Приручить…

Открыв холодильник, скривился — Лала по рассеянности или специально поставил коробку с яйцами на верхнюю полку. Туда он точно не дотянется с кресла. На нижней же стояла небольшая кастрюлька с гречневой кашей, которую Анхель искренне недолюбливал, но периодически давился ей по утрам — исключительно ради Лалы, который соблюдал его диету. Вздохнув, достал кастрюлю и поехал к окну — там стояла электрическая варочная панель на низком столике — специально для Анхеля. Пока гречка разогревалась, Анхель достал таблетки и начал выдавливать на блюдце из блистеров свою утреннюю дозу антидепрессантов, радуясь скорому наступлению весьма полезного эффекта после приема — притупленному восприятию и пофигизму на все окружающее.

Заскрежетал ключ в замке, Анхель насторожился. Кроме него и Лалы ключей больше ни у кого не было. На мгновение окатило липким страхом, грудь сдавило и в ушах вновь появились знакомые молоточки — предвестники обморока, но тут в коридор шагнул Вайс. Отлегло.

— Проснулся? — Вайс разулся и прошел в кухню. Как ни в чем не бывало, помыл руки, тщательно вытер их полотенцем, плеснул воды в стакан и жадно выпил.

— Да, — в глотке застрял колючий ком, мешавший говорить. — Ты… вернулся?

Альфа на этот вопрос приподнял брови, но ничего не ответил. Выглядел он уставшим и чем-то весьма озабоченным.

— Ездил к знакомому хирургу, — Вайс решил, что нет смысла юлить и проявлять дипломатию — сил на нее у него не осталось. — Он тебя ждет. У них современное оборудование и одни из лучших специалистов. В случае необходимости… — Вайс едва успел уклониться от чашки, полетевшей в него.

— Зачем?! — Анхеля трясло от негодования. — Зачем мне туда ехать?! Какое право ты имеешь вмешиваться?!

Вайс ошарашенно замер. Анхель спал с лица, побледнел и трясся, будто в ознобе. Дрожащие руки бестолково шарили по столу — бета явно искал что-нибудь — швырнуть еще раз в Вайса. Стоило ему шагнуть к нему, как Анхель ударил по рычагу и кресло рванулось назад — аккурат к столу с панелью и кастрюлей.

— Анх!

От столкновения со столом, Анхеля вышвырнуло из кресла. Стол тряхнуло, панель слетела с него на пол, кастрюля рухнула рядом с бетой, распластавшимся на полу и Вайс чудом умудрился успеть подставить руку и закрыть лицо Анхеля от комьев горячей каши, что брызнули из кастрюли. Зашипев от боли, Вайс стряхнул ошметки, подскочил и вырвал провод от варочной панели из розетки. Поставил ее на место, и вернулся к скорчившемуся на полу бете.

— Да что с тобой такое? — пробормотал он, поднимая рыдающего Анхеля с пола. — В чем дело?

— Пей, — вдруг раздался непривычно жесткий голос Лалы. Сонный омега в одних пижамных штанах, босой и взъерошенный стоял рядом с ними. В одной ладони были несколько цветных таблеток, которые он силком пропихнул в рот Анхелю. Чтобы запить их водой потребовалась помощь Вайса — Анхель отмахивался и норовил выплюнуть спасительные антидепрессанты.

— Брат! — загремел голос Лалы.

Тело беты в руках Вайса напряглось. Затем расслабилось и Анхель покорно открыл рот. Глотнул воды, проглотил таблетки и вновь открыл рот, демонстрируя дотошному Лале, что действительно выпил лекарство.

— Уложите его, пожалуйста, — попросил Лала, умоляюще глянув на Вайса. — Он быстро заснет. А я пока наведу порядок.

Бета отключился раньше, чем его голова коснулась подушки. Вайс осторожно убрал волосы с лица Анхеля, поцеловал его в лоб и вышел из комнаты. Странная вспышка страха и агрессии была ему непонятна — альфа собирался выяснить причину у Лалы.

— Я проспал, — тихо пояснил Лала, заметая комки каши. — Если он не принимает таблетки вовремя, то вполне может сорваться на истерику. Причем, речь идет не о часах, а о минутах.

— Вовремя — это во сколько? — уточнил Вайс.

— Девять часов утра, три часа дня, девять вечера, — перечислил омега.

Вайс мрачно глянул на часы — стрелки безжалостно показывали почти одиннадцать.

— А еще он боится обследований. И считает, что они бесполезны, — Лала стряхнул кашу в мусорное ведро, убрал веник и совок под раковину и наскоро протер пол тряпкой, которую тоже выбросил. — Знаете, это повторяется регулярно. Иногда я и сам не выдерживаю. Злюсь на него. Бывает, что ругаемся. Но я знаю, зачем я остаюсь с ним.

— Я уже все решил, — Вайс понял, куда клонит Лала. — Но я не особо разбираюсь во всем этом и буду признателен за твою помощь.

Омега присел на стул и сгорбился. Помолчал, собираясь с мыслями.

— Знаете… Если вы хотите, чтобы он прошел обследование…

Вайс встал и закрыл дверь на кухню.

— Его диагноз может быть неверным. Не говори пока Анхелю — мало ли.

— Как это? — омега с недоверием посмотрел на него.

— Так. Но для четкого понимания нам необходимо положить его на нормальное и полноценное обследование.

Лала выпрямился и закрыл глаза. Вайс ждал.

— У меня есть поручительство на представление его в больницах, — наконец тихо сказал омега. — Когда?

— Хоть сегодня.

— Я соберу его вещи, — и омега выскользнул из кухни прежде, чем альфа успел хоть слово сказать.