Каждый барнаульский жулик знает: если накосячил по-крупному, нет места лучше, чтобы замести следы, чем поселок Ильича — примыкающая к старой промзоне Барнаула деревенька — лабиринт из кривых улочек, вытянувшихся по песчаной обской отмели и с одной стороны подмываемый рекой, а с другой скрытый от посторонних глаз нависающим глинистым берегом…
37 мин, 9 сек 3592
А ведь она была нереально крута! В годы, когда владелец японской «десятилетки» почитался в Барнауле за мультимиллионера, поймавшего удачу за хвост, прокурорская дочка ездила на«Ауди V8»1989 года выпуска. Сама девушка была под стать своему автомобилю. Ее нельзя было назвать красавицей, но она была крайне эффектна и нисколько не походила на многочисленных одногодок с олинаковой слегка растрепанной«химией» и нарумяненными скулами. Татьяна — так звали девушку, была птицей самого высокого полета. Она курила«Кент», пила «Мартини», а обедала в первом кооперативном ресторане Барнаула на площади Спартака. Здесь длинноволосые тридцатилетние официанты смотрел на клиентов уважительно, обслуживали быстро, а вот цены очень даже кусались.
Девушке стоило только щелкнуть пальцем, чтобы перед ней выстроилась очередь из представителей золотой молодежи Барнаула — детей народных судей и депутатов, директоров заводов и завмагов. Но Татьяна не могла отвести глаз от чувственного и щедрого красавца Васьки Васьки, к которому ощущала странный душевный трепет. Мать — властная эффектная женщина, хотя и не разделяла увлечения дочери, сначала в своих оценках происходящего исходила из того, что единственный нежно-любимый ребенок может тешиться всем, чем пожелает. А вот отец отнесся к начавшемуся роману более чем прагматично. Привыкнув общаться с жуликами самого разного пошиба, он закостенел, стал недоверчив и, прекрасно разбираясь в типах преступников и мог по одному взгляду на лицо человека перечислить статьи уголовно-процессуального кодекса, которые тот уже нарушил или собирается нарушить в самое ближайшее время.
— То, что вы на свободе, — любил повторять папаша популярный среди гэбистов афоризм, — это не ваша заслуга, а наша недоработка.
И Васькины наклонности, и его биографию прокурор прочитал как с книжного листа, в первые минуты случайного знакомства, когда столкнулся с парнем у подъезда своего дома.
Увидев Ваську, выходящего калитки пятиэтажного дома, огороженного решетчатым забором и отличающегося от прочих домов толщиной стен и наличием лифта в каждом подъезде, прокурор ощутил беспокойство. Инстинкты, наработанные еще в первые годы службы, подсказывали: парню следует завернуть руку за спину, а затем, ткнув его лицом в асфальт, после чего вызвать наряд и оформить квартирную кражу, несомненно, только что совершенную у кого-то из соседей. Но, подходя к дому, прокурор также успел заметить, что именно этот молодой человек в модных вареных джинсах и в сдвинутой на затылок кепке четвертью минуты ранее тепло распрощался с девушкой, в которой прокурор, хотя и не видел лица, безошибочно угадал собственную дочь.
— Стой, ты кто такой? — спросил прокурор, делая полшага в сторону и поднимая руку перед Васькой.
— Греби мимо, папаша! — цыкнул сквозь зубы Васька, не испытывавший никакого пиетета перед людьми старшего возраста.
Это была его ошибка. Секунду спустя кепочка была втоптана в апрельскую грязь, а сам Васька оказался прижат щекой к беленой кирпичной колонне, обозначавшей калитку номенклатурного дома.
— Вы, молодой человек, поаккуратнее будьте в выборе выражений, — вежливо сказал прокурор и припечатал Ваське по почкам.
— Пусти! — пропищал тот. — Подруга у меня тут живет!
Последовавший небольшой поворот Васькиной кисти заставил его стать дружелюбнее, перейти на вы и в деталях изложить историю романтических отношений с Татьяной.
— Так ты что же, голытьба, ко мне в зятья набиваешься? — спросил прокурор, ослабляя хват и выпуская Васькину руку.
— Прощения просим, не признали. — произнес тот, поморщился и поднял кепочку из жидкой грязи. Неловким движением Васька попытался стряхнуть налипшую жирную жижу, перепачкал ладонь и манжеты куртки, разозлился и метнул кепку обратно в хлюпающую лужу.
— Ты головной убор-то подними, или богатый — новый купишь? — спросил прокурор.
