Фандом: Гарри Поттер. Грегори Гойл очень хочет произвести на кого-то впечатление. Известно, что это не Лаванда Браун и не Гермиона Грейнджер. Тогда кто?
109 мин, 5 сек 20783
Гойл снова погрузился в суету учебного дня. Он поболтал с Харпером, поржал над пошлым анекдотом Смита, сопроводил Малфоя в библиотеку, где тот велел ему стоять на стреме и не мешать делать что-то, явно идущее вразрез с правилами.
И вот, наконец, школьный двор и компания ребят, играющих в Плюй-камни. Гойл воспрянул духом, вздыхая полной грудью — жизнь была не такой уж плохой! Девчонки стайками ютились вокруг скамеек, но Гойл точно знал, кого искать. Красные шарфы, синие юбки, зеленые галстуки… И она среди всех — такая яркая, что не заметить невозможно. Грегори горестно вздохнул, чувствуя, что краснеет. Ему пришла в голову мысль написать письмо с признанием, как та Саттон, как вдруг взгляд его упал на двух гриффиндорок, проходивших мимо.
— Даже не знаю, на что эта Гринграсс надеется, — говорила одна из них, блондинка Браун. — Это очень сильно зелье.
— А если ошибка в рецепте?! — спросила ее смуглая подруга — одна из сестер Патил.
— Исключено! — Лаванда затрясла белокурыми кудряшками. — Если зелье вызвало такую сильную реакцию, значит, презрение Малфоя просто зашкаливает!
— Не хотела бы я такое про своего парня выяснить…
— А если ты еще только хочешь, чтобы он стал твоим парнем?!
Подруги посмотрели на Гойла и, не сговариваясь, захихикали. Он отошел в сторону, пропуская их, и отчетливо услышал шепот Браун:
— Этому разве что Лихо-зелье поможет!
Гойл оторопело посмотрел вслед гриффиндорским модницам. Он никогда не слышал ни о чем подобном. И даже догадывался, что это была издевка, но… Что, если и вправду поможет?!
— Браун! — окликнул он так резко, что та едва не подпрыгнула.
— Чего тебе?! — недовольно обернулась Лаванда, а ее подружка попятилась.
— Что за Лихо-зелье?! — он почувствовал, что снова краснеет, но ничего не мог с собой поделать.
— Так ты слышал… — Браун хихикнула. — Разве не знаешь?! Лихо-зелье помогает обменять удачу на исполнение желания!
— Гонишь! — выпалил Гойл прежде, чем успел подумать.
— Только не говори мне, что всерьез решил его попробовать, — Браун скептически помахала рукой. — Опасная вещь вообще-то!
— У меня нет удачи! А желание есть! Так что… — краем глаза он заметил, что девушка грез смотрит на него, и это прибавило сил.
— Ого! Желание! — Лаванда уже не скрывала насмешки. — Как ты понимаешь, если тебе нечего менять, то и обмена не выйдет. А так… Дерзай!
— Как мне его найти?! — Гойл в отчаянии схватил Браун за руку, и она брезгливо оттолкнула его.
— Да закажи просто! В любом выпуске «Пророка» полно таких объявлений!
И она взяла подругу под ручку и продолжила свой путь, а Гойл остался размышлять над тем, что услышал.
Следующее утро Грегори провел в борьбе с собой. Мысли о Лихо-зелье не покидали его, но поддаться искушению было страшно — цена казалась высоковатой. Впрочем, Гойл был не единственным, кто чувствовал себя паршиво этим утром: на Малфое просто лица не было. Он бесцельно метался по гостиной, периодически швыряя то в один, то в другой ее угол заклятия, но успокоиться никак не мог. Гойл решил, что к нему лучше не лезть.
Наконец из спальни показалась Дафна Гринграсс, и гостиную словно солнцем озарило. Она светилась от счастья, и это взбесило Малфоя еще больше.
