Повторяющийся рок

Но прежде всего, Колер был скрытен; казалось у него имелось врождённое отсутствие веры в людей. Колер отказывался раскрывать кому-либо свои мысли, говорить с кем-то о своих делах и делиться проблемами. Возможно, это случилось из-за того, что благодаря своему прошлому опыту он боялся насмешек; всё же это не может полностью объяснить почему в своём недавнем деле он не соизволил сказать мне о чём он думал или о том, что должно было произойти. Он держал при себе почти все мысли, периодически подбрасывая мне смутные намёки и замечания, о которых я мог размышлять только в одиночестве, пытаясь продраться через туман его зловещих выводов и предзнаменований. Колер не объяснял мне происходящего вплоть до самого конца; только тогда я узнал, как близко от смерти мы находились и понял все предыдущие необъяснимые маневры Колера.

События, о которых я повествую, начались для меня летом 1940-го года. Колер только что возвратился из экспедиции по Аравии и попросил меня остановиться в его поместье в Севернфорде, поскольку хотел показать мне «нечто любопытное, что он откопал в Аравийской пустыне». Поскольку у меня не было никаких важных и срочных дел, я немедленно приехал. Предлагая мне войти, Колер затем вышел из комнаты, чтобы принести свой трофей. Он возвратился через несколько минут.

Было бы банально и неверно сказать, что вещь тогда показалась мне значительной и пугающей: её аномалия была только в её непонятности. Она выглядела почти прямоугольной, стеклянной или кристаллической коробкой тусклого зеленоватого цвета. Одна из особенностей коробки заключалась в отсутствии шва или скважины под ключ; так что если это всё-таки была на самом деле коробка, то следовало ещё найти способ как открыть её. То, что это был простой декоративный объект, казалось невероятным, поскольку по нашим стандартам в любом случае он не был привлекательным. Видя всё это, я смотрел на Колера, безмолвно выражая свои мрачные предчувствия.

— Я столь же смущен, как и вы, — сказал он, — не только относительно назначения этой коробки, но и относительно материала, из которого она сделана. На первый взгляд материал напоминает флюорит, и, если бы не его тусклый цвет, то можно было бы подумать, что это чистый диоптаз; но мои химические тесты доказывают, что это ни то, ни другое. Это, конечно, в своём роде кристалл, но в нём, кажется, мало или вообще нет никаких земных элементов.

— Мой дорогой друг, — воскликнул я, — вы должны показать его институту археологии!

Я имел в виду Королевский Археологический Институт Великобритании и Ирландии.

— Такая находка!

— Нет, Коллинз, нет, — ответил он, — моя репутация слишком сомнительна. Они подумают, что это обман или какой-то хитрый розыгрыш с моей стороны. Я попадал в аналогичные ситуации и раньше, результатом всегда было то же самое.

Он говорил с тоскливым сарказмом, вспоминая своё прошлое.

— Но всё же как вы нашли его? — поинтересовался я.

— В этом ещё одна странность! Наша экспедиция исследовала несколько странных руин из колонн (возможно, хотя и не уверен, что это был «мифический Ирем, Город Столпов» Аль-Хазреда), и случилось так, что, когда я в одном месте копал лопаткой, земля подо мной внезапно провалилась, и я упал в какую-то узкую яму. Я пролетел примерно двадцать футов, и, наконец, приземлился на какой-то песчаный пол. Тогда моё падение, должно быть, и выявило этот кристалл, поскольку я тогда увидел, что он лежал рядом со мной, всё ещё наполовину погружённый в землю. Некоторые из моих людей, которые видели, как я упал, бросили мне верёвку, и я поднялся из ямы, захватив эту вещь с собой.

Эта вещица была, как рассказывал Колер, любопытной, но не такой уж необычной. Когда я спросил его, что он планирует делать с коробкой, тот ответил: — Не знаю, Коллинз, я не знаю. В настоящее время нет ничего, что я могу сделать с ней, кроме как выяснить из чего она изготовлена и каково её назначение.

— Один момент, Колер, — внезапно воскликнул я. Я только тогда вспомнил то, что вычитал в некоторых тайных книгах. Я прочёл не так много книг в отличие от Колера, но всё же достаточно.

— Разве это не может быть Сияющим Трапецоэдром Блейка? — предположил я.

— Я тоже думал об этом, Коллинз, но сейчас отбросил такую гипотезу. Вспомните что Блейк говорил о Сияющем Трапецоэдре: это — многогранный кристалл или «пылающий камень» в«открытом ящике из желтоватого металла». Теперь, в дополнение к тому факту, что у нашей коробки нет скважины, всё, что мы имеем — простую кристальную коробку или, возможно, просто цельный кусок кристалла. В любом случае это не Сияющий Трапецоэдр.