Подруга для Грегори

Гойл покачал головой и посмотрел на Пэнси. Странным образом она тоже изменилась: насупилась, поджала губы и презрительно уставилась на Джинни, которую только что готова была облобызать.

— Ну, и как это понимать? — спросила Гермиона у всех сразу, стараясь, чтобы ее голос звучал строго. — Кто додумался дать Амортенцию двум девушкам одновременно?!

Все молчали и разглядывали друг друга, словно видели впервые.

— Не думаю, что они обе выпили любовное зелье, — подал, наконец, голос Малфой.

— С чего ты взял?! — Грейнджер подскочила к нему и стала подозрительно вглядываться в серые глаза.

— Безоар дали только Уизли, — пожал плечами Драко, — а чары спали с обеих.

Гойл снова поразился уму Малфоя и вдруг подумал, что если правда выплывет наружу, ему несдобровать. Его словно пригвоздило к месту — так важно было узнать, чем кончится дело. Но тут из глубины холла раздался мощный звук колокола, возвестившего о начале занятий, и все, кто еще был в зале, поспешили на уроки.

Грегори тенью последовал за Малфоем в надежде узнать что-нибудь еще. Но время шло, Трансфигурация сменилась Травологией, а Драко не поднимал так волновавшую Гойла тему.

Ни Гринграсс, ни Поттера больше никто не видел.

— Как думаешь, что все же было с младшей Уизли? — решился задать самый важный для себя вопрос Грегори, хотя сам прекрасно знал на него ответ.

Малфой ответил не сразу. Он долго возился со шнуровкой, предпочитая перед вылетом на поле не пользоваться магией, — странная привычка, которую Гойл никогда не понимал. За Драко ответил Блез:

— Думаю, без Амортенции не обошлось — что еще может вызвать такую влюбленность?! А вот касательно Паркинсон… Уизли должна была выпить или съесть еще что-то, чтобы вызвать ответную реакцию.

— Я тоже заметил — Паркинсон давно на нее как-то странно косилась, — Драко поднял голову и взглянул на себя в зеркало. — Значит, Уизли приняла одно зелье задолго до другого. Интересно, где носит Поттера?! Кого я буду натягивать в Квиддич?!

С этими словами он хлопнул дверцей своего шкафчика и вышел из раздевалки.

Гойлу оставалось только тащиться следом. Сегодня он был не в лучшей форме для игры: нервишки пошаливали, к тому же, он не мог перестать думать о Пэнси и Джинни.

— Эй ты! — младшая Уизли ловко подцепила его за локоть и оттащила в сторону. — Есть разговор.

— Это тебя заменили, а мне на поле надо! — огрызнулся Гойл, но Джинни пропустила его замечание мимо ушей.

— Ты нашел Амортенцию, которую я обронила! — выдала она, прожигая его неприязненным взглядом. — Признавайся, ушлепок!

— Отвали!

— Не отвалю, пока не сознаешься!

— Мне не в чем… А! — Уизли больно ударила его в солнечное сплетение.

— Признавайся, слизень! Что тебе от меня было нужно?!

— Да ничего! — Гойл вздохнул, приходя в себя от удара, и тут же перехватил ее руку, готовую нанести следующий. — Ты не можешь меня бить, потому что я тебя спас!

— Какой же ты урод! — на глаза Джинни навернулись слезы. — Если влюбился в эту стерву Гринграсс, так и скажи! Это же ты все для нее делал, твою ж Моргану! Думаешь, она когда-нибудь обратит на тебя внимание?! Когда рядом Гарри?!

— Да плевать мне на твою Гринграсс! — зарычал Гойл рассержено. Нужно было спешить на поле. — Это ты мне все портишь! Это из-за тебя!

— Что?! — Уизли непонимающе захлопала глазами. — Что из-за меня?

— Ничего! — Грегори оттолкнул ее и в порыве гнева и досады выскочил на поле.

Поттер уже был там, и игра начиналась.

Раздался свисток, и в воздух взмыли квоффл, бладжеры и золотой снитч. Гойл постарался сосредоточиться, но бита словно жила своей жизнью, не желая попадать ни по мячам, ни по спинам противников. Метлу то и дело трясло, и, как ни старался, Гойл никак не мог удержать равновесие.

Внезапно его взгляд упал на трибуну Гриффиндора и встретился с голубыми, как незабудки, глазами Джинни Уизли. Она не могла заговаривать его метлу из-за Долга Жизни, но смотрела так, что хотелось провалиться на месте.

Мимо с вихрем пронеслись Малфой и Поттер. Первый крикнул что-то второму, тот вильнул, но быстро вернулся на верный курс и с силой толкнул Драко плечом. Малфой не удержался, и его отбросило к трибунам.

На счастье Драко снитч тоже резко изменил направление, словно сам шел ему в руки. Приободренный, ловец Слизерина бросился за трофеем и, на излете, чуть не врезался в Грейнджер, сидевшую в первом ряду. Она была слишком поглощена игрой Рона, чтобы даже испугаться, когда Малфой пронесся буквально в нескольких сантиметрах от нее, всколыхнув пряди каштановых волос. Но не успела прическа Гермионы вернуться в исходное состояние, как мимо пронесся Гарри, вздымая воздушные массы в настоящую стихию.

Поттер жаждал победы. Малфой грезил победой. А Гойл желал только, чтобы все это закончилось поскорее. Он удачно отбил очередной бладжер, посылая его прямехонько в Рона Уизли, и даже успел увернуться от гриффиндорского охотника, только что перехватившего квоффл.

— Мочи его! — заорал Харпер, и Грегори, развернувшись, атаковал неприятеля мощным ударом по метле.