Попавший мальчик

История этого здания началась ещё в первые годы двадцатого века. Строили его обычные люди для обычных людей, и прослужило оно им долго, пережив и революцию, и войну, но в середине шестидесятых было признано ветхим и подлежало сносу. Кто уж решил так, неизвестно, но магам именно в этот момент понадобилось здание для как раз создававшейся тогда магической больницы.

До этого времени маги обходились небольшими клиниками, а некоторые колдомедики по давней устоявшейся традиции практиковали на дому, обеспокоившись, конечно же, мерами конфиденциальности и безопасностью — своей и пациентов.

Объединённая клиника должна была вмещать множество отделений, включая родильное и детское. И в обязательном порядке все они имели кабинеты для амбулаторного приёма, названные по аналогии с обычным миром поликлиникой.

Это было совсем не похоже на обычную поликлинику, больше напоминая отделения дневного пребывания, но маги не заморачивались по поводу названий, уловив суть.

Полученное здание, в итоге, было скрыто с глаз обычных людей, которые были уверены, что его снесли. Вместо ожидаемых ими новых домов на этом месте вырос парк, и только очень внимательные люди могли заметить, что иногда гуляющие по нему странные личности просто исчезают, выбрав для прогулки определённые дорожки…

Вот на одной из таких дорожек и стоял Гарри, крепко держа за руку Валентину.

В Москву они приехали через неделю после посещения их Ольгой. Тянуть уже было некуда, близился день рождения Гарри, а уж последний месяц перед школой обещал пролететь и вовсе незаметно.

В этот раз решили путешествовать на машине. Митька на хозяйстве остаться не согласился, объяснив нежелание той же подготовкой к школе, а Валя схватилась за голову — урожай мог пропасть, так как было уже ясно, что в Москве придётся задержаться.

Выручила, как всегда, Ольга, ставшая для них, по сути, ангелом-хранителем. Наложив на участок чары отвлечения внимания, она уговорила показаться домового, обитающего, как известно, в каждом доме. У Вали же обнаружился ещё и овинник с банником, что было вполне ожидаемо на деревенском подворье.

Пока в доме жила только Валентина, его хранитель выдавал своё присутствие только скрипом половиц и непонятными звуками в печной трубе да на чердаке. После появления Гарри домовой, получив приток магии, стал крепнуть, и к совершеннолетию Поттера уже смог бы показаться хозяину на глаза, приняв форму.

Теперь же, после того, как в доме появилось ещё два взрослых волшебника, магический фон этого места увеличился настолько, что Ольга смогла призвать его хранителей, правда, несколько ускорив процесс специальными чарами и артефактами.

Теперь дом и участок населяла полезная нечисть, которая должна была позаботиться, в том числе, и об урожае.

В машину каждый загружался, ожидая чего-то от этой поездки. Валентина надеялась, что Гарри помогут избавиться от крестража, да и с родителями она повидается, а Поттер мечтал о том, что на день рождения бабушка, как обещала, поведёт его в парк и в кафе-мороженое. Мама Валя тоже пойдёт, также как и крёстный, и Митька.

Жалко, нельзя было пригласить своих деревенских друзей, но с ними он отметит потом, привезя им городских сладостей. Зато в парк согласился пойти Славка. Мама Валя поговорила с тёткой Евдокией, и дедушка друга тридцать первого июля вернёт его для этого в Москву, а потом, вечером, соберутся Корчагины и будет ещё один торт.

Гарри аж зажмурился в предвкушении. Дурсли никогда не праздновали его дни рождения, зато теперь он отпразднует его трижды, и это будет даже лучше, чем в прошлом году.

Обидно, что профессор в парк идти отказался, но мама Валя сказала, что за семейным столом он должен будет присутствовать, не отвертится, раз уж теперь он официально член их семьи. Поттеру было очень смешно — профессор сильно злился, но Гарри ему не поверил. Кто же откажется от именинного торта?

Так что профессор, как всегда, только делает вид, что зол, а сам, наверное, ждёт не дождётся, когда сможет получить свой кусочек вкусного лакомства — шоколадный, пропитанный сиропом, политый сверху, опять-таки, шоколадом, посыпанный бисквитной крошкой и… тёртым шоколадом.

Гарри даже облизнулся от обилия шоколада в воображаемом торте, а представив профессора с набитым ртом, шоколадными усами и пальцами, вымазанными в креме, совсем развеселился.

Тычок под рёбра, полученный от Сириуса, и в этот раз сидевшего рядом, заставил Гарри очнуться от вкусных грёз и, поделившись с заинтересованным крёстным видением шоколадного изобилия, поинтересоваться у него, о чём он мечтает, направляясь в столицу.

Блэк, как оказалось, мечтал отдохнуть. Правда, как ему представляется отдых, узнать Гарри не удалось, потому что при первых же словах Сириуса мама Валя потребовала, чтобы тот заткнулся, и была поддержана профессором… точнее, папой Стивом.