Подарок вампира

— Я родился в 1738 году, в имении недалеко от города В. Я дворянин по крови. Учился дома, с отцом ходил на охоту, обучался фехтованию и верховой езде, изучал французский язык и еще много того, что было необходимо знать дворянским детям того времени. В соседнем имении проживала дочь купцов. Я был в нее влюблен. Однажды, решил навестить ее, тайно, поэтому поехал к ней еще до восхода солнца. Это было лето 1748 года, мне только исполнилось 20. Я был молод и взволнован предстоящей встречей. Путь лежал через лес, я ехал верхом. Внезапно я услышал шорох, но не обратил на это должного внимания, мало ли живности в лесу обитает в темное время суток. Так я проехал еще немного, но вдруг конь заржал и вскочил на дыбы, я не удержался и упал с лошади. Я резко поднялся, пытаясь успокоить коня, дернув его за узду, я только тогда ощутил сильную боль в руке, на которую я упал. Конь никак не успокаивался. В итоге, он вырвался и убежал прочь. Интересно, что же его так напугало. Я побрел обратно домой, держась за больную руку, как вдруг сзади кто-то напал на меня. Я стал бороться с ним, но это существо, было намного сильнее. Оно прижало меня к земле и вгрызлось в шею. Все, что я помню это дикая боль, рычание непонятного существа и запах крови, моей крови, дальше я потерял сознание. Очнулся я от того, что кто-то звал меня по имени. Шея болела и кровоточила, рука тоже болела, а во всем теле была крайняя слабость. Я различил огни, это были крестьяне, они вместе с отцом искали меня. Собравшись с силами, я позвал отца. Меня принесли в дом, позвали лекаря. Лекарь осмотрел мои раны, и пришел к выводу, что на меня напал какой-то зверь. Крестьяне шептались о каком-то упыре, который обитает в лесу. Я и сам не мог понять, что это было на самом деле. Я пролежал мучимый болями и лихорадкой 2 дня, особенно невыносимо было днем, шею жгло, было душно. Я бредил и периодически впадал в беспамятство. Лекарь был убежден, что жить мне осталось не много. К вечеру, мне становилось легче, но постоянная слабость не покидала меня. Я стал нервным, замкнутым и выходил на улицу после захода солнца. Крестьяне шарахались от меня и шептали молитвы, от которых тошнило, крестик на шее жег, как огонь и я снял его. Когда матушка сидела подле кровати и молилась, я прогонял ее, слушать это было мучительно больно. Я практически ничего не ел, стал худеть. Лекарь обреченно качал головой и предложил пригласить батюшку, которого я прогнал, осыпав проклятиями, как только он вошел. Я лежал мучимый дикой болью и непонятной жаждой, которая не утолялась водой. Я был голоден, но от еды воротило, хотелось чего-то иного. И вот однажды, забывшись сном, я — умер. Это была не правда, домашние так решили, бледный, изможденный человек без дыхания совсем не похож на живого, не так ли? Так меня похоронили. То, что было дальше, похоже на кошмар. Хотя нет, не похоже, это и был кошмар. Я очнулся в гробу, в могиле. Вокруг витал запах земли, ладана и тлена. Я кричал, звал, молил, злился, проклинал этих горе — лекарей, что сочли живого человека мертвым и обрекли на мучения, даже плакал, все было тщетно. От бессилия я впал в апатию и с горестью вспоминал свою жизнь такую короткую, яркую, насыщенную и утраченную. Теперь все даже самые незначительные события казались волшебными, учитывая то, что я находился в гробу, из которого выбраться было не под силу. Не знаю, сколько я так лежал. Странно, но воздух не закончился, да и сознание я не потерял. Вообще ничего, кроме слабости, голода и одиночества. И тут я осознал, что не дышу, и сердце мое не бьется. Это осознание вызвало новую волну ужаса, накрывшую меня с головой. Паника. Я не мог понять, как такое возможно? Я проклят и обречен вечно тут лежать, всеми покинутый и позабытый. Но что я сделал? За что? Я был так молод, а теперь мертв. В ярости я стал колотить по крышке гроба так, что затрещали доски. Внезапно сверху до меня донеслось рычание. Это медведь, они часто раскапывают могилы, чтобы поживиться телами. Я так явно слышал его тяжелые шаги. Он фыркал и рыл землю. Он копал и копал, пока я не услышал, как острые когти скребутся по деревянной крышке. Медведь царапал крышку снаружи — я изнутри. Я резко ударил по крышке, что было силы. Крышка гроба отлетела и медведь, испуганный этим происшествием, немедленно скрылся в лесу. Выбравшись из могилы, я взглянул на небо, озаренное луной, прохладный ветерок колыхал ветки деревьев. Я устало опустился на землю и задумался о дальнейшей судьбе. Идти домой нельзя, меня не поймут и не поверят. Схватят и сожгут на костре. Но мне все равно нужна одежда, ходить в погребальных одеждах весьма опасно. Меня похоронили за кладбищем, как и полагалось поступать со всеми нечистыми, а мое состояние считалось чуть ли не одержимостью. Так сильно хотелось увидеть родителей и сестру. Особенно тосковал я по своей возлюбленной. Я решил пробраться домой и переодеться. Надо было взять кое-какие деньги. Хотя зачем? Я совсем не знал, как жить в этом новом состоянии. Добравшись до дома и оглядевшись, я заметил, что домашние и крестьяне спят. Было тихо, казалось, что я слышу сонное дыхание дома. Я ловко забрался к себе в комнату. Внутри все было как при мне. Комната была прибрана, в воздухе витали чувства тоски и горя, пахло ладаном, хотя икон и крестов не было. Я переоделся и подошел к зеркалу. Долго не мог понять, в чем же дело, пока не осознал — я в нем не отражаюсь. Пришлось приводить себя в порядок на ощупь. Трясущимися руками я смывал могильную землю с лица и приглаживал волосы. Как бы мне хотелось знать, что это только кошмар и не более. Тут мне вспомнились байки про упырей, рассказанные крестьянами. Сомнений не осталось — я проклят. Тихо выйдя из комнаты, я прошел в спальню родителей. Матушка и отец спали крепко, я слышал их дыхание и равномерный стук сердец, бьющихся почти в унисон. На глаза навернулись слезы. Больше я их никогда не увижу.