовал, что под тяжестью туши, раза в полтора большей, чем он сам, не в силах устоять на ногах. Вуламара не успела вмешаться. Криницкий неуклюже повалился на ступени. Он пытался поднять меч, но лапы оборотня крепко прижимали его.
Зубастая морда была совсем близко. Илья ощущал зловонное дыхание из пасти. И только сумел, что, изловчившись, судорожно пнуть оборотня в брюхо. Чисто на инстинктах. Причинить таким способом урон твари, которой даже серебро меча оказалось не слишком опасным, бывший актер даже не надеялся.
Однако жизнь иной раз преподносит сюрпризы. И порой даже не лишенные приятности. Едва нога коснулась брюха твари, как Криницкий почувствовал: тяжесть, давившая на него, резко ослабевает. Затем оборотень чуток сдал назад, заодно отпуская и меч. А еще мгновение спустя, что сам Илья, что его спутники с изумлением смотрели на происходившую с тварью метаморфозу.
Тело сжималось и вроде даже усыхало на глазах. Втягивалась, точно росла в обратную сторону, шерсть. А морда, которой оборотень тряс, словно лошадь, атакованная гнусом, на глазах меняла очертания.
Вскоре на месте могучего зверя стоял человек. Поджарый, даже тощий, и голый. Лично Илье он напомнил рабов из какого-нибудь древнего Египта — как их изображали на картинках или в фильмах.
Удивленно тараща глаза, человек зачем-то осматривал кисти своих рук, поворачивая их ладонями то вверх, то вниз. Произошедшего с собой он явно не ожидал и не понимал. И понять — не успел. Нож, который метнула Кира, вонзился бывшему оборотню острием прямо в шею.
Брызнула кровь. Коротко вскрикнув, человек упал и покатился по ступеням.
— Надо было убедиться, — так прокомментировала сама Кира содеянное ею, — ну, что моя догадка верна.
Смерть бывшего оборотня от уже простого оружия весьма воодушевила Илью. А мозг, хоть с опозданием, но подсказал причину столь внезапного превращения. По всей видимости, при создании оборотней не обошлось без какой-либо магии, она же волшба или колдовство. И от соприкосновения с самим Разрушителем Магии произошло с плодами трудов безвестных колдунов примерно то же самое, что случалось с вещами и явлениями, порожденными любым другим заклинанием. То есть неизбежный выход из строя.
А это значило, что опасность оборотней оказалась сильно преувеличенной. По крайней мере, лично для Ильи Криницкого.
Открытие пришлось как нельзя кстати. Один оборотень валялся на ступенях с обгоревшей мордой, второй тоже был мертв. Тот, который успел помимо воли вернуться в человеческое обличье. Зато тварь номер три, хоть медленно и с неохотой, но уже снова поднималась по ступеням. Навстречу Илье и его спутникам.
Бывший актер небрежно отложил меч. И направился навстречу оборотню прямо так — с голыми руками, сжатыми в кулаки. Да с насмешкой на лице. А в памяти всплыла старая кавээновская шутка: «Ты кто? — Смерть — А почему без косы? — Так справлюсь».
— Ну что, зверюга, — зачем-то обратился Илья к оборотню, когда между ними осталось ступеньки три, — потанцуем?
Страница 40 из 44
