Полет

— Послушай меня. Я твой капитан. Твой друг. Выйди без оружия, и никто тебя не тронет. Смотри, я выбрасываю парализатор.

Капитан поставил оружие на блокировку и отбросил в противоположную от себя сторону. Если Пол не вспомнит про пульсатор… он больше не может рисковать. Даже согласись беглец с его доводами, как узнать начало следующего припадка? Ради оставшихся он просто обязан обезопасить экипаж «Феникса».

В коридоре долго молчали. А потом обреченным голосом Пол ответил, словно борясь с самим собой.

— Я не могу. Простите, капитан. Они вас вынудят меня убить. Не мешайте, и я вас не трону.

Остальные… нет, я не могу верить…

Эндрю оттолкнулся от стены. Он и сам до последней минуты не думал, что сделает, если Пол не клюнет на приманку. Просто решение созрело от беспощадности, с которой команде подписывался приговор.

Он выстрелил, перекатился в противоположный угол и тут же выглянул. Просто так палить из пульсатора возле энергоузла было небезопасно.

Пол не принял боя. Удаляющийся топот ног и мелькающая тень; но Эндрю не собирался давать ему шанс.

— Стой!

Он выстрелил: луч пробил пластик у ног убегающего. Тот резко затормозил, свернув в боковую каюту. Хранилище пищевых концентратов. Один вход, один выход.

Эндрю не выбирал. Как только он увидел пригибающегося убийцу, который копался в дверном механизме, тут же нажал на курок. Оранжевый луч проделал отверстие с яблоко над головой Пола. Он потянулся к кнопке закрытия — ещё один выстрел, и вся дверная панель стекла на пол грязноватой лужицей.

Ствол пульсатора нацелился беглецу в грудь. Больше никаких переговоров.

Он не мог промахнуться.

Дверь пришла в движение, закрываясь перед носом.

В бешенстве он разрядил с десяток зарядов в металлическую преграду. Чертов механизм. Зачем он разнес панель, наверняка она замкнула и…

Через пробитые отверстия доносились затихающие удары. Что-то со звоном упало. Вентиляция.

— Роберт, он ушел, — сквозь зубы процедил капитан. — Артур мертв.

Через полминуты рация ожила.

— Я его слышу, — шепот Роберта наполнял гнев вперемешку с азартом. Наверное, от лекарств, подумал Эндрю. — Ползёт к нам. Мэнди со мной.

— Как только высунется…

— Знаю. На втором уровне у этой трубы два выхода.

Точно. Один в лазарете, второй в каюте Анхеля. А значит…

— Мы его зажмём между этажей! — пьянящая близость победы передалась и ему. — Как только услышите, что он рядом, бейте парализаторами в шахту. Я буду ждать внизу.

Только бы лифт работал. Он жал на кнопку, и каждая секунда казалась часом.

Наконец, средний уровень. Вот и лазарет, где по-прежнему лежал доктор. Эндрю на цыпочках подошел к отверстию и прислушался.

Скрипы, вдохи. Духота. Чем больше разрушений приносил Пол, тем меньше кислорода циркулировало по венам корабля.

На человека шахта воздухоподачи не рассчитана. Посмотрим, как твоя прыть пригодиться в узкой трубе. Нет, Пол, ты своё отбегал. И неважно, всегда твое безумие ждало часа проявить себя, или ты свихнулся он долгой скуки в этот неудачный рейс. Конец эниорам.

Сверху донесся крик, затем лихорадочная пальба. Трещали лучи парализаторов, что-то загромыхало. Он перехватил пульсатор обеими руками и прицелился в черную пасть.

Как только появилось движение, Эндрю выстрелил. Луч осветил гладкие стены и скорчившегося человека. Сдавленный вопль. Попал.

Но Пол не собирался так легко умирать. Титаническим усилием он подтянул раненую ногу и скатился в сторону. Следующий выстрел пробил только стенку шахты.

Второй выход.

Он выскочил из лазарета, перепрыгнул через труп. Нет, с простреленной ногой ты далеко не уйдёшь. Скоро сдохнешь, тварь. А я помогу.

— Эндрю! — в голосе Роберта боль. Он добежал до каюты, открывая дверь. Вот и откинутая решетка…

— Я его подстрелил!

— Он мне плечо пробил стрелой! Эндрю, мой парализатор…

Ты его уронил, хотел добавить капитан, когда ствол уперся ему в спину. Пол балансировал на одной ноге у здоровенного шкафа, мимо которого Эндрю так слепо несся. Зря он недооценил силу сумасшествия. И на то, чтобы развернуться, времени не хватало.

Вспышка и разливающийся по мышцам огонь…

Он заблудился в темноте. Куда ни поворачивал, коридор выводил в одну и ту же комнату. Там крались тени, и кто-то смотрел из мрака в перекошенное от страха лицо. Этот сон он видел много раз ещё мальчиком, а потом забыл. Теперь всё вернулось.

Свет бил в глаза. Эндрю лежал на полу, над ним кружился потолок. Через время он понял, что кружится его голова и тихо выругался. Рот наполнял вкус резины, хотелось сплюнуть.

И всё же ему повезло. Никаких ран. Даже пульсатор валяется рядом. А ведь у Пола была возможность… Он бы на его месте так и поступил.

Качаясь и задевая стены, Эндрю добрался до выхода. Коридор пустовал. Где остальные?

— Роберт… Мэнди?

Рация заполнилась хрипением. Капитан уже поверил, что при падении повредил браслет, как вдруг…

— Эндрю! Эндрю, слава Богу! Мы думали, ты погиб!

Как же приятно слышать отбросившую формальности Мэнди…