Вот. Расскажу абсолютно реальную историю. Никаких монстров я не видел, но после нижеописанных событий я долгие месяцы не мог спать спокойно, а при воспоминаниях меня передёргивает.
8 мин, 24 сек 2752
И мы шагнули в туман, спускаясь по горе. К слову скажу, что все выглядели просто ужасно. Мы оставили в горах ненужный хлам, чтобы облегчить себе путешествие. Кроме того, стоит отметить, что у нас был компас, почему мы чувствовали себя более или менее уверенными. Большую часть времени мы шли молча. Изредка, девушка, которую звали Оля, делала пугающие замечания о том, что ей кажется, будто кто-то следит за нами из тумана, что она слышала голоса людей и что ночью ей послышались звуки босых ног, шлёпающих по лужам. Мы много раз просили её замолчать, потому что были на пределе. И в один их таких моментов мы внезапно увидели странно образование в тумане, похожее на человека в капюшоне (чертовски походило на Пирамидоголового из СХ), но, приблизившись (а это делать было крайне невыносимо, в полной тишине и страхе), мы обнаружили, что это был всего-лишь угол палатки. Чувства были смешанные, но только не у меня. Друзья полагали, что это ЧЬЯ-ТО палатка, немного радовались, немного боялись из-за неизвестности о хозяевах. Но я почему-то был полностью уверен, что эта палатка стоит здесь не один год. Приблизившись ещё, мы заметили, что она сильно заросла и была покрыта разными травами, паутинками и грязью.
В этот момент мне пришлось рассказать о том, что мне поведала та странная женщина в деревне. Тут начался срач и крики, меня сильно поругали за то, что я умолчал об этом. Но надо было успокоиться и продолжить идти. К счастью, по нашим расчётам, мы должны были добраться до деревни через час-полтора. А ещё и не было четырёх часов.
Ровно через два часа мы охуевали. Мы стояли посреди болотистого поля и видели перед собой бесконечные просторы полей, озёр, болот, кучек лесов, и на горизонте виднелась полоса гор. Это не влезало в голову! Мы шли ровно на север, не отклоняясь, всё по компасу. Но никакой деревни не было, и, более того, когда мы смотрели на эту местность с гор, здесь не было никаких болот и озёр.
В этот момент нам стало невероятно страшно. Туман в лесу за спиной сгущался. На расстоянии десяти метров уже ничего невозможно было разглядеть. Мы застыли в ледяном страхе, потому что понимали, что мы здесь ещё не на одну ночь. Пока мы доберёмся до горы, где мы провели прошлую ночь, уже стемнеет, а ночью никому идти не хотелось.
Мы ускоренно пошли обратно. Вместо неосознанности непонятного и страха, мы уже ощущали явный ужас и злобу. Злобу на себя, что мы попёрлись в эти проклятые горы и болота.
Мы быстро шли к горе, стараясь не обращать внимания на угнетающую тишину. Мы шли по хлюпающей траве, которая прогибалась под ногами, словно под слоем земли была глубокая вода. Внезапно, Оля закричала во весь голос. Я быстро повернулся, чтобы посмотреть, в чём дело и не увидел её. За долю секунды вся моя нервная система съёжилась в комок, пока я не увидел Олю, ушедшую в землю по пояс. Я побежал к ней, чтобы выхватить. Она брыкалась и кричала. От этого она увязала всё глубже и глубже, но я с помощью брата смог её вытащить, на что понадобились титанические усилия. Когда мы вытащили её оттуда, в земле остался широкая дыра, дно которой быстро наполнялось водой. Мы замерли в ожидании, словно ждали, что сейчас оттуда пойдёт красная жидкость, но ничего подобного не случилось. Однако Оля посмотрела на свои ноги и ужаснулась: все они были по голень исцарапаны, словно изрезанны тупым ножом, а также виднелись небольшие зияющие дырки, как будто её покусали пиявки. Она упала на землю и зарыдала в отчаянии, проклиная всех вокруг. Я горжусь тем, что смог её успокоить и проявить смелость. И мы пошли дальше.
