Завтрашний день будет потом. Все, что нам нужно, нам нужно сейчас. Время горит ясным огнем, остановите нас!
61 мин, 24 сек 8245
— Иван. Точнее Иван Иванович — моментально ответил незнакомец — такое имя тебя устраивает?
Змей сразу все понял…
— Что делаем?
— На, держи… — на колени Змею лег обрез — только в меня не стрельни… Иди следом за мной.
Николаю что-то не нравилось. Этот сорвавшийся телефонный звонок непонятно от кого. Какое-то чувство опасности грызло душу — вообще этот заказ был каким-то не таким, не как другие.
Нервы что ли сдают? В последнее время Николай начал выпивать, не то чтобы запоями, но если раньше он пил спиртное во время работы, чтобы спокойно заснуть — то теперь водка ему требовалась почти каждый день — чтобы поддерживать себя в форме.
— Возьми себя в руки, слабак! — мысленно укорил себя Николай — третий год уже работаешь, а нервы ни к черту…
Николай не знал, что это задание планировалось для него последним. Владелец агентства, опытный контрразведчик, примерно представлял себе срок, за который человек, работающий в агентстве, должен психологически надломиться. Каждый сотрудник при поступлении в агентство проходил подробное психологическое тестирование и на основании его результатов опытные психологи рассчитывали предел психологической прочности каждого сотрудника. Он же был сроком жизни, который отводился каждому — приходя на работу в агентство, люди заключали договор с дьяволом. Чему же было удивляться, что в назначенный срок дьявол являлся за товаром… У Николая этот срок подходил к концу. И наслаждаться комфортом в московской квартире, ему было не суждено.
Шум раздался справа, почти неслышный. Как будто на землю что-то упало. Николай нахмурился, начал внимательно вглядываться в наполненный тенями и отблесками лунного света садик перед коттеджем. Листва уже почти опала, трава завяла, и голые ветви в лунном свете выглядели сюрреалистично — будто нечисть лезет из земли, простирает свои ветвистые руки к холодному лунному свету, к черному небу. Внезапно Николай поежился, словно легкий морозный ветерок пробежал по спине…
И в самом деле — крыша едет…
Достав пистолет — он носил его легально, как сотрудник частного охранного предприятия — Николай пошел вперед, останавливаясь после каждого шага и чутко прислушиваясь. И шум повторился — снова справа! Николай развернулся, вскидывая пистолет, успел еще заметить какую-то темную кучу, лежащую на земле — и тут будто солнце вспыхнуло у него перед глазами…
Энск
Коттедж, подвал
Ночь на 13 октября 2007 года
Он устал. Новое назначение — а его в начале этого года назначили главным исполнительным директором крупной международной компании, отнимало все силы, высасывало жизненную энергию подобно вампиру. И отдыхать он мог только так, как отдыхал сейчас.
Еще в детстве он знал, что с ним что-то не так. Игры с девочками оставляли его равнодушными, случайные прикосновения сверстников в школьной душевой заставляли краснеть и наполняли мучительной, непонятной ему истомой. Отчим его часто бил, иногда и душил, наказывая за любые реальные или мнимые проступки, наказывая жестоко — и это тоже оставляло в теле чувство какой-то неудовлетворенности, пустоты…
Впервые познал собственную природу он в пятнадцать лет. Один старшеклассник, старше его на три года и тоже избегавший женского общества, объяснил, что с ним все в порядке, просто он не такой как другие. И ничего с этим поделать нельзя, нужно просто смириться и отдаться обуревающим тебя инстинктам. А потом изнасиловал его в душевой, когда они остались там вдвоем. Облегчение это принесло, но ненадолго.
Открытым гомосексуалистом он не был, в своих связях был очень осторожен. В двадцать два года, пересилив себя, он даже женился на толстой и некрасивой Эмме — вниманию привлекательного молодого человека из прекрасной, аристократической семье она была рада до небес. Еще через год у них родился сын. Но в личной жизни он был по-прежнему несчастен — связи ни с мужчинами, ни с женщинами удовлетворения ему не приносили. Сосуд его души был переполнен и готов лопнуть, разлететься мелкими осколками в любой момент…
Окончательно он познал свою природу и научился получать настоящее наслаждение в Румынии, несколько лет назад. Тогда Дженна — его секретарша, которая была настоящей дурой, заказала отель, польстившись на обещавшую пять звезд рекламу. Когда же он приехал в Бухарест — оказалось, что он тянет едва ли на полторы…
Со времен распада Советского Союза, Бухарест стал основной в этом регионе мира перевалочной базой для секс-туризма. Контролировали этот бизнес цыгане, с их кланами не осмеливались связываться даже сицилийцы. Да и брезговали сицилийцы связываться с детской проституцией и с торговлей детьми на органы — а вот цыгане не брезговали ничем. Их кланы и таборы, кочующие по разным странам, не имеющие постоянного места жительства, неподконтрольные полиции и закону, стали настоящими рассадниками наркоторговли, детской проституции, торговли человеческими органами.
