Кран не работал. Либо не было воды. Либо долбаные коммунальщики опять ремонтируют ржавые трубы. Под недавно положенным ими же самими асфальтом. Всё равно. Безнадежно попытавшись выдоить из него хоть каплю воды, Валера хрипло ругнулся и со стоном вышел из кухни. Ему было очень плохо.
Добавить в моё избранное
9 мин, 6 сек 14318
Пошарив рукой на полу возле дивана, он нащупал пульт и стал тыкать пальцем в большую красную кнопку. С двадцатого примерно раза, обособленно стоящая в другом конце комнаты резная, в металлических ажурных завитушках, чуть покрытых зеленоватой плесенью кованная китайская плазма натужно пикнула. Экран на миг осветился красным и на нём тут же, как назло, появился огромный, во все его пространство стакан с водой, в котором плавали кубики льда и долька лимона. Всё пространство комнаты немедленно заполнил басовитый мужской голос: «… вепс! Освежающий вкус лимона!».
— Валера стал судорожно тыкать кнопки пульта, пытаясь переключить канал, а голос тем временем продолжал: «Выпусти на волю жажду, поддайся искуш…» — канал наконец-то переключился и стакан с освежающим напитком сменился, очевидно, криминальной хроникой, так как на нем тут же появились мигалки полицейских автомобилей, а тревожный голос, на этот раз уже женский, бодро продолжал:«Пять убийств и сто девяносто семь дорожно-транспортных происшествий, в которых пострадало…» Валера попытался убавить громкость, так как каждое слово остро отдавалось в голове и после нескольких безнадежных попыток, смирившись, снова прикрыл глаза.
Первые две быстренько разделись и, совершенно не стесняясь их присутствия, полезли в мутную воду, символизирующую бассейн. В него тут же прыгнули Пашка и Вано и оттуда сразу стали раздаваться громкий женский визг и мужской хохот.
Блондинка стояла напротив стола и все так же смотрела в кафельную плитку на полу, не шевелясь и не поднимая голову.
Валерке тоже хотелось как-то вот так же скинуть с себя полотенце и прыгнуть туда, в и не такую уж и мутную уже, после пяти бутылок пива, воду вместе с блондинкой и кричать, смеяться и брызгаться водой так же, как это делали сейчас его более удачливые коллеги. Но он совсем не знал, как вести себя в подобных случаях, поскольку (страшно признаться в этом даже самому себе, не то что коллегам из бассейна) ни разу до этого в своей двадцатишестилетней жизни не… Короче, ни разу до этого он не пользовался услугами… Услугами ЭТИХ. А голубоглазая блондинка и не думала ему помогать, всё так же смотря в грязный кафель на полу.
Затянувшуюся неловкую ситуацию спас Пашка из бассейна, сквозь женский визг прокричавший из бассейна:
— Валер, чего ты жмешься? Хватай лахудру и давай к нам уже, чё она у тебя как неживая? — при этих словах из бассейна раздался дружный взрыв женского хохота.
Когда он раздевал ее, она не сопротивлялась, только подняла голову и вместо пола смотрела теперь на него. У нее было красивое, очень-очень белое тело с ярко прорисованной талией и упругой, стоящей и отнюдь не нуждающейся в услугах никакого бюстгальтера грудью. Лишь на спине едва различимо, почти невидно розовели два странных продолговатых шрама, вертикально расположенных возле каждой лопатки.
«А также девятнадцать пожаров, в которых погибло шесть человек»… Валера снова с трудом открыл глаза и посмотрел в привычный и давно знакомый потолок. Стандартный черный потолок стандартной квартиры стандартной же многоэтажки, где вычурная замысловатая резьба, приевшаяся уже за много лет, символизировала картины Страшного суда. Огромный камин привычно пылал в углу, треском своим напоминая о том, что все мы смертны и всё проходит. Всё было привычным и обыденным, за исключением…
Она почти ничего не говорила и лишь когда он тащил ее за руку к бассейну, тихо просила: «Пожалуйста, не надо»… Но он не слушал или сделал вид, что не слушал, столкнув ее туда, к самому центру, где бесился клубок, сплетенный из мужских и женских тел и сам прыгнул следом за ней, скинув наконец с себя ненужное полотенце. Плеск, громкий, заливистый женский смех, приятное, щекочущее нервы ощущение обнаженной свободы среди таких же как и ты, обнаженных тел вокруг тебя. Всё это настолько дурманило, пьянило и без того его хмельную голову, что он не сразу заметил, что она давно уже стоит прижавшись к бортику, спиной к ним.
Потом они весело, всей гурьбой пошли в так называемую «комнату отдыха» — небольшую вонючую комнатенку с кроватью, занимающей почти всё ее пространство. Он тянул блондинку за руку, а она покорно шла за ним, ничего не говоря ему на этот раз. Кровать была старой и вся в каких-то пятнах и на миг ему показалось тогда, что в ее глазах мелькнул при виде нее ужас. Впрочем, конечно, показалось. Ведь она же из… Из НИХ и конечно, повидала уже многое.
