Почему бы и нет…

— Далеко не уходи, я с тобой еще не закончил, — ткнул в нее пальцем Алексей и повернулся к Коваленко. — Что еще ты ей наплести успел?

Мужчина в этот момент торопливо собирал разбросанные чужие вещи по комнате и, не глядя, впихнул их гостье.

— Здесь один мужик живет. Можешь не голосить, — попыталась настоять на своем Наташа. — У меня на это глаз наметан. В ванной только одна щетка, в шкафу вещи только одного фасона и размера. И посуда на кухне используется одним человеком. Про холодильник я молчу, типичный холостяцкий набор. Так что ты здесь такой же «приходящий-уходящий» персонаж, как и я. Но я не против попробовать и с тобой тоже, — уже более миролюбиво закончила она, отодвигая край одеяла приглашающим жестом.

Глаза у Коваленко забегали по углам. Ситуация выходит из-под контроля. По идее, она уже должна была собраться и сбежать с криками: «Пративные!», но эта оказалась подкованной и прожженной профессионалкой.

— Ты, правда, убрал мои вещи? — с тихой яростью в голосе спросил Ремнев у Степана. — Ты совсем стыд потерял?

— Ну, что ты, дорогой, все на своих местах, где ты их и оставил, — зачастил Коваленко, пытаясь придумать, как еще выкурить ее из дома.

— И где же? — съязвила дамочка. — Пока ты был в ванной, я осмотрела твою квартиру и пришла только к одному логическому выводу. Здесь живет один человек.

— Как только я за порог, ты наводишь марафет и сразу же тащишь сюда первую попавшуюся потаскушку? — все еще продолжая гнуть свою линию, Алексей скрестил руки на груди.

— Я бы попросила… — гостья угрожающе стала подниматься с постели. — И хватит мне по «ушам ездить».

— То есть ты не веришь, что он живет здесь и у нас отношения? — вся стратегия шла «коту под хвост». Коваленко был готов цепляться за любую малейшую возможность, лишь бы она быстрее освободила территорию и дала ему возможность опять чувствовать себя хозяином у себя дома. — Я все-таки докажу тебе.

Он подскочил к Алексею, ухватил его за шею и потянул к себе, сгибая, вытянув губы в трубочку. Не ожидав такой атаки, Ремнев ошарашено вытаращился, не делая никаких попыток увернуться или отстраниться.

Они стояли посреди гостиной, прижимаясь друг к другу губами и не моргая.

— … да, мам, да… Я передам, что просишь… — в общем коридоре появилась Ира. Дверь квартиры не была закрыта и мужчины синхронно повели глазами в сторону тамбура. — Я не могу сейчас говорить. У меня в одной руке коробка, в другой сумка, в зубах ключи, в ухе телефон… — она наконец-то заметила их, — и мой сосед целуется с парнем… — не меняя интонации и буднично, прокомментировала Ира и тоже застыла на месте, не отводя от них глаз. В ее трубке послышались какие-то возгласы, крики и требования. — Наш, наш сосед, — автоматически продолжила отвечать на поступающие вопросы Власова, — других не появлялось. Я тебе потом перезвоню, — она оборвала разговор, все еще зачарованно таращась на целующуюся парочку.

— Подумаешь, поцеловались, — похоже, такими вещами обычных обывателей уже не удивить. И поэтому Наталья отнеслась более чем спокойно, но с кровати поднялась и потянулась за одеждой. Судя по той скорости, с которой она это делала, дамочка задержится здесь до Нового года.

Ремнев отстранился от Коваленко и со всей силы залепил ему пощечину. Звон оплеухи вывел из озадаченного ступора присутствующих.

— Не смей трогать меня! — зло рявкнул Алексей. — Ты за кого меня принимаешь? Я для тебя настолько мало значу, что считаешь, будто одним поцелуем все можешь исправить?

Удивленный Степан на шаг отошел от парня, держась за щеку.

— Я знаю, что это только моя была инициатива, что ты никогда не планировал и не собирался менять ориентацию. Я сбил тебя своими чувствами. Я настоял на наших отношениях. Я выпрашивал, вымаливал хоть грамм твоего внимания и желания. Делал ужасные поступки, которые в здравом уме никогда бы не сделал, только, чтобы ты уделил мне хоть немного своего времени и дал возможность прикоснуться к себе. И вот сейчас, когда, казалось бы, все наладилось, ты воспринимаешь меня как пустое место?!

Три пары глаз внимательно следили за ним. Но он уже не замечал их. Ремнев перенесся на три года назад, когда эти же слова должны были произнестись, но так и были похоронены в неизвестности. А тот, кому они предназначались, скорее всего, даже и не помнит о нем.

Парень схватил стоящий на столике фужер из-под шампанского и в ярости кинул в стену.

— Леш, — тихо позвал Степан, стараясь привлечь его внимание. Осколки разлетелись по всей комнате, но хозяин не вздрогнул и не отреагировал на это.

— Нельзя вытирать ноги о человека, который любит тебя! Любит со всеми потрохами, всеми твоими слабостями и недостатками! — вымученно крикнул в его сторону Ремнев. — Не смей! Не смей выбрасывать меня из своей жизни, как мусор!

Мутный взгляд блуждал по квартире, ища возможности выйти из нервозного затуманенного состояния.

— Прости меня, — громко и четко сказал мужчина, прямо и решительно смотря на парня.