Фандом: Ориджиналы. Мир, в котором существуют две расы — эльфы и люди. Веро — полукровка, верящий в чудо любви, Эвэ — эльф из касты жрецов, который должен следовать своему предназначению, не поддаваясь зову сердца. Все обстоятельства против них, судьба уже приготовила свой лабиринт, удастся ли этим двоим пройти его до конца, не потеряв друг друга?
431 мин, 7 сек 4781
— Что это? — удивленно шептал Искра, разглядывая удивительную машину. — Летательный аппарат? Его сделали люди?
— Не знаю, — так же тихо ответил Эвэ, и он действительно не знал. — Пойдем, надо выяснить, будет ли поезд двигаться дальше. Если мы не сможем продолжить путь на нем, то потеряем несколько дней, а может и больше.
«Он рухнул с неба, ты это видел? И это не имперская машина!» — двое гвардейцев прошли мимо, обсуждая случившееся.
Полукровка остановился и посмотрел им вслед. В это время из вагона появился офицер, заходивший в купе к Искре и Эвэ. Эльф быстро заговорил с ним, пытаясь узнать всю катастрофичность их положения. И по недомолвкам и витиеватым оговоркам, понял, что поезд скоро не тронется, а возможно не тронется вовсе.
«Духи, — раздраженно произнес Эвэ. — Давай, Искра, нужно поскорее забрать вещи и уходить отсюда. С запада на подмогу идет поезд с отрядом самого принца Фальки. А это совсем не та компания, которая нам нужна».
Полукровка вопросительно посмотрел на эльфа, но тот, конечно, ничего не собирался объяснять. Он быстро зашагал к их вагону, прикидывая, как бы незаметно ускользнуть прочь.
— Возьми одеяло, — приказал эльф, когда они вернулись в свое купе, хватая сумку. Искра тоже перекинул через плечо свой легкий вещевой мешок и обмотал вокруг себя одеяло. Собравшись, они направились к выходу, но увидев гвардейца, стоящего на карауле, остановились. «Уходи же», — желал про себя Искра. Наконец кто-то окликнул караульного, и он поспешно сорвался с места выполнять поручение.
«Пойдем, скорее», — сказал Эвэ, и они с полукровкой бросились в ближайшие заросли жухлого тростника, а потом и дальше в лес, убегая от поезда.
Вокруг было светло и тепло, солнечный свет проникал сквозь сетку деревьев, касался травы, которая тянулась вверх, и убирал прочь снег, превращая его в журчащие ручьи. У Искры скользили ноги, и захватывало дух, ему было страшно и в тоже время он готов был рассмеяться, потому что не бегал так свободно и легко очень давно, так, словно только ветер был ему соперником.
Через некоторое время они остановились, чтобы отдышаться. Эльф прислушивался, не решил ли кто из гвардейцев узнать, куда это они так заторопились. Но вокруг были лишь звуки наступающей весны.
— И что мы будем делать теперь? — спросил Искра, оглядываясь на высокие деревья вокруг.
— Идти вперед, — сказал Эвэ, сделав несколько неуверенных шагов, и на самом деле имея довольно смутное представление о том, куда им стоит направиться. Но сообщать об этом Искре он, конечно же, не спешил.
Когда стало темнеть, они нашли более или менее сухое место для ночлега. Эльф мог бы и дольше идти, но полукровка был измучен и устал. Он даже прекратил свои вечные расспросы, быстро съел свой скромный ужин, и, завернувшись в одеяло, сразу уснул.
Эвэ сидел рядом с Искрой, удивляясь, как быстро тот забыл о всех заботах и перенесся в мир грез, самому эльфу не спалось, и в конце концов он достал книгу, и сотворив небольшой чародейский огонек, позволил на страницах появится теням. Они, как и прежде, были голодны до тепла.
Позволив теням получить то, чего они желали, эльф приказал им показать Веро. И страницы вновь стали прозрачными, словно стекло, позволяя Эвэ взглянуть на любовника.
— Ты кажешься бледным, — утром полукровка не смог удержаться, чтобы не высказать свое замечание насчет Эвэ. Эльф действительно выглядел уставшим и еще более погруженным в себя, чем обычно. Сам Искра смотрелся не лучше с веточками и листочками в волосах, как будто лесной царь, явившийся из глухой чащобы. «Если не выберемся поскорей из этого леса, станем призраками», — подумал эльф.
Вскоре им улыбнулась удача, места стали суши, снега меньше, а потом они вышли к дороге или скорее ее подобию, напоминающую тянущуюся к горизонту вязкую массу из глины. Солнце проглядывало из облаков, и касалось кожи, Искре хотелось, чтобы облака рассеялись, и он увидел синий небосвод. Эвэ был безразличен ко всему, одержимый какой-то одной известной ему целью. Он тащил сумку, упорно двигаясь вперед, не замечая, как его чистую курточку и брюки покрывает слой желтой грязи, как спутываются пряди отрастающих волос. Искра плелся позади, мечтая отдохнуть, съесть хороший обед, полежать на ковре, рассматривая книжку с картинками, слушая, как мадам Вербах делает что-то в доме, напевая, либо включив граммофон. Эти дни в доме графа Кристо возродили в Искре давно забытые воспоминания о детстве, когда он был свободен и принадлежал лишь своей матери, ее счастливой улыбке и теплым объятиям. Как недолго ему пришлось радоваться этому.
