Половина лета

И вот договорились Тодор и Хедвига, что летом привезёт она дочь в его земли, а он пока будет готовиться к свадьбе. Как условились, так и сделали: выбрал Тодор поле для празднества, всё приготовил, и тут как раз пожаловали королева с принцессой. А надобно сказать, что перед этим отправила Хедвига посла, и не куда-нибудь, а прямо в логово к Изенвиллю! Уж не знаю, что он там ему насулил, но короче говоря, выгода у королевы получалась в любом случае: если победит Тодор дракона, то, значит, хороший ей достался зять, а если дракон Тодора сожрёт, то извините, свадьба расстроена ввиду героической гибели жениха. И вот, когда гости уже сидели за столами, и пиво лилось рекой, а принцесса Меласса сияла совсем как луна на небосводе, если, конечно, её хорошенечко протереть, от ближайших гор раздался страшный рык, и все увидели, что к ним ползёт дракон Изенвилль! Тодор вмиг протрезвел, закинул возлюбленную в седло и хлестнул коня; принцесса с визгом понеслась прочь, а сам Тодор схватил копьё и заорал: «Эй, ты, чудище, мало тебе было в прошлом году, когда я продрал тебе шкуру?!» Вы, господа, не поверите, я смеялся до слёз! Вышли они друг напротив друга, Тодор и Изенвилль, а королева Хедвига в сторонке наблюдала, чем же всё это закончится. И закончилось бы это для Тодора плохо, если бы Меласса не совладала с конём и не направила его обратно! А было с ней её зеркальце, которое она, не будь дура, достала, и, благо день был солнечный, направила зайчик Изенвиллю в левый глаз, а Тодор как раз изловчился и всадил ему туда копьё, а потом принялся колоть везде, где доставал, а принцесса подбадривала мужа громкими воплями, и часа через два дракон упал бездыханный! Что с ним делать, никто не знал, ведь двенадцать способов применения драконьей крови ещё не открыли, но на всякий случай его кровь сцедили и набрали сорок котлов, Тодор в одном искупался и стал несокрушим всецело, не то, что его бедовый родич двести лет спустя. Вот так и закончилась эта история, Хедвига благословила молодых, и жили они долго и счастливо, и потомки их правят в нашей стране до сих пор. А свадьба и, соответственно, победа над драконом происходила как раз в этой местности, оттого и город называется «Венакх», что значит «испытание», а стоит он, как говорят, на холме, который появился, когда туша дракона превратилась в землю и обросла травой. Да вот мы и пришли!

Путники огляделись. Они стояли на улице, застроенной двух-трёхэтажными домами. Солнце уже зашло, начинало темнеть, над головой зажглась первая звёздочка.

— Эта ночь будет прелестной, — негромко произнёс старик. — Благодарю вас, господа, за приятное общество. Мне пора, прощайте. А амулет всё-таки закажите, — последние слова он произнёс, обращаясь к Толе. Потом он развернулся, стремительно зашагал по улице, скрылся за углом, и вскоре стук его посоха затих где-то, пойманный высокими стенами. Хаурун встряхнулся и ошарашенно посмотрел на остальных.

— Что это было? — хрипло спросил он.

— Э-э… Затрудняюсь вам ответить, — сказал Магнус, потирая висок и оглядываясь по сторонам. — Я даже не заметил, как мы сюда пришли.

— Это была сказка! — воскликнула Лия, подпрыгивая. — Какая замечательная, я такой не знаю!

— Очаровательно, — заметил Люциус. — Если не учитывать того, что там что-то было такое про то, как король ищет принцессу…

Хаурун непроизвольно обернулся туда, где скрылся старик.

— Кто же он такой?

— Сказитель? — предположил Толя. — Он мне говорил про мой амулет, а я так и не спросил его, знает ли он, что это такое! Какой же я недотёпа!

Менестрель быстрее, чем другие, потерял ощущение реальности, и сейчас медленнее приходил в себя. Только что он понял, что истина прошла мимо него, а он даже не протянул руку, чтобы взять её.

— Нет, давайте не будем гадать, — попросил он. — Нам подарили такую сказку…

— И привели непонятно куда, — проворчал Магнус.

— Тоже как в сказке, — заметил Хаурун. — Поди туда, не знаю куда.

Его взгляд упал на ближайшие ворота.

— Но ведь мы сами шли в город, чтобы попросить ночлег.

Король решительно подошёл к воротам, углядел шнурок звонка и подёргал за него. Приникнув к решётке, Толя вглядывался в темноту двора. Магнус осторожно касался решётки, наверняка машинально определив сплав, из которого она была сделана. Хаурун небрежно опирался о неё плечом. Лия переминалась с ноги на ногу и оглядывалась по сторонам. Люциус спокойно стоял позади всех и как будто к чему-то прислушивался.

Наконец в доме открылась дверь и, покачиваясь, к воротам по сгущающейся тьме поплыл фонарь. Он замер в шаге от ворот, и путешественники разглядели, что держит его женщина в накинутой на плечи шали. Сощурившись, она пригляделась к стоящей перед воротами компании.

— Добрый вечер, сударыня, — приветствовал её Хаурун.

— И вам, господа, — с достоинством ответила женщина. — Вы, вероятно, разбойники и пришли меня ограбить?