Говорят, если слишком долго всматриваться в тёмном зеркале в своё отражение, то постепенно оно начнёт таять, и на его месте вы увидите нечто совсем иное. Никогда не делайте этого.
148 мин, 33 сек 11668
Горячую воду отключили. Лиза, шипя ипоёживаясь, нырнула под ледяную струю душа. Впамяти крутились обрывки сегодняшней ночи. Чтоже ейделать дальше? Вголову вдруг прокралась мысль-ачто еслибы Арумел занялся сней сексом по-настоящему? Неперемещая еёсознание вчужое тело, аименно сней. Каково это-испытать страсть демона доконца?
— Ненавижу!!! — взеркало над раковиной полетела мочалка, разбрызгивая остатки пены постеклу.
Когда Лис, насквозь промёрзшая, кутаясь вполотенце, выбралась, наконец, изванны, вкомнате уже серели сумерки. Заокном слышались первые птичьи голоса, асвет фонаря стал совсем блеклым.
— Похоже, тыпоследовала моему совету?
Арумел врасслабленной позе сидел устены. Глаза демона были полузакрыты, исостороны казалось, что онспит.
— Что тысделал сдевушкой?
— Некоторые выбирают удовольствие иного рода, чем ледяная крошка ихолодный душ.
При этих словах Лис почувствовала, как стремительно краснеет. Перед глазами встало видение блондинки раскинувшейся поверх лавандового покрывала.
— Что? Уже влюбилась вменя? — Арумел приоткрыл один глаз ивыжидающе уставился наЛис.
— Ага. Досмерти, — выдавила сквозь зубы Лис.
— Мечтаю придушить всвоих объятьях. Почемубы тебе неоставить меня впокое ипойти развлекаться стеми, кто мечтает обэтом?
— Заудовольствие импридется платить. Втебе нет сострадания кэтим заблудшим душам? — вголосе демона проскользнула насмешка.
— Полагаю жизнью? Чтож тыоставил еёвживых?
Вмгновение ока оноказался рядом.
— Тыразочарована?
— Дамне плевать, что тысней сделал!
— Я не убиваю обычно, но я могу подвести к границе смерти. Если тебя это утешит, она получит своё и очень скоро.
— Акакже тот басист?
— Яже уже говорил-онвыживет.
Лис вдруг всё стало безразлично. Необращая внимания наАрумела, она подошла ккровати иопустилась насмятую постель. Сжала колени руками итак изастыла.
— Что? — онвскинул вверх бровь.
— Неужели готова сдаться?
— Аеслида, точто?
— Натебя это непохоже. Неразочаровывай меня.
— Дачего тывообще комне прицепился?! Что вообще тебе отменя надо? Почему именноя?! Или всвоей демонической вечности отскуки скатушек съехал?
Вглазах Арумела промелькнул недобрый огонёк. Демон сделал шаг кдевушке, ноостановился.
— То, что тыитвои подруги попали мне наглаза, была полностью ваша инициатива. Или уже забыла, счего всё началось? — вего голос, звучавший сначала спокойно ивкрадчиво, начали прокрадываться рокочущие нотки.
— Нопотом оказалось, что мне повезло. После стольких лет… найти подходящий материал… Даже несмей. Меня. Разочаровать.
— Ичто, если разочарую? Поступишь сомной как сдругими? Как сМариной? — Лис вскинула голову, глядя нанего свызовом. Момент пассивности иравнодушия прошёл. Сейчас вней всё сильнее нарастало глухое раздражение пополам сяростью.
— Вспомнила про свою подругу? Напрасно. Если разочаруешь, тонеотделаешься также легко как она.
— Зачто мне такая честь только.
Арумел неожиданно рассмеялся и, сложив на груди руки, смерил взглядом разъярённую девушку.
— Только, похоже, ты меня не разочаруешь, как бы ни старалась. Сцена в баре тому доказательство. Я бы, конечно, придумал что-нибудь позанятнее, но для первого раза, для человека… — Арумел поднял руку и прищелкнул пальцами.
— Это было весело.
— Только неим, — впамяти Лис промелькнуло пунцово-красное лицо протрезвевшего вмиг Андрея и, искажённое отболи, лицо незнакомого гитариста, баюкающего свои изувеченные руки.
— Не… — она осеклась. Дыхание перехватило.
— Это был неты?
Перед глазами закружил калейдоскоп картинок-воспоминаний.
— Я бы дополнил его раздевание чем-нибудь изысканно-извращённым. К примеру, из него бы получилась недурная фигура в стиле Пикассо. Хотя… вряд ли бы он пережил такое вмешательство, а делиться с ним кровью, — Арумел поморщился.
— Жаль… окровавленные выломанные назад пальцы… Тяжёлые капли падают надеревянный пол сцены.
— Как гитаристу?
— Переживаешь? Скоро тытоже сможешь так. Трюк соштанами покажется тогда тебе детскими игрушками.
Унеё потемнело перед глазами.
— Так это был неты?!
Одним порывистым движением онвновь оказался рядом сЛис.
— Пойдём. Самое время тебе кое-что увидеть.
— Там, вбаре, сначала… — Это былаты.
— Лжешь!
— Ты связана со мной кровью. Как думаешь, почему ты больше не задыхаешься? Почему можешь сама, как вчера днём, попасть в мой мир? — в голосе Арумела вновь послышались рокочущие нотки.
— Почему сегодня ночью смогла сделать такое со своим дружком… — Хватит! — Лис зажала уши руками.
— Идём. Пора тебе узнать, для чего ты мне нужна.