— Не знаю, — так же тихо ответил Эвэ, и он действительно не знал. — Пойдем, надо выяснить, будет ли поезд двигаться дальше. Если мы не сможем продолжить путь на нем, то потеряем несколько дней, а может и больше.
«Он рухнул с неба, ты это видел? И это не имперская машина!» — двое гвардейцев прошли мимо, обсуждая случившееся.
Полукровка остановился и посмотрел им вслед. В это время из вагона появился офицер, заходивший в купе к Искре и Эвэ. Эльф быстро заговорил с ним, пытаясь узнать всю катастрофичность их положения. И по недомолвкам и витиеватым оговоркам, понял, что поезд скоро не тронется, а возможно не тронется вовсе.
«Духи, — раздраженно произнес Эвэ. — Давай, Искра, нужно поскорее забрать вещи и уходить отсюда. С запада на подмогу идет поезд с отрядом самого принца Фальки. А это совсем не та компания, которая нам нужна».
Полукровка вопросительно посмотрел на эльфа, но тот, конечно, ничего не собирался объяснять. Он быстро зашагал к их вагону, прикидывая, как бы незаметно ускользнуть прочь.
— Возьми одеяло, — приказал эльф, когда они вернулись в свое купе, хватая сумку. Искра тоже перекинул через плечо свой легкий вещевой мешок и обмотал вокруг себя одеяло. Собравшись, они направились к выходу, но увидев гвардейца, стоящего на карауле, остановились. «Уходи же», — желал про себя Искра. Наконец кто-то окликнул караульного, и он поспешно сорвался с места выполнять поручение.
«Пойдем, скорее», — сказал Эвэ, и они с полукровкой бросились в ближайшие заросли жухлого тростника, а потом и дальше в лес, убегая от поезда.
Вокруг было светло и тепло, солнечный свет проникал сквозь сетку деревьев, касался травы, которая тянулась вверх, и убирал прочь снег, превращая его в журчащие ручьи. У Искры скользили ноги, и захватывало дух, ему было страшно и в тоже время он готов был рассмеяться, потому что не бегал так свободно и легко очень давно, так, словно только ветер был ему соперником.
Через некоторое время они остановились, чтобы отдышаться. Эльф прислушивался, не решил ли кто из гвардейцев узнать, куда это они так заторопились. Но вокруг были лишь звуки наступающей весны.
— И что мы будем делать теперь? — спросил Искра, оглядываясь на высокие деревья вокруг.
— Идти вперед, — сказал Эвэ, сделав несколько неуверенных шагов, и на самом деле имея довольно смутное представление о том, куда им стоит направиться. Но сообщать об этом Искре он, конечно же, не спешил.
Когда стало темнеть, они нашли более или менее сухое место для ночлега. Эльф мог бы и дольше идти, но полукровка был измучен и устал. Он даже прекратил свои вечные расспросы, быстро съел свой скромный ужин, и, завернувшись в одеяло, сразу уснул.
Эвэ сидел рядом с Искрой, удивляясь, как быстро тот забыл о всех заботах и перенесся в мир грез, самому эльфу не спалось, и в конце концов он достал книгу, и сотворив небольшой чародейский огонек, позволил на страницах появится теням. Они, как и прежде, были голодны до тепла.
Позволив теням получить то, чего они желали, эльф приказал им показать Веро. И страницы вновь стали прозрачными, словно стекло, позволяя Эвэ взглянуть на любовника.
— Ты кажешься бледным, — утром полукровка не смог удержаться, чтобы не высказать свое замечание насчет Эвэ. Эльф действительно выглядел уставшим и еще более погруженным в себя, чем обычно. Сам Искра смотрелся не лучше с веточками и листочками в волосах, как будто лесной царь, явившийся из глухой чащобы. «Если не выберемся поскорей из этого леса, станем призраками», — подумал эльф.
Вскоре им улыбнулась удача, места стали суши, снега меньше, а потом они вышли к дороге или скорее ее подобию, напоминающую тянущуюся к горизонту вязкую массу из глины. Солнце проглядывало из облаков, и касалось кожи, Искре хотелось, чтобы облака рассеялись, и он увидел синий небосвод. Эвэ был безразличен ко всему, одержимый какой-то одной известной ему целью. Он тащил сумку, упорно двигаясь вперед, не замечая, как его чистую курточку и брюки покрывает слой желтой грязи, как спутываются пряди отрастающих волос. Искра плелся позади, мечтая отдохнуть, съесть хороший обед, полежать на ковре, рассматривая книжку с картинками, слушая, как мадам Вербах делает что-то в доме, напевая, либо включив граммофон. Эти дни в доме графа Кристо возродили в Искре давно забытые воспоминания о детстве, когда он был свободен и принадлежал лишь своей матери, ее счастливой улыбке и теплым объятиям. Как недолго ему пришлось радоваться этому.
Страница 90 из 116
