Фандом: Гарри Поттер. Смерть одной из студенток Хогвартса стала лишь одним из звеньев в цепочке убийств. Что послужило их причиной — древнее зло, разбуженное археологами при раскопках святилища богини Дану, или демоны, таящиеся в душе обычного человека?
143 мин, 53 сек 21907
Снейп снова закрыл глаза. Радужные пятна скользили под веками, как шаровые молнии, где-то радом позвякивало стекло. Щеки коснулась легкая прядь волос, сложный аромат знакомой туалетной воды и коньяка защекотал ноздри.
Сквозь полудрему Снейп чувствовал, как осторожные пальцы расстегивают пуговицы на мантии. Пуговиц было много; должно быть, последняя будет расстегнута только на рассвете — а там уже и просыпаться пора. Значит, можно ничего не предпринимать. Пусть себе возится. Логично? Не совсем. Легкое прикосновение к бедру: отважная вылазка в тыл врага. Все тихо в рядах противника; часовые дрыхнут без зазрения совести, так что можно смело предпринять небольшую диверсию… Нет, на массаж этой части тела я не соглашался, подумал Снейп, недовольно отодвинувшись.
Рука испуганно убралась. Мгновенное затишье, затем прикосновения возобновились, легкие, но настойчивые, как муха, которая вьется вокруг и непременно норовит сесть вам на нос. Снейп фыркнул. Рядом обиженно засопели.
Надо бы собраться с силами, выгнать назойливого ухажера и лечь, наконец, спать. Хотя бы два часа сна, и снова — авроры, журналисты, документы, убийца, рыщущий вокруг его овечек (и барашков), Дамблдор…
— Мерлин, как я устал, — вырвалось у него. — Да делай ты, что хочешь.
Драко неожиданно оттолкнул его, вскакивая на ноги.
— Сволочь, — выкрикнул он; голос зазвенел и недостойно сорвался.
Снейп воззрился на него в изумлении.
— Вы с отцом — как две капли воды! Я предлагаю вам… любовь, черт возьми! А вы снисходительно киваете: ну раз тебе уж так хочется, хорошо. Давай, люби нас. А мы подумаем, не послать ли тебя в…
Драко выругался, да так, что сон у Снейпа как рукой сняло
— Надеюсь, ты Люциусу такой любви не предлагал? В противном случае я не удивлюсь, если он послал тебя в то место, которое ты только что с такой непринужденностью обозначил.
Снейп даже не увидел, как Драко выплеснул в него коньяк, — просто почувствовал, как жидкость течет у него по лицу и капает с подбородка.
Мгновение они молча смотрели друг на друга. Снейп вытащил носовой платок и аккуратно, медленно обтер лицо. Драко, судорожно сжимая опустевший бокал, попятился. Движение Снейпа было молниеносным, точно бросок внезапно развернувшейся гюрзы; бокал с жалобным звоном разбился о каменный пол. Драко ахнул и рванулся, но опоздал — Снейп придавил его к дивану, крепко сжимая его запястья одной рукой; свободной рукой он рванул на Драко мантию.
— Не смей дотрагиваться до меня, — прорычал Драко, выгибаясь всем телом, не давая Снейпу подмять его под себя.
— Дотрагиваться? Я тебя силой возьму, щенок, сию же минуту, ты у меня…
Драко попытался ударить его коленом в пах. Снейп выпустил запястья молодого человека и, сжав его плечи с такой силой, что сам почти почувствовал, как это больно — когда пальцы впиваются в плоть, оставляя кровоподтеки, стукнул Драко головой о деревянный подлокотник. Драко со свистом втянул воздух и обмяк.
— Пусти меня. Ты взбесился, — зашептал он неожиданно высоким незнакомым голосом. — Пусти, я закричу.
— Кто тебя здесь услышит? — оскалился Снейп в ответ. — Ори, сколько влезет. Думаешь, подо мной раньше никто не кричал? От боли, я имею в виду.
— Пусти меня, скотина. Пусти меня! Я не хочу… не так…
— Что, сопляк, доигрался? — злорадно прошептал Снейп, глядя в побелевшее лицо. В расширенных, непомерно огромных зрачках Драко он увидел собственное отражение — искаженное лицо; демон из ночного кошмара. Черный человек.
Внезапно опомнившись, он отшатнулся.
— Что я делаю, — прошептал он. — Что я натворил.
Драко стремительно сел, согнулся, пряча лицо в ладонях, плечи безнадежно поникли. Даже светлые пряди, свесившиеся вперед, выражали отчаяние. Снейп постоял мгновение, не зная, что ему сказать — что, черт побери, вообще можно сказать после такой сцены, — повернулся и пошел в ванную, ругая себя последними словами. Скулы все еще горели от дикого, злого возбуждения.
Он дважды плеснул себе ледяной водой в лицо, сразу онемевшее, смывая остатки коньяка и злости; немного постоял, опираясь на раковину и глядя в зеркало. Двойник из зазеркалья мрачно уставился на него в ответ.
«Плохой выбор, Драко», — пробормотал Снейп. Он немного выждал, давая своему несостоявшемуся любовнику время уйти, и не спеша побрел обратно, избавившись по пути от расстегнутой мантии. Сюртук промок на груди и пах спиртом.
Драко сидел в кресле; при появлении Снейпа его лицо исказила быстрая, нервная улыбка.
— Ну и темперамент у тебя, — осторожно сказал он.
Снейп метнул в него недобрый взгляд, взял со столика бутылку и пошарил взглядом в поисках бокала. Ах, да. Осколки на полу мягко мерцали, вспыхивали отраженным светом, точно догорающие угли в камине.