Отражения знакомых предметов смутно угадывались вантрацитово-чёрной глубине зеркала. Лис протянула руку иосторожно коснулась стеклянной поверхности. Словно огромная тёмная мембрана. Прикоснись слегка, иона задрожит, завибрирует. Отзовётся тысячью неслышных нот.
— Боишься?
— Ненавижу!!! — взеркало над раковиной полетела мочалка, разбрызгивая остатки пены постеклу.
Когда Лис, насквозь промёрзшая, кутаясь вполотенце, выбралась, наконец, изванны, вкомнате уже серели сумерки. Заокном слышались первые птичьи голоса, асвет фонаря стал совсем блеклым.
— Похоже, тыпоследовала моему совету?
Арумел врасслабленной позе сидел устены. Глаза демона были полузакрыты, исостороны казалось, что онспит.
— Что тысделал сдевушкой?
— Некоторые выбирают удовольствие иного рода, чем ледяная крошка ихолодный душ.
При этих словах Лис почувствовала, как стремительно краснеет. Перед глазами встало видение блондинки раскинувшейся поверх лавандового покрывала.
— Что? Уже влюбилась вменя? — Арумел приоткрыл один глаз ивыжидающе уставился наЛис.
— Ага. Досмерти, — выдавила сквозь зубы Лис.
— Мечтаю придушить всвоих объятьях. Почемубы тебе неоставить меня впокое ипойти развлекаться стеми, кто мечтает обэтом?
— Заудовольствие импридется платить. Втебе нет сострадания кэтим заблудшим душам? — вголосе демона проскользнула насмешка.
— Полагаю жизнью? Чтож тыоставил еёвживых?
Вмгновение ока оноказался рядом.
— Тыразочарована?
— Дамне плевать, что тысней сделал!
— Я не убиваю обычно, но я могу подвести к границе смерти. Если тебя это утешит, она получит своё и очень скоро.
— Акакже тот басист?
— Яже уже говорил-онвыживет.
Лис вдруг всё стало безразлично. Необращая внимания наАрумела, она подошла ккровати иопустилась насмятую постель. Сжала колени руками итак изастыла.
— Что? — онвскинул вверх бровь.
— Неужели готова сдаться?
— Аеслида, точто?
— Натебя это непохоже. Неразочаровывай меня.
— Дачего тывообще комне прицепился?! Что вообще тебе отменя надо? Почему именноя?! Или всвоей демонической вечности отскуки скатушек съехал?
Вглазах Арумела промелькнул недобрый огонёк. Демон сделал шаг кдевушке, ноостановился.
— То, что тыитвои подруги попали мне наглаза, была полностью ваша инициатива. Или уже забыла, счего всё началось? — вего голос, звучавший сначала спокойно ивкрадчиво, начали прокрадываться рокочущие нотки.
— Нопотом оказалось, что мне повезло. После стольких лет… найти подходящий материал… Даже несмей. Меня. Разочаровать.
— Ичто, если разочарую? Поступишь сомной как сдругими? Как сМариной? — Лис вскинула голову, глядя нанего свызовом. Момент пассивности иравнодушия прошёл. Сейчас вней всё сильнее нарастало глухое раздражение пополам сяростью.
— Вспомнила про свою подругу? Напрасно. Если разочаруешь, тонеотделаешься также легко как она.
— Зачто мне такая честь только.
Арумел неожиданно рассмеялся и, сложив на груди руки, смерил взглядом разъярённую девушку.
— Только, похоже, ты меня не разочаруешь, как бы ни старалась. Сцена в баре тому доказательство. Я бы, конечно, придумал что-нибудь позанятнее, но для первого раза, для человека… — Арумел поднял руку и прищелкнул пальцами.
— Это было весело.
— Только неим, — впамяти Лис промелькнуло пунцово-красное лицо протрезвевшего вмиг Андрея и, искажённое отболи, лицо незнакомого гитариста, баюкающего свои изувеченные руки.
— Не… — она осеклась. Дыхание перехватило.
— Это был неты?
Перед глазами закружил калейдоскоп картинок-воспоминаний.
— Я бы дополнил его раздевание чем-нибудь изысканно-извращённым. К примеру, из него бы получилась недурная фигура в стиле Пикассо. Хотя… вряд ли бы он пережил такое вмешательство, а делиться с ним кровью, — Арумел поморщился.
— Жаль… окровавленные выломанные назад пальцы… Тяжёлые капли падают надеревянный пол сцены.
— Как гитаристу?
— Переживаешь? Скоро тытоже сможешь так. Трюк соштанами покажется тогда тебе детскими игрушками.
Унеё потемнело перед глазами.
— Так это был неты?!
Одним порывистым движением онвновь оказался рядом сЛис.
— Пойдём. Самое время тебе кое-что увидеть.
— Там, вбаре, сначала… — Это былаты.
— Лжешь!
— Ты связана со мной кровью. Как думаешь, почему ты больше не задыхаешься? Почему можешь сама, как вчера днём, попасть в мой мир? — в голосе Арумела вновь послышались рокочущие нотки.
— Почему сегодня ночью смогла сделать такое со своим дружком… — Хватит! — Лис зажала уши руками.
— Идём. Пора тебе узнать, для чего ты мне нужна.
Отражения знакомых предметов смутно угадывались вантрацитово-чёрной глубине зеркала. Лис протянула руку иосторожно коснулась стеклянной поверхности. Словно огромная тёмная мембрана. Прикоснись слегка, иона задрожит, завибрирует. Отзовётся тысячью неслышных нот.
— Боишься?
Страница 22 из 49
