Принцесса Подземного царства

— А ты что думаешь? — усмехнулся Пакир. — Не допустит же он, чтобы мне противостояла эта старуха Виллина… Он всё подготовил. Рассчитал каждый шаг раньше меня. — Его лицо помрачнело. — Частично, разумеется, всё это были случайности, но они совпали с его намерениями… В Волшебную страну случайно попадает девочка. Обычная девочка из Большого мира, всего лишь добренькая и смелая, как и большинство детей. Случайно происходит встреча с Виллиной. Но Виллина, как ты, надеюсь, помнишь, — Хранительница Волшебной страны. В её задачу входит охранять страну от всевозможных неприятностей, — он поморщился, — в том числе и от моей скромной персоны. И у Виллины — книга Торна. Виллина, ничего не подозревая, открывает книгу, а там команда — пусть Элли идёт в Изумрудный город. И Элли идёт. А Торн наблюдает за ней и смотрит, подходит она для роли новой Хранительницы или нет.

— А разве не Виллина смотрит? — недоверчиво спросила Ланга.

— Виллина тут ни при чём, она всего лишь подчиняется книге. Разумеется, она тоже приглядывалась, но она тут уже ничего не решала. Всё было решено за неё, причём Виллина до сих пор думает, что именно она обо всём позаботилась… А потом Торн принял решение и отложил его исполнение до удобного времени. И ждал, ждал так долго, что бедняжка Элли успела стать старухой. А тут ещё и Корина вмешалась. Не люблю излишне самостоятельных, — он покосился на Лангу, — но в данном случае её вмешательство сослужило добрую службу мне.

— А при чём здесь вы? — осторожно задала новый вопрос Ланга.

— При том! — рявкнул Пакир и тут же, остыв, начал объяснять спокойным голосом. — Если бы Элли вернулась в Волшебную страну чуть раньше, она бы, может быть, и успела бы стать сильной волшебницей. Но теперь у меня уже всё готово, — он торжествующе вскинул голову. — Виллина уже стара, а Элли, появившись сейчас в Волшебной стране — а ведь она ещё даже не появилась! — будет слишком беспомощна. Эта Корина может её убить, и останавливать её я не собираюсь. Не знаю уж, чем Торн думал, призывая в Волшебную страну древнюю старуху, но, полагаю, там опять произойдёт какая-нибудь счастливая случайность. Или же будет забавно: одна старуха сменит другую, — и он засмеялся.

Лангу передёрнуло от этого жутковатого смеха. Ясное дело, что Элли Пакиру не противница. Он её раздавит одним пальцем.

— И что же теперь будет? — осмелилась Ланга на ещё один вопрос.

— Теперь? Элли идёт в Канзас, а там её рано или поздно встретит Корина. Дальше всё будет зависеть от действий Корины и от того, кто из них победит. Впрочем, я лично в исходе дела не сомневаюсь. Но! — он поднял палец. — Для меня это очень удобный момент. Хотя, подождала бы Элли ещё недельку — момент был бы ещё удобнее, но ничего страшного, я ещё успею взять своё, — его глаза хищно блеснули. — Пока все волшебницы будут заняты только тем, как разрушить барьеры, поставленные Кориной, и прийти на помощь Элли в далёком Канзасе, они благополучно проморгают то, что происходит у них под носом.

— А-а, — нелепо протянула Ланга, не найдя ничего лучше.

— Похоже, ты плохо сегодня соображаешь, — недобро нахмурился Пакир. — Ты понимаешь, о чём я говорю?

— Да, — испуганно кивнула девушка.

— Ну и что ты думаешь, я сейчас буду делать?

— Нападёте на Волшебную страну, — ответила Ланга. В конце концов, не понять этого мог только последний тупица.

— Ну вот, — облегчённо вздохнул Пакир. — Хоть какие-то проблески надежды есть! Но чтобы напасть на Волшебную страну, мне ещё многого не хватает.

— Чего же? — поинтересовалась Ланга.

— Самого главного, — коротко сказал Пакир. — Людей.

Девушка уставилась на него, позабыв от невероятного изумления о приличном поведении перед повелителем.

— У вас же тысячи каббаров в подчинении…

Пакир поморщился и махнул рукой.

— Я не о том… Каббары — редкостные по своей непроходимой тупости существа. Они умеют только махать оружием или кулаками, за его отсутствием… Воевать — да, это у них получится. Но не это главное. Я могу смести Волшебную страну с лица Земли, но разве мне это нужно? — в его голосе прозвучала ярость и странная горечь. — Мне нужна власть, а не одиночество. Что толку, если я убью кого-нибудь? Он умрёт, и его душа навеки останется такой же, как была. Жители Волшебной страны в подавляющем большинстве своём наивны и невинны. Я могу их убить — но победа состоит не в этом. Самая большая победа — это когда твой враг стал таким же, как ты.

Голос Пакира стал непривычно тихим. Таким Ланга его ещё никогда не видела. И уж тем более — да, он когда-то часами проводил с ней какие-нибудь «воспитательные беседы», втолковывая ей прописные истины с искажённой философией Тьмы… Но никогда не было такого, чтобы Властелин Тьмы делился с ней планами по захвату Волшебной страны. Да ещё и говорил такие вещи. Обычно всё, что Пакир пытался объяснить Ланге, отдавало ложью, чем-то искорёженным, неправильным — несмотря на то, что казалось абсолютной правдой, — а сейчас это было истиной. Пусть и не слишком приятной.