Прекрасные цветы

Покинув хранилище, Эвэ и Искра зашли в главный зал храма. Эльф прислонился к колоне, он чувствовал слабость и головокружение, и холодный камень приятно охлаждал кожу, приводил в чувства. Искра присел рядом, он все еще был напуган и смертельно устал. Слишком уж насыщен событиями был этот день, но Эвэ не спешил его отпустить или сообщить ему, что будет дальше.

Вскоре в зале появились жрецы, они расстилали на полу ткань золотого и алого цвета. А потом на них стали класть тела эльфов из хранилища, среди них был и Габриэль. Вокруг собрались родственники и возлюбленные уснувших, они занимали места неподалеку, никто не разговаривал, лишь тихие фразы жрецов порой нарушали нежную мелодию, звучавшую в зале.

Через какое-то время музыка стихла, Искра не знал, когда это произошло, кажется, он задремал возле колонны, и только теперь очнулся. Жрецы образовали круг, отгородив уснувших, они стали двигаться по ходу солнца, произнося одни и те же слова: Уснувшие вернуться к нам опять, пусть колесо времен вернется вспять, пусть на полях под чарами весны вновь зацветут прекрасные цветы.

Они шли и шли, и голоса их становились все громче, яснее, они превратились в песню и музыку, в гул, поднявшейся к потолку здания, найдя выход в щелях каменных сводов, он обратился в чистый звук и исчез в небесах.

Потом служители огня остановились, опустившись на колени, они подняли ткань вверх за ее концы, и на ней уже не было тел, а только великолепные лепестки — разных, разных цветов. Жрецы взмахнули тканью, и лепестки вспорхнули в воздух, разлетаясь по храму, подобно пестрому вихрю. Пару алых упало на волосы Эвэ, и он бережно взял их в руки. Искра тоже поймал один, белый, как снег, он был теплым на ощупь и в руках, как будто пульсировал.

— Это память о Габриэле, — сказал эльф, пряча лепестки во внутренний карман куртки. — Он попрощался с нами.

Когда эльф и полукровка покинули храм, солнце уже село. На улице было прохладно, зато на небе были хорошо видны звезды. Эвэ уверенно шагал вперед, Искра же еле поспевал следом, ему хотелось побыть одному. В домах горели приветливые огни, хозяйки за чашкой вечернего напитка обсуждали планы на завтрашний день, мужчины пили подогретое вино у каминов, протягивая озябшие ноги к теплу, кто-то играл на скрипке, пахло выпечкой и апельсиновым маслом. Жители городка уже забыли о тревогах уходящего дня и вернулись к делам насущным.

Искра тоже мечтал о такой жизни — простой и размеренной, как у всех. Он посмотрел на фигуру эльфа впереди и подумал, что сейчас можно было бы сбежать. Из последних сил броситься в темные переулки, скрыться навсегда от эльфа, а потом утром отправиться на поиски Антуана. И тогда стать просто Искрой, не мальчишкой для удовольствий, принадлежащим хозяйке, а свободным бродягой, искателем приключений, всем, кем только захочется.

Что собирается делать с ним Эвэ, чего он добивается в конце концов? — Неизвестно. С ним ничего не изменится, Искра так и останется игрушкой в руках судьбы.

Юноша замедлил шаг, он был готов раствориться в темноте на следующей развилке, но эльф, как будто почувствовал это и произнес: «Уже скоро придем». Вскоре они остановились перед небольшим двухэтажным домом, теснившимся между двумя такими же по соседству.

— Войди внутрь, — приказал Эвэ, указывая на дом.

Искра с опаской посмотрел на темное здание, света нигде не было, но возражать не посмел. Решимость сбежать улетучилась также быстро, как и появилась в его сердце.

Он открыл калитку, поднялся на крыльцо, дернул за медное дверное кольцо. Дверь поддалась, она не была заперта на ключ. Перед полукровкой зияла темнота, то ли шторы были задернуты в комнате, то ли безлунная ночь не давала достаточно света, но Искра не мог разглядеть, что же там впереди. Он все не решался шагнуть внутрь, как рядом появился Эвэ и, опережая юношу, вошел в дом. Ничего ужасного не произошло, а только вдруг в прихожей вспыхнули лампы, а через несколько минут на лестницы послышались чьи-то шаги.

— Ну же, Искра, ты будешь жить здесь. А это госпожа Вербах, она полукровка, как и ты, и охотно присмотрит за тобой и за домом в мое отсутствие.

Юноша удивленно смотрел на Эвэ, который уже прошел в гостиную и зажег лампу на маленьком столике у камина. Часы пробили семь вечера. Госпожа Вербах вежливо кивнула Искре и взяла его плащ.

— Послушайте, что это за дом?

— Это дом Габриэля, городской совет охотно сдал мне его в аренду. Мне нужно жилье в Гилиате на некоторое время, — торопливо объяснял эльф.

С любопытством осматривая помещения дома, Эвэ одобрительно кивал, разделяя вкус графа Кристо. Но времени у него было мало, он торопился вернуться к Веро, что-то беспокоило эльфа, как будто маленький шип розы попал под кожу.

— Но что я буду делать здесь? — спросил Искра.

Эльф остановился напротив него, поднеся лампу ближе к его лицу.

— Ждать, как все мы, — произнес он, а потом качнул головой и снова отправился бродить по дому, словно этого объяснения было более, чем достаточно.