Потусторонний детектив

— … подсел незнакомец. Мы закурили. У нас оказалась одна и та же профессия. Он подсказал фирму, где меня потом приняли на хорошую ставку. Разговорились. Дальше — больше. Оказывается, в центре есть квартира с неясными правами. Я не знаю, — обратился он к жене, — надо ли рассказывать? Он же детектив.

— Я не тот детектив, — твёрдо сказал Вит Саныч.

— Рассказывайте.

— Только я не буду называть незнакомца. Мы с ним ходили по всяким конторам. Он платил деньги, потом заходил я и всё подписывал. Я ему задолжал уйму денег. Потом мы заехали в квартиру, а его и след простыл. Вот так и живём.

— Ты же ему ничего про долги не подписывал, — сварливо сказала жена.

Посетитель отрицательно помотал головой.

— Вот и молчи! — припечатала Любовь Михайловна.

— Нет, не всё, — продолжал настаивать Вит Саныч.

— Должна быть связка. Доставайте из памяти это неприятное событие.

Пётр Семёнович закрыл глаза, тяжело задышал, но затем решился.

— Он подвёл меня к квартире, отдал ключи и сказал: «Через полчаса приедут грузчики и вывезут их барахло за город. Они, дураки, закрылись. Думают, их это спасёт. У меня много дел, а ты заходи и выгоняй их. Ты честно выиграл дело. Вперёд!» Он убежал и больше я его не видел, — посетитель замолчал.

— Рассказывайте, — в голосе Вит Саныча зазвучал металл.

У Петра Семёновича застучало в висках. Но он послушно продолжил:

— Дверь с той стороны была подпёрта стулом. Я открыл дверь ключом, слегка дёрнул, зашёл, а в зале, на старом диване, рядом с двумя баулами, сидели старуха лет семидесяти и девочка лет семи… На этих словах Анюта перевела взгляд на отца.

— … Сидят, держатся за руки и смотрят на меня. А в глазах старухи тупая мольба. На дитё я не стал и смотреть, — Пётр Семёнович опять замолчал.

— Продолжайте, — сказал Вит Саныч.

— А что я мог сделать? Возвращаться в вонючую конуру? И жена моя на восьмом месяце. Я показал им на дверь. Они молча смотрели на меня, а я молча показывал им на дверь. Тогда старуха вздохнула, поднялась, попыталась поднять баул, уронила его, махнула рукой и потащила девочку на выход. Она так медленно шла, что я весь извёлся. Потом я полчаса не выходил к грузчикам, чтобы не встретиться с ними.

Лицо Любовь Михайловны стало каменным, а Анюта широко распахнутыми глазами смотрела на отца.

— И ты выгнал маленькую девочку? — изменившимся голосом спросила она.

Пётр Семёнович молчал.

Тогда из глаз Анюты побежали чёрные слёзы. Родители было дёрнулись, но Вит Саныч гневным жестом остановил их. Чёрные слёзы сменились прозрачными и на лицо Анюты вернулся румянец.

— Любовь Михайловна, — деловым тоном сказал детектив, — выведите, пожалуйста, Анюту отсюда. Подальше от подъезда, под клёном есть скамейка. Это тихое место. Подождите, пожалуйста, Петра Семёновича там. Анюта теперь — хорошая, нормальная девочка. Прощайте.

Женщина кивнула, прижала дочку лицом к себе и вышла из квартиры.

— А мне что — тоже поплакать? — с вызовом поинтересовался посетитель.

— И все проблемы решатся?

— Нет, — ответил Вит Саны.

— Вы теперь проходите по другому ведомству. Я не смогу вам помочь.

— Черти и ангелы? — усмехнулся Пётр Семёнович.

— Ну, хоть расскажите, просветите меня.

— Вы, наверное, и сами догадались, — предположил Вит Саныч.

— Девять лет назад волевой молодой человек Пётр Семёнович Иванов упрямо, но безрезультатно искал достойную работу. Он снимал плохонькую квартиру, где в одиночестве и тревоге ждала родов его жена. Зная характер мужа и боясь, что он не будет гнуться и сломается, она молила, клялась и поминала всуе бога и дьявола. Да ещё и кровь пролила, скрепила ею свои какие-то женские обещания в случае удачи. Будущей маме сложно, в таком положении широко открыты ставни во все миры, ведь формируется человек. Тот, кому надо, услышал её мольбы и клятвы. Ну, а присмотревшись к вам, он заинтересовался таким энергичным человеком. Однако, всё это были лишь предложения и подкупы, пока вы не сделали сознательный выбор в пользу зла — там, в новой своей квартире. Кроме того, это ведомство через клятвы с кровью будущей мамы приобрело ещё один приз — вашу новорождённую дочь. Вселившись в неё, злые силы усыпили детскую душу. Сознанию Анюты они внушили страстное желание повзрослеть, когда станет возможным совратить своими обычными способами её душу, и максимальную осторожность, чтобы ничего не помешало ей здоровой и невредимой прожить детский период. Вас же это ведомство уже считало своим рабом, но споткнулось о деятельный характер. У вас события каждого дня расписаны и утверждены. Вы продолжали пытаться совершать нормальные человеческие поступки, как будто ничего не произошло. Ваше ведомство не могло пробиться к занятой душе со своими планами, приманками и обычным оболваниванием. Тогда им пришлось, воспользовавшись ключом к сознанию, который вы обменяли на ключ от новой квартиры, открыто разрушать все ваши связи в этом мире. Это ведомство ввергает вас в одиночество и злобу на весь мир, чтобы вы, не отвлекаясь, прислушались к их замыслам. Они же теперь ваши хозяева.