— Эй, Григрасс! — едко окликнул он. — Ты знаешь, что тебе не идет красный цвет?!
— Не сейчас, Дра-а-ако! — пропела она и, взяв под руку Пэнси, выпорхнула в коридор. Малфой заскрежетал зубами, заметил Гойла и тут же, без предупреждения, выкрикнул:
— Диффиндо!
Грегори успел уклониться от заклятия только благодаря хорошей реакции.
— Ты озверел?! — зарычал он, надеясь проскочить мимо Драко, но тот снова повторил попытку достать его, и на этот раз успешно.
Гойл взвыл от боли, а Малфой, похоже, немного успокоился. Он вздохнул, потряс головой и закрыл глаза ненадолго.
— Все нормально, нормально! — выкрикнул он так, как будто все было как раз не нормально.
Гойл попятился.
— Кураро! — порез Гойла защипало, и вскоре он исчез, словно и не было. — Теперь доволен?
— Нет, — Грегори потер руку, но больше ничего говорить не стал — из страха, что Драко выкинет фокус похуже. — Какая муха тебя…
— Гринграсс! — внезапно выпалил Малфой. — Ты знаешь, что она трахается с Поттером?!
Гойл присвистнул от удивления, а потом вдруг выдал:
— А тебе не фиолетово?
В этот момент ему показалось, что Малфой и впрямь стал лиловым, прежде чем вымученно кивнул:
— Фиолетово.
И пошел на завтрак.
В Большом зале Грегори долго крутил вилку в руке, все еще размышляя о том, на что решиться. Но желание быть любимым, наконец, пересилило:
— Малфой! — он откашлялся. — Дай газету почитать!
— Не дам! — Драко даже не оторвался от строчек. — Тебе вредно.
— Мне на пять минут!
— Голые девочки у Нотта, ты перепутал, — и Малфой оскалился, довольный собой. Казалось, он все еще злился то ли на Гойла, то ли на Гринграсс.
— Дай газету! — Грегори насупился, как индюк.
— Что?! — Малфой, наконец, оторвался от статьи.
Гойл сник, вспоминая, как Драко заставил его плясать и одновременно мучаться от щекоточного заклятия. Но попробовать стоило…
И вот, наконец, школьный двор и компания ребят, играющих в Плюй-камни. Гойл воспрянул духом, вздыхая полной грудью — жизнь была не такой уж плохой! Девчонки стайками ютились вокруг скамеек, но Гойл точно знал, кого искать. Красные шарфы, синие юбки, зеленые галстуки… И она среди всех — такая яркая, что не заметить невозможно. Грегори горестно вздохнул, чувствуя, что краснеет. Ему пришла в голову мысль написать письмо с признанием, как та Саттон, как вдруг взгляд его упал на двух гриффиндорок, проходивших мимо.
— Даже не знаю, на что эта Гринграсс надеется, — говорила одна из них, блондинка Браун. — Это очень сильно зелье.
— А если ошибка в рецепте?! — спросила ее смуглая подруга — одна из сестер Патил.
— Исключено! — Лаванда затрясла белокурыми кудряшками. — Если зелье вызвало такую сильную реакцию, значит, презрение Малфоя просто зашкаливает!
— Не хотела бы я такое про своего парня выяснить…
— А если ты еще только хочешь, чтобы он стал твоим парнем?!
Подруги посмотрели на Гойла и, не сговариваясь, захихикали. Он отошел в сторону, пропуская их, и отчетливо услышал шепот Браун:
— Этому разве что Лихо-зелье поможет!
Гойл оторопело посмотрел вслед гриффиндорским модницам. Он никогда не слышал ни о чем подобном. И даже догадывался, что это была издевка, но… Что, если и вправду поможет?!
— Браун! — окликнул он так резко, что та едва не подпрыгнула.
— Чего тебе?! — недовольно обернулась Лаванда, а ее подружка попятилась.