Клубок из мокрых тел, ненадолго распавшийся после бассейна вновь сплелся, но уже на кровати. Он оказался в самом его центре, справа напряженно ухал, почти в самое его ухо Пашка, где-то спереди, совсем рядом, сладко и довольно похрюкивал Вано… Она была где-то снизу и он поцеловал ее в почему-то оказавшееся вдруг солёным лицо. А когда он начал… Это был взрыв каждой клетки его тела. Нет, это было цунами, накрывшее его с головой уютной волной счастья и радости.
— Валера стал судорожно тыкать кнопки пульта, пытаясь переключить канал, а голос тем временем продолжал: «Выпусти на волю жажду, поддайся искуш…» — канал наконец-то переключился и стакан с освежающим напитком сменился, очевидно, криминальной хроникой, так как на нем тут же появились мигалки полицейских автомобилей, а тревожный голос, на этот раз уже женский, бодро продолжал:«Пять убийств и сто девяносто семь дорожно-транспортных происшествий, в которых пострадало…» Валера попытался убавить громкость, так как каждое слово остро отдавалось в голове и после нескольких безнадежных попыток, смирившись, снова прикрыл глаза.
Первые две быстренько разделись и, совершенно не стесняясь их присутствия, полезли в мутную воду, символизирующую бассейн. В него тут же прыгнули Пашка и Вано и оттуда сразу стали раздаваться громкий женский визг и мужской хохот.
Блондинка стояла напротив стола и все так же смотрела в кафельную плитку на полу, не шевелясь и не поднимая голову.
Валерке тоже хотелось как-то вот так же скинуть с себя полотенце и прыгнуть туда, в и не такую уж и мутную уже, после пяти бутылок пива, воду вместе с блондинкой и кричать, смеяться и брызгаться водой так же, как это делали сейчас его более удачливые коллеги. Но он совсем не знал, как вести себя в подобных случаях, поскольку (страшно признаться в этом даже самому себе, не то что коллегам из бассейна) ни разу до этого в своей двадцатишестилетней жизни не… Короче, ни разу до этого он не пользовался услугами… Услугами ЭТИХ. А голубоглазая блондинка и не думала ему помогать, всё так же смотря в грязный кафель на полу.
Затянувшуюся неловкую ситуацию спас Пашка из бассейна, сквозь женский визг прокричавший из бассейна:
— Валер, чего ты жмешься? Хватай лахудру и давай к нам уже, чё она у тебя как неживая? — при этих словах из бассейна раздался дружный взрыв женского хохота.
Когда он раздевал ее, она не сопротивлялась, только подняла голову и вместо пола смотрела теперь на него. У нее было красивое, очень-очень белое тело с ярко прорисованной талией и упругой, стоящей и отнюдь не нуждающейся в услугах никакого бюстгальтера грудью. Лишь на спине едва различимо, почти невидно розовели два странных продолговатых шрама, вертикально расположенных возле каждой лопатки.
«А также девятнадцать пожаров, в которых погибло шесть человек»… Валера снова с трудом открыл глаза и посмотрел в привычный и давно знакомый потолок. Стандартный черный потолок стандартной квартиры стандартной же многоэтажки, где вычурная замысловатая резьба, приевшаяся уже за много лет, символизировала картины Страшного суда. Огромный камин привычно пылал в углу, треском своим напоминая о том, что все мы смертны и всё проходит. Всё было привычным и обыденным, за исключением…
Она почти ничего не говорила и лишь когда он тащил ее за руку к бассейну, тихо просила: «Пожалуйста, не надо»… Но он не слушал или сделал вид, что не слушал, столкнув ее туда, к самому центру, где бесился клубок, сплетенный из мужских и женских тел и сам прыгнул следом за ней, скинув наконец с себя ненужное полотенце. Плеск, громкий, заливистый женский смех, приятное, щекочущее нервы ощущение обнаженной свободы среди таких же как и ты, обнаженных тел вокруг тебя. Всё это настолько дурманило, пьянило и без того его хмельную голову, что он не сразу заметил, что она давно уже стоит прижавшись к бортику, спиной к ним.
Потом они весело, всей гурьбой пошли в так называемую «комнату отдыха» — небольшую вонючую комнатенку с кроватью, занимающей почти всё ее пространство. Он тянул блондинку за руку, а она покорно шла за ним, ничего не говоря ему на этот раз. Кровать была старой и вся в каких-то пятнах и на миг ему показалось тогда, что в ее глазах мелькнул при виде нее ужас. Впрочем, конечно, показалось. Ведь она же из… Из НИХ и конечно, повидала уже многое.
Клубок из мокрых тел, ненадолго распавшийся после бассейна вновь сплелся, но уже на кровати. Он оказался в самом его центре, справа напряженно ухал, почти в самое его ухо Пашка, где-то спереди, совсем рядом, сладко и довольно похрюкивал Вано… Она была где-то снизу и он поцеловал ее в почему-то оказавшееся вдруг солёным лицо. А когда он начал… Это был взрыв каждой клетки его тела. Нет, это было цунами, накрывшее его с головой уютной волной счастья и радости.
Страница 2 из 3
