Полигон

Там, где недавно вздымалась черным обелиском ночь, сколько хватал глаз простиралась пустыня, усеянная щепой и мусором, слабо подсвеченная дрожащим светом вечера, пробивающимся из привычного земного мира. Инопланетный пейзаж. Обломки дерева и вывороченные из земли камни широкой дугой легли по истерзанной окраине лагеря. Среди вычищенного Нашигой пространства уже клубились первые чернильные облака — демон спешил восстановить позиции. Люди понемногу приходили в себя, поднимались и с опаской осматривались.

Ник рыдал, стоя на коленях возле упавшего дерева, молотя кулаками ни в чем не повинную землю. В двух шагах от него стоял Володя, держа оружие в опущенной руке. Он подождет. Он не любитель стрелять в спину. А этот слабак — из тех, чьи жизни нужны хозяину.

И тогда останется лишь три мишени.

— Костя!!! Миша!!! Денис!!! Где вы все!!! — оглушенный Сергей брел в багровых сумерках в поисках своих. Его качало, в голове мутилось. Вокруг него поднимались те, кому повезло уцелеть под налетом. Их было не так уж много…

Сергей заметил парнишку, стоящего на четвереньках и блюющего возле окровавленного тела, вместо лица которого свисали клочья мяса, перемешанные с осколками костей, — то ли в поток сунулся, то ли не разминулся с летящим деревом или камнем. Он сделал крюк, чтобы не рассматривать подробнее, и наткнулся на Дениса, затягивающего жгут на плече взъерошенного парнишки, сквозь грязь на лице которого пробивалась меловая бледность. Там, где полагалось быть локтю, торчала матовая головка кости. Рядом лежали чьи-то ноги, хозяина конечностей поблизости не наблюдалось.

— Держи. — Денис протянул парню пластиковую бутылку из своей сумки. — Пей.

Пострадавший понюхал горлышко и сделал несколько глотков неразбавленного спирта. Закашлялся, порозовев лицом. Денис тем временем скинул с себя куртку и стянул футболку.

— Приготовься, сейчас будет больно… — И он стал поливать все еще слабо кровоточащее мясо спиртом. Парень заорал, но не шевельнулся, лишь чуть выгнулась спина и запрокинулась голова.

Сергей потянулся за сигаретами. Руки тряслись, как у алкоголика со стажем, и поначалу все никак не получалось попасть кончиком сигареты в язычок огня на почти пустой копеечной зажигалке.

Денис, обмотав культю парня футболкой, также продезинфицированной из бутылки, подошел к нему, показав жестом — «курить». Сергей достал еще одну сигарету из растерзанной пачки, пошевелил пальцами среди крошек табака и лоскутов бумаги — целых больше нет. Ну и черт с ним. Протянул зажигалку Денису, хлопающему по карманам.

— Я долго валялся? По башке чем-то огрело… — Сергей потрогал шишку на затылке, пульсирующую под пальцами.

— Только что закончилось, минуты две-три прошло до того, как я парня этого нашел. Остальным, тем, что еще не встали, не поможешь. Я же сразу сумку схватил и побежал, еще не все эти твари улетели. А тут и помогать особо некому. Фронтовым врачом себя чувствую… Я когда мимо тебя проходил, посмотрел — живой, целый… Шишку не видел, решил, что просто в обмороке, не стал трогать. У остальных живых — ссадины, царапины, шок. Погибло много.

— Наши есть? — Денис лишь молча кивнул. — Кто?

Ответить Денис не успел. Установившуюся было тишину разорвали выстрелы.

Володя молча ждал, когда Ник обернется. Пистолет в руке медленно покачивался, словно дирижируя невидимым оркестром. Вид плачущего мужика не вызывал у Володи никаких эмоций, кроме брезгливости. Ник понемногу успокоился, уткнувшись лицом в землю, лишь плечи еще вздрагивали. Он встал на колени, провел по лицу руками, стирая слезы, затем поднялся на ноги. Володе надоело ждать, и он сделал шаг, чтобы коснуться плеча Ника, заставить его, окаменевшего, оглянуться…

Ник развернулся к Володе сам. Каким-то непостижимым образом он вдруг увидел со стороны себя, стоящего на коленях, и смерть, притаившуюся за его спиной. И камень, лежащий в траве у его колена среди прочего мусора, оставшегося после налета. Ладони горели, он поднес их к лицу — мясо, живое трепещущее мясо. Что же, будет больно. Но это лучше, чем сдохнуть. Он провел истерзанными ладонями по лицу, стирая слезы, и боль окончательно привела в чувство. Поднимаясь на ноги, Ник оперся руками о землю, и пальцы сомкнулись вокруг куска гранита со сглаженными за века краями.

Встал, глубоко вздохнул. Только один шанс… Резко развернулся, уходя в сторону, и коротким движением кисти отправил камень в голову убийцы. Ник почувствовал, как в сантиметре от виска прошел кусочек металла, разогнанный в стволе до трехсот пятнадцати метров в секунду, а затем полыхнуло пламя, опалив ему волосы. Звук выстрела оглушил, словно доской по ушам ударили, но Ник уже бежал прочь, пытаясь рассмотреть хоть что-то сквозь радужные пятна, плывущие в ослепленных вспышкой глазах. Вторая пуля догнала его, пробила грудную клетку, и по инерции Ник пробежал еще несколько шагов, прежде чем земля поднялась и ударила его в лицо.