Отец мой — страстный грибник; в своём стремлении забить грибами два огромных ведра и ещё парочку магазинских пакетов он не раз уходил далеко в непроходимую чащу. Человек он не пугливый, хоть и леса в окрестностях родного города Первоуральска полны легенд и страшилок, передаваемых из уст в уста теми, кто с самого детства носился меж деревьев и знал наизусть все «рыбные» места.
2 мин, 35 сек 18850
Папа никогда не придавал этому значения. Скорее, относился с благоговением, как относятся к старым мифам — говорят и ладно. Но это лирическое отступление.
Пришёл однажды из лесу отец с роскошным кладом в вёдрах: белых тьма-тьмущая, крепкие обабки, грибочки все как на подбор, игрушечки. Пока я сортировала такое богатство, в глаза бросилось непривычное молчание папы — всегда весёлый, даже в какой-то степени надоедливый человек, он сидел на табуретке и таинственно усмехался, глядя на вёдра.
— Что такое?
Он посмотрел на меня, пожал плечами и засмеялся.
— Не поверишь. Лешего видел, кажется.
— Вот как? — я отставила грибы в сторону.
— Как это?
— Слышал, что в здешних лесах многие его встречают. Верил. А сегодня вот глазами своими увидел…
Далее со слов отца.
Сегодня мне на редкость не везло с собирательством.
Вроде погода такая гадкая, морось, хмарь, никого не встретил из «фанатиков», а все грибные места наши пустые, словно там ничего и не росло никогда. Я шёл по нашей «семейной тропке». И там смотрел, и тут, и залезал под упавшие деревья, и поднимал еловые лапы. Пусто. Лишь пара сыроежек — не возвращаться же с таким позорищем домой! Настроение падало, но назад повернуть не позволяло моё упрямство.
Зайдя в густую чащу, я оглянулся по сторонам. Вокруг плотная стена елей, и я стою ровно на лысом пятачке среди них. Тут мне улыбнулась удача (насколько это было возможно сегодня): под одной из елей я углядел парочку красноголовиков. Была не была. С ножичком я залез под колючие лапы.
— Ну как, есть чего?
Я подскочил и вместе со свежесрезанными грибами обернулся к говорившему. Передо мной оказался обычный старичок: за спиной большой рюкзак, похожий на короб, глаза водянистого цвета, прищуренные, будто он стоит против ветра. Вроде бы обычный пенсионер, одет достаточно бедно даже для заправского грибника. Я прикинул — впереди меня только лес, город остался далеко позади — даже я, крепкий мужик и отличный ходок, порядком устал. Как здесь оказался этот старичок, и как так получилось, что я его не услышал? Всё-таки почва лесная усыпана мириадами веточек и шишек — хочешь не хочешь — наделаешь шуму. В такой тишине даже беличья возня воспринимается, как конский топот.
А старик всё смотрит, щурится.
— Здрасьте. Да не очень что-то, — я показал на пустые вёдра и парочку скрючившихся на дне сыроежек.
— Вот ещё парочку красноголовиков нашёл, и это всё. Пусто совсем в лесу.
Старичок не ответил, только улыбнулся странно, приоткрыв рот, и медленно закивал. Я занервничал. Чтобы снять напряжение, отвернулся и наклонился к ведру, чтобы убрать найденные грибы.
— Ну, ты иди, иди, — произнёс старичок у меня за спиной.
— Найдёшь ещё.
Я обернулся. Полянка вновь опустела. Такой поворот событий меня смутил, но я не побежал в сторону дома — тянуло проверить напутствие старичка.
Впереди меня ждали сюрпризы один за другим: большие семейства белых, подмигивающие оранжевым красноголовики… Буквально за час с небольшим я наполнил сразу оба ведра и бодро двинулся обратно. Всё время я останавливался и прислушивался: вдруг удастся услышать кашель или топот незнакомого собеседника в глухой чаще. Но нет — старичок как сквозь землю провалился.