Змей сразу все понял…
— Что делаем?
— На, держи… — на колени Змею лег обрез — только в меня не стрельни… Иди следом за мной.
Николаю что-то не нравилось. Этот сорвавшийся телефонный звонок непонятно от кого. Какое-то чувство опасности грызло душу — вообще этот заказ был каким-то не таким, не как другие.
Нервы что ли сдают? В последнее время Николай начал выпивать, не то чтобы запоями, но если раньше он пил спиртное во время работы, чтобы спокойно заснуть — то теперь водка ему требовалась почти каждый день — чтобы поддерживать себя в форме.
— Возьми себя в руки, слабак! — мысленно укорил себя Николай — третий год уже работаешь, а нервы ни к черту…
Николай не знал, что это задание планировалось для него последним. Владелец агентства, опытный контрразведчик, примерно представлял себе срок, за который человек, работающий в агентстве, должен психологически надломиться. Каждый сотрудник при поступлении в агентство проходил подробное психологическое тестирование и на основании его результатов опытные психологи рассчитывали предел психологической прочности каждого сотрудника. Он же был сроком жизни, который отводился каждому — приходя на работу в агентство, люди заключали договор с дьяволом. Чему же было удивляться, что в назначенный срок дьявол являлся за товаром… У Николая этот срок подходил к концу. И наслаждаться комфортом в московской квартире, ему было не суждено.
Шум раздался справа, почти неслышный. Как будто на землю что-то упало. Николай нахмурился, начал внимательно вглядываться в наполненный тенями и отблесками лунного света садик перед коттеджем. Листва уже почти опала, трава завяла, и голые ветви в лунном свете выглядели сюрреалистично — будто нечисть лезет из земли, простирает свои ветвистые руки к холодному лунному свету, к черному небу. Внезапно Николай поежился, словно легкий морозный ветерок пробежал по спине…
И в самом деле — крыша едет…
Достав пистолет — он носил его легально, как сотрудник частного охранного предприятия — Николай пошел вперед, останавливаясь после каждого шага и чутко прислушиваясь. И шум повторился — снова справа! Николай развернулся, вскидывая пистолет, успел еще заметить какую-то темную кучу, лежащую на земле — и тут будто солнце вспыхнуло у него перед глазами…
Энск
Коттедж, подвал
Ночь на 13 октября 2007 года
Он устал. Новое назначение — а его в начале этого года назначили главным исполнительным директором крупной международной компании, отнимало все силы, высасывало жизненную энергию подобно вампиру. И отдыхать он мог только так, как отдыхал сейчас.
Еще в детстве он знал, что с ним что-то не так. Игры с девочками оставляли его равнодушными, случайные прикосновения сверстников в школьной душевой заставляли краснеть и наполняли мучительной, непонятной ему истомой. Отчим его часто бил, иногда и душил, наказывая за любые реальные или мнимые проступки, наказывая жестоко — и это тоже оставляло в теле чувство какой-то неудовлетворенности, пустоты…
Впервые познал собственную природу он в пятнадцать лет. Один старшеклассник, старше его на три года и тоже избегавший женского общества, объяснил, что с ним все в порядке, просто он не такой как другие. И ничего с этим поделать нельзя, нужно просто смириться и отдаться обуревающим тебя инстинктам. А потом изнасиловал его в душевой, когда они остались там вдвоем. Облегчение это принесло, но ненадолго.
Открытым гомосексуалистом он не был, в своих связях был очень осторожен. В двадцать два года, пересилив себя, он даже женился на толстой и некрасивой Эмме — вниманию привлекательного молодого человека из прекрасной, аристократической семье она была рада до небес. Еще через год у них родился сын. Но в личной жизни он был по-прежнему несчастен — связи ни с мужчинами, ни с женщинами удовлетворения ему не приносили. Сосуд его души был переполнен и готов лопнуть, разлететься мелкими осколками в любой момент…
Окончательно он познал свою природу и научился получать настоящее наслаждение в Румынии, несколько лет назад. Тогда Дженна — его секретарша, которая была настоящей дурой, заказала отель, польстившись на обещавшую пять звезд рекламу. Когда же он приехал в Бухарест — оказалось, что он тянет едва ли на полторы…
Со времен распада Советского Союза, Бухарест стал основной в этом регионе мира перевалочной базой для секс-туризма. Контролировали этот бизнес цыгане, с их кланами не осмеливались связываться даже сицилийцы. Да и брезговали сицилийцы связываться с детской проституцией и с торговлей детьми на органы — а вот цыгане не брезговали ничем. Их кланы и таборы, кочующие по разным странам, не имеющие постоянного места жительства, неподконтрольные полиции и закону, стали настоящими рассадниками наркоторговли, детской проституции, торговли человеческими органами.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 16 из 18