— Когда ты в последний раз был в поместье? — он уселся на злополучный диван и кощунственно глотнул прямо из бутылки. Коньяк обжег глотку и пищевод; в голове сразу прояснилось.
Драко пожал плечами.
— Давно.
Лаконичность ответа и холод в голосе однозначно давали понять, что говорить на эту тему он не желает.
Сквозь полудрему Снейп чувствовал, как осторожные пальцы расстегивают пуговицы на мантии. Пуговиц было много; должно быть, последняя будет расстегнута только на рассвете — а там уже и просыпаться пора. Значит, можно ничего не предпринимать. Пусть себе возится. Логично? Не совсем. Легкое прикосновение к бедру: отважная вылазка в тыл врага. Все тихо в рядах противника; часовые дрыхнут без зазрения совести, так что можно смело предпринять небольшую диверсию… Нет, на массаж этой части тела я не соглашался, подумал Снейп, недовольно отодвинувшись.
Рука испуганно убралась. Мгновенное затишье, затем прикосновения возобновились, легкие, но настойчивые, как муха, которая вьется вокруг и непременно норовит сесть вам на нос. Снейп фыркнул. Рядом обиженно засопели.
Надо бы собраться с силами, выгнать назойливого ухажера и лечь, наконец, спать. Хотя бы два часа сна, и снова — авроры, журналисты, документы, убийца, рыщущий вокруг его овечек (и барашков), Дамблдор…
— Мерлин, как я устал, — вырвалось у него. — Да делай ты, что хочешь.
Драко неожиданно оттолкнул его, вскакивая на ноги.
— Сволочь, — выкрикнул он; голос зазвенел и недостойно сорвался.
Снейп воззрился на него в изумлении.
— Вы с отцом — как две капли воды! Я предлагаю вам… любовь, черт возьми! А вы снисходительно киваете: ну раз тебе уж так хочется, хорошо. Давай, люби нас. А мы подумаем, не послать ли тебя в…
Драко выругался, да так, что сон у Снейпа как рукой сняло
— Надеюсь, ты Люциусу такой любви не предлагал? В противном случае я не удивлюсь, если он послал тебя в то место, которое ты только что с такой непринужденностью обозначил.
Снейп даже не увидел, как Драко выплеснул в него коньяк, — просто почувствовал, как жидкость течет у него по лицу и капает с подбородка.
Мгновение они молча смотрели друг на друга. Снейп вытащил носовой платок и аккуратно, медленно обтер лицо. Драко, судорожно сжимая опустевший бокал, попятился. Движение Снейпа было молниеносным, точно бросок внезапно развернувшейся гюрзы; бокал с жалобным звоном разбился о каменный пол. Драко ахнул и рванулся, но опоздал — Снейп придавил его к дивану, крепко сжимая его запястья одной рукой; свободной рукой он рванул на Драко мантию.
— Не смей дотрагиваться до меня, — прорычал Драко, выгибаясь всем телом, не давая Снейпу подмять его под себя.
— Дотрагиваться? Я тебя силой возьму, щенок, сию же минуту, ты у меня…
Драко попытался ударить его коленом в пах. Снейп выпустил запястья молодого человека и, сжав его плечи с такой силой, что сам почти почувствовал, как это больно — когда пальцы впиваются в плоть, оставляя кровоподтеки, стукнул Драко головой о деревянный подлокотник. Драко со свистом втянул воздух и обмяк.
— Пусти меня. Ты взбесился, — зашептал он неожиданно высоким незнакомым голосом. — Пусти, я закричу.
— Кто тебя здесь услышит? — оскалился Снейп в ответ. — Ори, сколько влезет. Думаешь, подо мной раньше никто не кричал? От боли, я имею в виду.
— Пусти меня, скотина. Пусти меня! Я не хочу… не так…
— Что, сопляк, доигрался? — злорадно прошептал Снейп, глядя в побелевшее лицо. В расширенных, непомерно огромных зрачках Драко он увидел собственное отражение — искаженное лицо; демон из ночного кошмара. Черный человек.
Внезапно опомнившись, он отшатнулся.
— Что я делаю, — прошептал он. — Что я натворил.
Драко стремительно сел, согнулся, пряча лицо в ладонях, плечи безнадежно поникли. Даже светлые пряди, свесившиеся вперед, выражали отчаяние. Снейп постоял мгновение, не зная, что ему сказать — что, черт побери, вообще можно сказать после такой сцены, — повернулся и пошел в ванную, ругая себя последними словами. Скулы все еще горели от дикого, злого возбуждения.
Он дважды плеснул себе ледяной водой в лицо, сразу онемевшее, смывая остатки коньяка и злости; немного постоял, опираясь на раковину и глядя в зеркало. Двойник из зазеркалья мрачно уставился на него в ответ.
«Плохой выбор, Драко», — пробормотал Снейп. Он немного выждал, давая своему несостоявшемуся любовнику время уйти, и не спеша побрел обратно, избавившись по пути от расстегнутой мантии. Сюртук промок на груди и пах спиртом.
Драко сидел в кресле; при появлении Снейпа его лицо исказила быстрая, нервная улыбка.
— Ну и темперамент у тебя, — осторожно сказал он.
Снейп метнул в него недобрый взгляд, взял со столика бутылку и пошарил взглядом в поисках бокала. Ах, да. Осколки на полу мягко мерцали, вспыхивали отраженным светом, точно догорающие угли в камине.
— Когда ты в последний раз был в поместье? — он уселся на злополучный диван и кощунственно глотнул прямо из бутылки. Коньяк обжег глотку и пищевод; в голове сразу прояснилось.
Драко пожал плечами.
— Давно.
Лаконичность ответа и холод в голосе однозначно давали понять, что говорить на эту тему он не желает.
Страница 9 из 41
