Полная судьба

Так вот, в момент рождения человека его будущее по сути уже определено, никакой тебе свободы воли. Оттуда и весь этот богатый ассортимент заглядываний в будущее, гаданий, пророчеств, вещих снов и так далее в якутском фольклоре — если будущее статично, значит, можно по крайней мере попытаться получить оттуда какую-то информацию. Собственно, и традиция рождественских святок поэтому так легко вписалась в местные обычаи, и перемешались там люди, кони, сюлюкюны, духи. А если говорить о судьбе человека, то ситуация такая: если тебе на небесах записали «полную судьбу» («оруу» дословно — «сделанный полностью»), значит, тебе нипочём все невзгоды, страдания, повороты жизни и собственная глупость. Можешь хоть гвозди голой рукой в розетки вставлять, всё обойдется. А вот если у тебя «неполная судьба» («итээс оруу» то есть сделанный не полностью), то можешь как угодно пыжиться, тебе хана 100%. Умрешь во цвете лет, будучи здоровым, как конь, от какого-нибудь метеорита, который свалится аккурат тебе на темечко. Так вот сурово устроен мир.

Дальше две истории про людей с «полной судьбой».

Первая история. Происходило всё в дореволюционные времена. Жил в дремучем уголке Якутии мелкий князек-тойончик, бед не знал, трудящийся народ угнетал. Да вот надоела ему его старая женушка, которая к тому же оказалась бесплодной, и он стал захаживать налево. Так находил, что одна из его молодых служанок из бедной семьи (слуг богатеев в Якутии до сих пор называют «хамначчыт» дословно«наемник») родила ему младенца, мальчика. Всё это дело очень не понравилось жене князя, но не будешь же ругаться на мужа — в патриархальной Якутии XIX века семейное насилие было не то что нормой, а обязательным элементом в семье любого достатка. С девушкой тоже ничего не сделаешь, она теперь под защитой безумного от счастья мужа (вообще к бастардам от знати отношение в якутском обществе было намного лучше, чем в той же Европе). И задумала женщина устранить младенца. С этой целью она поехала в другой наслег к местному шаману, который считался «хищным» и мог за достойную оплату втихаря выполнять работу своеобразного киллера. Занесла женщина шаману денег и гостинцев и тонко намекнула, что хорошо было бы, если новорожденный внезапно помер (обычная ситуация в то время, никто бы ничего не заподозрил). Шаман согласился, гостинцы принял, заказчицу (да и всех домашних) спровадил от своего балагана и приступил вечером к обряду. Камлает, вызывает своих нечистых прислужников, в конце топнул ногой по земле (в балаганах того времени не было пола), земля провалилась внутрь, образовалась яма, которая быстро заполнилась водой черного цвета — мёртвой водой. Шаман взял кусок березовой коры, вселил туда дух младенца и отправил плавать по этой воде. Задача заключалась в том, чтобы шаман или его духи-приспешники кидались камнями в эту кору. Как только удастся сбить «кораблик» и погрузить его целиком в мертвую воду, младенец обречен. Набрал шаман камней, пуляет в кору — мимо. Ещё раз, прицелившись, — снова в молоко. Истратил все камни, сходил за новыми, призвал помочь своих приспешников. Короче, продолжался этот энгри-бёрдовский Бенни Хилл до самого рассвета, все камни в округе пошли на дело. Ни разу не попали. Не то чтобы«кораблик» специально уворачивался, просто то зрение подводило, то руки, то ещё какая случайность. А с первыми лучами солнца вода утекла куда-то внутрь, яма заросла. Когда наведалась заказчица, сокрушенный шаман сказал ей, что младенец оказался с«полной судьбой» ничего с ним нельзя поделать, и предупредил женщину, чтобы она тоже больше встрять не пыталась, только себе хуже сделает. А вот гостинцы и деньги не вернул, зря всю ночь потел, что ли, энергию тратил.