Фандом: Доктор Кто, Светлячок, Люди в чёрном. В дельфинарии проводили эксперимент: по команде дельфин должен был свистнуть, и только тогда получить рыбу. Сначала дельфин игнорировал команды, но потом разобрался, что от него хотят, и стал свистеть. Однако, когда ученые прослушали запись, то обнаружили, что на самом деле дельфин свистел при каждой команде, с самого начала, постепенно понижая частоты, пока не достиг пределов слышимости человеческого уха.
— Лорел… Я могу вас так называть? Так вот, Лорел, — продолжил Легба, не дожидаясь ответа, — Я уже говорил, как вы поразили руководство своим потрясающим умением решать трудные задачи и разрешать патовые ситуации? Имею честь предложить вам повышение.
На мгновение Лорел растерялась.
— Вы же сказали, что работаете на правительство, — сказала она, — не на «Людей в черном».
— Моя дорогая Лорел, это правительство работает на меня, — самодовольно сообщил Легба. — И, поверьте, работа, которую я имею честь предложить вам, будет гораздо интереснее, чем беготня в скучном и неудобном костюме за инопланетянами. О, вы и сами сможете посетить эти планеты, с которых они родом.
— И тогда они будут бегать за мной? — спросила Лорел. Ей все это казалось какой-то странной сказкой, выдумкой. Она обернулась. Джей стоял там же, где и раньше, повернувшись спиной, словно не хотел их видеть.
Легба хитро ухмыльнулся и отвел глаза в сторону.
— Все может быть, — ответил он. — Исключать подобного нельзя.
— А, это как разведка и контрразведка, — неожиданно догадалась Лорел. Логично, что «Люди в черном» — это только деталь головоломки, должны быть еще, и вот одна из них попала к ней в руки — любопытная, надо сказать, деталь. — И вы, мистер Легба, представляете первых?
— Именно! — обрадовался тот. — Итак, вы согласны?
Он распахнул перед ней дверь автомобиля и сделал приглашающий жест. На язык прыгнула заезженная фраза о том, что мама не велела садиться в машину к незнакомцам, но Лорел отогнала ее прочь. Она в последний раз оглянулась на Джея.
— А с ним что?
— Он об этом и не вспомнит, — ответил Легба. — С твоим напарником все будет в порядке.
Он не использовал нейрализатор — не было никакой вспышки, это точно, но, наверное, у них имелись более серьезные приспособления. Лорел вдруг решительно кивнула и села в машину.
Внутри было тепло и пахло кожей. Действительно — старинный автомобиль, никаких современных и сверхсовременных приборов, но… Легба захлопнул дверь и завел мотор, тот тихо и уютно заурчал.
— Вы так и не сказали, как вас зовут. Не могу же я называть вас папой Легбой, — сказала Лорел.
Автомобиль тронулся, мягко развернулся и покатил прочь от Джея и их «форда виктория», припаркованного в стороне.
— Обычно меня называют Монахом, — небрежно ответил Легба. — Можешь звать меня так. Если захочешь. О, наконец-то! — пробормотал он. — Все, больше никаких далеков! Ни за что! Пора завязывать с этим временем, давно пора. И с этой планетой. Без меня обойдутся. Скоро нашествие, и нельзя пересекать свою линию… Сорок восьмой век, кажется, тогда началось то, что мне будет нужно? М-м-м… Да. И Форбс. Но это позже. Для легализации.
Он бормотал какую-то чушь, словно только что сошел с ума — прямо здесь, в пустыне. А может, это как раз имело смысл, но Лорел еще не могла его понять. Скорее, правильным было второе.
— А прятаться лучше всего на самом видном месте. Именно на самом видном, чтобы никому в голову не пришло искать. Наверное, Галлифрей тоже где-то так лежит… на видном месте, — сказал Легба — вернее, Монах, — и выжал акселератор. Автомобиль — совершенно незнакомой марки, кстати, — взревел и понесся по пустыне с совершенно неприличной скоростью. Лорел на секунду показалось, что тот вот-вот взлетит, словно машина времени из «Назад в будущее», хотя ее водитель ничуть не напоминал безумного профессора из того фильма. Скорее, другого персонажа.
Сказка становилась все страньше и страньше.
— А потом вы предложите мне выбрать между красной и синей таблетками? — спросила Лорел.
Монах повернулся к ней, смерил ее удивленным взглядом — и рассмеялся. Доброжелательно, мягко и лукаво. Многообещающе. Он не врал насчет правительства, вдруг поняла Лорел. И это вряд ли будет настоящей работой.
— Нет, дорогая, ни в коем случае, — сказал он. — Но зато я могу показать, насколько глубока эта кроличья нора.