Полуночный поезд

И все-таки мы жили хорошо. Билли рос и мужал у меня на глазах, а Эстер расцветала с каждым днем. Настал шестьдесят восьмой год. На другом конце земли бушевала новая война, но меня это не волновало, пока Билли не пришел ко мне и не сказал, что пойдет в армию. Он хотел сражаться за свою страну. Клэр была против, но он был бы проклят, если бы изменил свое решение. Каждую неделю мы получали письма, каждую неделю писали ответ.

Я спал. Все началось заново. Впервые за столько лет. Отец стоял надо мной с лопатой. Его глаза пылали как угли. Когда лопата опустилась, все вдруг растаяло, и я снова оказался рядом с Сандрой. Она раскрылась мне, обнажая свое гниющее, но по-прежнему желанное тело.

— Ты любишь меня. Правда, Дэниел?

— Ты же знаешь, что люблю… — на её гнилых губах появилась улыбка. Сандра открыла рот, показав мне невообразимую темноту. Из тьмы вырвался свист, медленно переросший в поток оглушающих криков.

Я проснулся. Майка и нижнее белье снова насквозь пропитались потом. Только на этот раз я не хотел в туалет. Меня разбудил свисток. Прорываясь сквозь ночь, он звал меня, как сирена, которая манит моряка на скалы. Я тихо встал с постели и спустился по лестнице. Я надел ботинки, открыл входную дверь и побежал. Меня слегка обдувал осенний ветер. В голове грохотали давние воспоминания, но пришли они не из темных углов моего дома, они были во мне. Они рвались на волю и душили меня.

Все было так же, как и много лет назад. Дым валил из трубы паровоза и устилался по земле словно густой черный туман. Иссиня-черный металл слепил мне глаза, когда я шел мимо огромного железного зверя. Дьявол выглянул из вагона и взглянул на меня. Его глаза блестели от радости.

— Жемчуг, алмаз, нефрит, опал! Хе-хе-хе! Малыш Дэнни вернулся! Я так понимаю, опять без билета!

— Его голос вгонял меня в дрожь, но я не отступал.

— Что ты здесь делаешь?

— Фу-ты, ну-ты, малыш Дэнни! У всех у нас есть работа! Ха-ха-ха! Всего лишь работа!

— Но почему ты здесь?

— В этот момент я услышал в своем голосе нотки отца. Нотки холодной и спокойной ярости.

— Папа?

— Из вагона, словно колокол, прозвенел голос. Из открытой двери выглянул мой сын, Билли. На нем была военная форма, а лицо было несколько удивленным.

— Папа…

— Билли…

— Это слово застряло у меня в горле. Я подбежал поближе и обнял его, не желая отпускать.

— Билли, как ты попал на этот поезд?

— Не знаю. Наш отряд пробирался сквозь джунгли, а потом была белая вспышка. Я очнулся здесь, на поезде… А ты что здесь делаешь?

— Сам не знаю…

— Я улыбнулся и прижал его к себе.

— Как хорошо, что мы с тобой встретились, малыш.

— Как трогательно!

— Произнес дьявол. Он вошел в вагон и направился к паровозу.

— У тебя пять минут, малыш Билли.

— Когда он ушел, я схватил Билли за руку и попытался стащить его вниз.

— Пошли сынок… Пойдем домой.

— Он вырвал у меня свою руку.

— Нет.

— Билли…

— Папа, если это действительно то, что все говорят… Тогда я не могу сойти. Я не могу, папа.

— Мы можем пойти домой прямо сейчас, скажем маме, что ты вернулся!

— Нет, мое место здесь. Кто знает, может быть, он меня и не в ад везет. Может быть, моя остановка будет где-то еще.

— Билли, я…

— Папа, я слышал, что у моих друзей, тех, что вернулись домой, были проблемы. Папа, я лучше умру, чем сойду с ума. Прости.

— Все в порядке, сынок…

— Мы безмолвно стояли еще одну долгую секунду. Смотрели друг на друга. Искали слова.

— ВСЕ НА БОРТ! Ха-ха-ха!

— Я люблю тебя.

— Я люблю тебя.

— Прощай.

Железный черный бегемот увез от меня сына. Когда поезд ушел, я еще долго махал рукой. Даже когда его шум затих, исчезнув в ночи, я продолжал смотреть. Я молился. На той неделе мы получили очередное письмо, но оно было не от Билли. Клэр была подавлена. Несколько дней она не выходила из дома. Лежала и плакала. Корила себя за то, что не смогла заставить его остаться. За то, что не сберегла его.

Через год Клэр бросила меня. Сказала, что больше не могла смотреть на меня и видеть Билли. Я знаю, что она меня ненавидела. Я не мог скорбеть также, как Клэр. В отличие от нее, у меня была возможность попрощаться, и моя боль не была такой сильной. Я не виню Клэр за то, что она возненавидела меня, но забирать нашу дочь было слишком жестоко. Я не видел их много лет. Очень много.

Я сделал все, что мог. Я старался жить лучше, смирившись с тем, что я пережил. Я был хорошим отцом. Я был хорошим сыном. Хорошим мужем. Теперь это уже не так важно. Все мы окажемся в холодной твердой земле. Будем кормить червей и прочую ползучую мерзость. Я снова их слышу. Крики. Крики в ночи. Они зовут меня. На своем веку я повидал немало. Чем-то я горжусь, чем-то не очень. Когда я был мальчишкой, ничто не могло утолить мое любопытство. Пора узнать один последний секрет. У меня уже есть билет, и теперь дело за малым. Осталось только сесть на поезд.