Уже на подходе к городу мне встречались самые обыкновенные грибники, они смотрели на мои вёдра «с горкой» и изумлённо оборачивались вслед. В их вёдрах царила абсолютная пустота.
Рассказ насыщен художественными средствами для увеличения объёма и украшения текста.
Пришёл однажды из лесу отец с роскошным кладом в вёдрах: белых тьма-тьмущая, крепкие обабки, грибочки все как на подбор, игрушечки. Пока я сортировала такое богатство, в глаза бросилось непривычное молчание папы — всегда весёлый, даже в какой-то степени надоедливый человек, он сидел на табуретке и таинственно усмехался, глядя на вёдра.
— Что такое?
Он посмотрел на меня, пожал плечами и засмеялся.
— Не поверишь. Лешего видел, кажется.
— Вот как? — я отставила грибы в сторону.
— Как это?
— Слышал, что в здешних лесах многие его встречают. Верил. А сегодня вот глазами своими увидел…
Далее со слов отца.
Сегодня мне на редкость не везло с собирательством.
Вроде погода такая гадкая, морось, хмарь, никого не встретил из «фанатиков», а все грибные места наши пустые, словно там ничего и не росло никогда. Я шёл по нашей «семейной тропке». И там смотрел, и тут, и залезал под упавшие деревья, и поднимал еловые лапы. Пусто. Лишь пара сыроежек — не возвращаться же с таким позорищем домой! Настроение падало, но назад повернуть не позволяло моё упрямство.
Зайдя в густую чащу, я оглянулся по сторонам. Вокруг плотная стена елей, и я стою ровно на лысом пятачке среди них. Тут мне улыбнулась удача (насколько это было возможно сегодня): под одной из елей я углядел парочку красноголовиков. Была не была. С ножичком я залез под колючие лапы.
— Ну как, есть чего?
Я подскочил и вместе со свежесрезанными грибами обернулся к говорившему. Передо мной оказался обычный старичок: за спиной большой рюкзак, похожий на короб, глаза водянистого цвета, прищуренные, будто он стоит против ветра. Вроде бы обычный пенсионер, одет достаточно бедно даже для заправского грибника. Я прикинул — впереди меня только лес, город остался далеко позади — даже я, крепкий мужик и отличный ходок, порядком устал. Как здесь оказался этот старичок, и как так получилось, что я его не услышал? Всё-таки почва лесная усыпана мириадами веточек и шишек — хочешь не хочешь — наделаешь шуму. В такой тишине даже беличья возня воспринимается, как конский топот.
А старик всё смотрит, щурится.
— Здрасьте. Да не очень что-то, — я показал на пустые вёдра и парочку скрючившихся на дне сыроежек.
— Вот ещё парочку красноголовиков нашёл, и это всё. Пусто совсем в лесу.
Старичок не ответил, только улыбнулся странно, приоткрыв рот, и медленно закивал. Я занервничал. Чтобы снять напряжение, отвернулся и наклонился к ведру, чтобы убрать найденные грибы.
— Ну, ты иди, иди, — произнёс старичок у меня за спиной.
— Найдёшь ещё.
Я обернулся. Полянка вновь опустела. Такой поворот событий меня смутил, но я не побежал в сторону дома — тянуло проверить напутствие старичка.
Впереди меня ждали сюрпризы один за другим: большие семейства белых, подмигивающие оранжевым красноголовики… Буквально за час с небольшим я наполнил сразу оба ведра и бодро двинулся обратно. Всё время я останавливался и прислушивался: вдруг удастся услышать кашель или топот незнакомого собеседника в глухой чаще. Но нет — старичок как сквозь землю провалился.
Уже на подходе к городу мне встречались самые обыкновенные грибники, они смотрели на мои вёдра «с горкой» и изумлённо оборачивались вслед. В их вёдрах царила абсолютная пустота.
Рассказ насыщен художественными средствами для увеличения объёма и украшения текста.