— Что за Лихо-зелье?! — он почувствовал, что снова краснеет, но ничего не мог с собой поделать.
— Так ты слышал… — Браун хихикнула. — Разве не знаешь?! Лихо-зелье помогает обменять удачу на исполнение желания!
— Гонишь! — выпалил Гойл прежде, чем успел подумать.
— Только не говори мне, что всерьез решил его попробовать, — Браун скептически помахала рукой. — Опасная вещь вообще-то!
— У меня нет удачи! А желание есть! Так что… — краем глаза он заметил, что девушка грез смотрит на него, и это прибавило сил.
— Ого! Желание! — Лаванда уже не скрывала насмешки. — Как ты понимаешь, если тебе нечего менять, то и обмена не выйдет. А так… Дерзай!
— Как мне его найти?! — Гойл в отчаянии схватил Браун за руку, и она брезгливо оттолкнула его.
— Да закажи просто! В любом выпуске «Пророка» полно таких объявлений!
И она взяла подругу под ручку и продолжила свой путь, а Гойл остался размышлять над тем, что услышал.
Следующее утро Грегори провел в борьбе с собой. Мысли о Лихо-зелье не покидали его, но поддаться искушению было страшно — цена казалась высоковатой. Впрочем, Гойл был не единственным, кто чувствовал себя паршиво этим утром: на Малфое просто лица не было. Он бесцельно метался по гостиной, периодически швыряя то в один, то в другой ее угол заклятия, но успокоиться никак не мог. Гойл решил, что к нему лучше не лезть.
Наконец из спальни показалась Дафна Гринграсс, и гостиную словно солнцем озарило. Она светилась от счастья, и это взбесило Малфоя еще больше.
— Эй, Григрасс! — едко окликнул он. — Ты знаешь, что тебе не идет красный цвет?!
— Не сейчас, Дра-а-ако! — пропела она и, взяв под руку Пэнси, выпорхнула в коридор. Малфой заскрежетал зубами, заметил Гойла и тут же, без предупреждения, выкрикнул:
— Диффиндо!
Грегори успел уклониться от заклятия только благодаря хорошей реакции.
— Ты озверел?! — зарычал он, надеясь проскочить мимо Драко, но тот снова повторил попытку достать его, и на этот раз успешно.
Гойл взвыл от боли, а Малфой, похоже, немного успокоился. Он вздохнул, потряс головой и закрыл глаза ненадолго.
— Все нормально, нормально! — выкрикнул он так, как будто все было как раз не нормально.
Гойл попятился.
— Кураро! — порез Гойла защипало, и вскоре он исчез, словно и не было. — Теперь доволен?
— Нет, — Грегори потер руку, но больше ничего говорить не стал — из страха, что Драко выкинет фокус похуже. — Какая муха тебя…
— Гринграсс! — внезапно выпалил Малфой. — Ты знаешь, что она трахается с Поттером?!
Гойл присвистнул от удивления, а потом вдруг выдал:
— А тебе не фиолетово?
В этот момент ему показалось, что Малфой и впрямь стал лиловым, прежде чем вымученно кивнул:
— Фиолетово.
И пошел на завтрак.
В Большом зале Грегори долго крутил вилку в руке, все еще размышляя о том, на что решиться. Но желание быть любимым, наконец, пересилило:
— Малфой! — он откашлялся. — Дай газету почитать!
— Не дам! — Драко даже не оторвался от строчек. — Тебе вредно.
— Мне на пять минут!
— Голые девочки у Нотта, ты перепутал, — и Малфой оскалился, довольный собой. Казалось, он все еще злился то ли на Гойла, то ли на Гринграсс.
— Дай газету! — Грегори насупился, как индюк.
— Что?! — Малфой, наконец, оторвался от статьи.
Гойл сник, вспоминая, как Драко заставил его плясать и одновременно мучаться от щекоточного заклятия. Но попробовать стоило…
Страница 5 из 30
