Предел

— Мы много в чем ошибались, Вариэль. Я не прошу верить мне на слово. Пошли, я покажу. — и он направился прямиком к ледяной глыбе, в которую был вморожен ликан. Вариэль ничего не оставалось, как последовать за ним.

— Возьми меня за руку и иди точно по моим шагам. — сангвин послушалась, и они вдвоем прошли прямо сквозь лед в нескольких сантиметрах от ликана.

За «стеной» оказалось огромное помещение, окруженное на удивление целыми каменными арками. Посредине помещения находился большой голубоватого цвета шар. Внутри него поблескивали маленькие огоньки, а воздух вокруг казался каким-то густым. Рядом с шаром прямо на полу виднелась надпись на непонятном языке.

— Что это? — заворожено спросила Вариэль, стиснув ладонь Эйдена.

— Объяснение перед тобой, — он указал на надпись.

— Это язык ликанов. Собственно, из него и вышла наша письменность. Приглядись получше, и ты поймешь фразу.

Но как бы Вариэль ни пыталась, у нее так ничего и не вышло. В конце концов, потеряв терпение, Эйден подвел ее ближе.

— Вот смотри. Буквы не так уж различаются, как может показаться на первый взгляд.

Они всмотрелась и все же сумела прочитать: «Проход — последняя надежда. Если еще остались живые, просто войдите в портал. Другого спасения нет».

— Портал? Куда? — теперь Вариэль уже не сомневалась в словах спутника.

— Проверь сама.

— Эйден улыбнулся.

— Только не покидай пределы шара — это может быть смертельно опасно.

Она отпустила его руку и нерешительно приблизилась к шару. Его внешний вид, цвет и огоньки притягивали, оказывая какое-то гипнотическое воздействие. Она обернулась. Эйден ободряюще кивнул, и сангвин вошла в шар.

Тело тут же вспыхнуло жуткой болью. Было такое чувство, словно кожи коснулся огонь. Не сдержавшись, Вариэль закричала и упала на колени. Кости словно плавились, перед глазами все мелькало, руки стали непослушными. Сделав огромное усилие, она выпрямилась. И увиденное настолько поразило ее, что она мгновенно забыла про боль. Перед глазами далеко к горизонту простиралась залитая светом долина. Местами пробивались деревья, кардинально отличавшиеся от тех, что были на Ламии.

Они были гораздо выше, шире и шумели листьями. Неподалеку журчала река, слышался плеск рыбы. Вариэль ничего не хотелось больше, чем просто выйти, но она вспомнила предупреждение и просто закрыла глаза. Через секунду она поняла, что лежит на полу, а над ней склонился Эйден. Она попыталась встать, но не смогла. Боль, терзавшая ее внутри шара, вспыхнула с новой силой. Она закричала, выгнувшись всем телом.

— Эйден! Что со мной! Помоги мне!

По его щеке скатилась слеза.

— Просто, Вариэль, — он покачал головой.

— Я не сказал сразу. Не все сангвины способны пережить переход. — он вытащил из-за пояса спрятанный до этого кинжал.

— Что ты делаешь! — крикнула она, безуспешно пытаясь превозмочь боль и хотя бы отползти.

— Эйден, пожалуйста!

Он мотнул головой и коснулся лезвием ее кожи.

— Я не могу позволить тебе страдать. — и он вонзил кинжал ее в грудь.

Вариэль обмякла, в последний раз взглянув на Эйдена.

— По… че… му? — прошептала она, после чего ее дыхание остановилось. Глаза оставались открыты, но они больше ничего не видели.

Эйден вытащил кинжал и швырнул его в сторону, после чего обнял тело самого дорогого для него сангвина на Ламии.

— Прости меня, пожалуйста. Я был уверен, что ты выдержишь. — он разрыдался.

Башня вздрогнула. Откуда-то донесся рокот, в небе при сияющей луне вспыхнули молнии. Отовсюду начали возникать черные смерчи, достающие почти до потолка. Эйден поднялся. Мысленно он передал предупреждение всем сангвинам поблизости. Началось…