На подъёме в гору уже темнело. Хоть мы шли по той же дороге, что и раньше, но никакой палатки мы не встретили, что заставило нас напрячься ещё сильнее. Всё моё естество мечтало лишь о том, чтобы закрыть глаза, а когда открыть их, то оказаться у себя дома. В тепле и уюте.
Наконец, мы поднялись на гору и нашли место, где мы остановились прошлой ночью. Нашли кострище, но, к нашему величайшему ужасу, никаких вещей, которые оставляли, мы не обнаружили. Я был на пределе. Уже было почти темно, и мы всей компанией собрали дров, чтобы разжечь огонь. Этой ночью никто не спал. Когда костёр погас, было полностью темно, и никто не хотел идти за дровами. Мы прижались друг к другу и стали ждать рассвета, чтобы умотать оттуда на всех парах. А, как известно, самая тёмная ночь перед рассветом.
В этот момент мне пришлось рассказать о том, что мне поведала та странная женщина в деревне. Тут начался срач и крики, меня сильно поругали за то, что я умолчал об этом. Но надо было успокоиться и продолжить идти. К счастью, по нашим расчётам, мы должны были добраться до деревни через час-полтора. А ещё и не было четырёх часов.
Ровно через два часа мы охуевали. Мы стояли посреди болотистого поля и видели перед собой бесконечные просторы полей, озёр, болот, кучек лесов, и на горизонте виднелась полоса гор. Это не влезало в голову! Мы шли ровно на север, не отклоняясь, всё по компасу. Но никакой деревни не было, и, более того, когда мы смотрели на эту местность с гор, здесь не было никаких болот и озёр.
В этот момент нам стало невероятно страшно. Туман в лесу за спиной сгущался. На расстоянии десяти метров уже ничего невозможно было разглядеть. Мы застыли в ледяном страхе, потому что понимали, что мы здесь ещё не на одну ночь. Пока мы доберёмся до горы, где мы провели прошлую ночь, уже стемнеет, а ночью никому идти не хотелось.
Мы ускоренно пошли обратно. Вместо неосознанности непонятного и страха, мы уже ощущали явный ужас и злобу. Злобу на себя, что мы попёрлись в эти проклятые горы и болота.
Мы быстро шли к горе, стараясь не обращать внимания на угнетающую тишину. Мы шли по хлюпающей траве, которая прогибалась под ногами, словно под слоем земли была глубокая вода. Внезапно, Оля закричала во весь голос. Я быстро повернулся, чтобы посмотреть, в чём дело и не увидел её. За долю секунды вся моя нервная система съёжилась в комок, пока я не увидел Олю, ушедшую в землю по пояс. Я побежал к ней, чтобы выхватить. Она брыкалась и кричала. От этого она увязала всё глубже и глубже, но я с помощью брата смог её вытащить, на что понадобились титанические усилия. Когда мы вытащили её оттуда, в земле остался широкая дыра, дно которой быстро наполнялось водой. Мы замерли в ожидании, словно ждали, что сейчас оттуда пойдёт красная жидкость, но ничего подобного не случилось. Однако Оля посмотрела на свои ноги и ужаснулась: все они были по голень исцарапаны, словно изрезанны тупым ножом, а также виднелись небольшие зияющие дырки, как будто её покусали пиявки. Она упала на землю и зарыдала в отчаянии, проклиная всех вокруг. Я горжусь тем, что смог её успокоить и проявить смелость. И мы пошли дальше.
На подъёме в гору уже темнело. Хоть мы шли по той же дороге, что и раньше, но никакой палатки мы не встретили, что заставило нас напрячься ещё сильнее. Всё моё естество мечтало лишь о том, чтобы закрыть глаза, а когда открыть их, то оказаться у себя дома. В тепле и уюте.
Наконец, мы поднялись на гору и нашли место, где мы остановились прошлой ночью. Нашли кострище, но, к нашему величайшему ужасу, никаких вещей, которые оставляли, мы не обнаружили. Я был на пределе. Уже было почти темно, и мы всей компанией собрали дров, чтобы разжечь огонь. Этой ночью никто не спал. Когда костёр погас, было полностью темно, и никто не хотел идти за дровами. Мы прижались друг к другу и стали ждать рассвета, чтобы умотать оттуда на всех парах. А, как известно, самая тёмная ночь перед рассветом.
Страница 2 из 3