— Да ничего, вроде, не жалуемся! — с достоинством ответил Васька, потирая растянутую руку.
— И по какой статье промышляешь? — спросил прокурор.
— Да я не на гоп-стопе! Я в автосервисе! — ответил Васька с достоинством.
— Тьфу ты, черт! Вот ведь угораздило! — сквозь зубы процедил прокурор и, не прощаясь, скрылся в калитке.
— Можно подумать! — Васька сплюнул под ноги и, засунув руки в карманы, отправился смотреть свежий боевичок в открывшемся неподалеку видеосалоне с большим экраном.
Девушке стоило только щелкнуть пальцем, чтобы перед ней выстроилась очередь из представителей золотой молодежи Барнаула — детей народных судей и депутатов, директоров заводов и завмагов. Но Татьяна не могла отвести глаз от чувственного и щедрого красавца Васьки Васьки, к которому ощущала странный душевный трепет. Мать — властная эффектная женщина, хотя и не разделяла увлечения дочери, сначала в своих оценках происходящего исходила из того, что единственный нежно-любимый ребенок может тешиться всем, чем пожелает. А вот отец отнесся к начавшемуся роману более чем прагматично. Привыкнув общаться с жуликами самого разного пошиба, он закостенел, стал недоверчив и, прекрасно разбираясь в типах преступников и мог по одному взгляду на лицо человека перечислить статьи уголовно-процессуального кодекса, которые тот уже нарушил или собирается нарушить в самое ближайшее время.
— То, что вы на свободе, — любил повторять папаша популярный среди гэбистов афоризм, — это не ваша заслуга, а наша недоработка.
И Васькины наклонности, и его биографию прокурор прочитал как с книжного листа, в первые минуты случайного знакомства, когда столкнулся с парнем у подъезда своего дома.
Увидев Ваську, выходящего калитки пятиэтажного дома, огороженного решетчатым забором и отличающегося от прочих домов толщиной стен и наличием лифта в каждом подъезде, прокурор ощутил беспокойство. Инстинкты, наработанные еще в первые годы службы, подсказывали: парню следует завернуть руку за спину, а затем, ткнув его лицом в асфальт, после чего вызвать наряд и оформить квартирную кражу, несомненно, только что совершенную у кого-то из соседей. Но, подходя к дому, прокурор также успел заметить, что именно этот молодой человек в модных вареных джинсах и в сдвинутой на затылок кепке четвертью минуты ранее тепло распрощался с девушкой, в которой прокурор, хотя и не видел лица, безошибочно угадал собственную дочь.
— Стой, ты кто такой? — спросил прокурор, делая полшага в сторону и поднимая руку перед Васькой.
— Греби мимо, папаша! — цыкнул сквозь зубы Васька, не испытывавший никакого пиетета перед людьми старшего возраста.
Это была его ошибка. Секунду спустя кепочка была втоптана в апрельскую грязь, а сам Васька оказался прижат щекой к беленой кирпичной колонне, обозначавшей калитку номенклатурного дома.
— Вы, молодой человек, поаккуратнее будьте в выборе выражений, — вежливо сказал прокурор и припечатал Ваське по почкам.
— Пусти! — пропищал тот. — Подруга у меня тут живет!
Последовавший небольшой поворот Васькиной кисти заставил его стать дружелюбнее, перейти на вы и в деталях изложить историю романтических отношений с Татьяной.
— Так ты что же, голытьба, ко мне в зятья набиваешься? — спросил прокурор, ослабляя хват и выпуская Васькину руку.
— Прощения просим, не признали. — произнес тот, поморщился и поднял кепочку из жидкой грязи. Неловким движением Васька попытался стряхнуть налипшую жирную жижу, перепачкал ладонь и манжеты куртки, разозлился и метнул кепку обратно в хлюпающую лужу.
— Ты головной убор-то подними, или богатый — новый купишь? — спросил прокурор.
— Да ничего, вроде, не жалуемся! — с достоинством ответил Васька, потирая растянутую руку.
— И по какой статье промышляешь? — спросил прокурор.
— Да я не на гоп-стопе! Я в автосервисе! — ответил Васька с достоинством.
— Тьфу ты, черт! Вот ведь угораздило! — сквозь зубы процедил прокурор и, не прощаясь, скрылся в калитке.
— Можно подумать! — Васька сплюнул под ноги и, засунув руки в карманы, отправился смотреть свежий боевичок в открывшемся неподалеку видеосалоне с большим экраном.
Страница 5 из 12
