Фандом: Гарри Поттер. Что было бы, если б в тот день на третьем курсе Гарри не смог бы так легко выпутаться с помощью профессора Люпина, а Снейп бы знал, что этот пергамент — карта? А так же кто украл хроноворот Гермионы и почему Гарри обращается за помощью к Драко Малфою, и помогает ли тот ненавистному гриффиндорцу?
79 мин, 38 сек 14908
Поттер летел очередной круг по полю, как вдруг увидел то, что заставило его сердце затрепетать: Симон летел на бешеной скорости за маленьким крылатым шариком, их разделяло минимальное расстояние. Казалось, сейчас Симон уже протянет руку и схватит снитч… Поттер резко набрал скорость и, благодаря метле и тому, кто ее прислал, нагнал слизеринского ловца. Тот резко пикировал за снитчем, Гарри не отставал. Похоже, крылатый мячик понял неизбежность ситуации: он даже не пытался петлять — просто летел. Гриффиндорец налёг на метлу и протянул руку — то же хотел сделать и ловец Слизерина. Но тут слева пронесся бладжер, и обоим ловцам пришлось спикировать вниз. Еще секунда — и в Поттера врезалось что-то большое, после чего он, свалившись с метлы, потерял сознание.
Очнулся Гарри уже в Больничном крыле. Всё расплывалось перед глазами. Слева он услышал какую-то возню и повернул голову, сумев разглядеть знакомые светлые пряди.
— Спасибо, конечно, что зашел ко мне, — ухмыльнулся Малфой, — но лучшим подарком было бы, если б ты был без сознания еще неделю.
— Что за… — гриффиндорец попытался подняться, но голова нещадно разболелась. — Ты пришел в себя?
— Да, за час до матча, — ответил слизеринец, прикрыв глаза.
— Что произошло? Слизерин победил, правда? — грустно простонал Гарри.
Малфой тихо хмыкнул.
— Как бы это ни выглядело смешно, ты поймал снитч.
— Что? — опешил тот, снова резко поднявшись, за что тут же поплатился головной болью. — Я не ловил снитч…
— Верно, не ловил. Он залетел тебе в рукав, когда ты падал, — хмыкнул слизеринец. — Счет 240:100, победил Гриффиндор.
— О… — промычал Поттер в шоке. — А с какой высоты я упал?
— Ты не падал.
— То есть?
— Ты не поздоровался с землей, — раздраженно пояснил Малфой, стрельнув хмурым взглядом в сторону гриффиндорца. — Всегда знал, что Симон не умеет играть в квиддич, а тебе, Поттер, всегда чертовски везет. А теперь я хочу спать.
Гарри еще минуту лицезрел спину перевернувшегося на бок и тихо посапывающего Малфоя, после чего, возмущенно сопя, отвернулся от него. Но втайне он ликовал: кубок квиддича в этом году у Гриффиндора!
— Малфой, — пробормотал Поттер, поднимаясь повыше на кровати, — сколько времени?
— Ага, Поттер, побежал у каждого встречного спрашивать, который час. Специально для тебя, — лениво отозвался Малфой, перелистывая страницу книги.
— На Хагрида ты уже нажаловался? — с ненавистью спросил Гарри, так как хотелось почему-то продолжить разговор.
— Нет, Поттер, можешь радоваться. С твоим другом-великаном всё в порядке, чего не скажешь о гиппогрифе.
— Свинья ты, Малфой, — с чувством отозвался Поттер.
— Гриффиндорский маглолюбец, — в ответ фыркнул слизеринец.
Воцарилась такая напряженная тишина, что, казалось, ее можно было потрогать руками.
— Ко мне никто не заходил? — спросил Гарри, чтобы хоть как-то разрушить возникшее напряжение. Малфой разозлился, на миг ледяная маска соскользнула с его лица.
— Сам следи, кто к тебе приходит, Золотой мальчик, я не нанимался к тебе в гувернантки.
Злясь на самого себя («А чего я ожидал — что он предъявит мне список посещавших и опишет, кто и что просил передать, когда я очнусь?!»), гриффиндорец начал разглядывать потолок, чтобы хоть как-то развлечься. Он начал искать различия между белым потолком и такими же белыми стенами медкрыла, но таковых различий не наблюдалось, и успешно развлекаться пока что не получалось. Да и отвлекаться от мысли, что на соседней кровати спокойно читает книгу не кто иной, как Малфой, получалось так же успешно, как развлечение с потолком.
— А вообще, — вдруг прервал тишину слизеринец, — заходил Снейп и сказал, что ты, так и быть, можешь не сбегать из Больничного крыла и не приходить сегодня на отработку.
— Тронут до глубины души, — пробормотал Поттер и, чтобы завязать разговор, продолжил: — А ты давно ходишь к нему на дополнительные занятия? И зачем?
Казалось, Малфой сейчас кинет книгой в гриффиндорца. Но через секунду он ответил:
— Я хожу к Северусу с этого года.
— К Северусу? — вскинул брови Гарри. — А Макгонагалл ты называешь Магги?
Шутку Драко не оценил, так как не мог знать о магловских бульонных кубиках.
— Поттер, Северус — мой крестный.
Гарри едва слышно хмыкнул и снова уставился в потолок, но, к его удивлению, Малфой продолжил:
— Хожу я туда, потому что хочу быть по зельям таким же мастером, как Северус. Он один из лучших зельеваров Британии, и я хочу достичь такого же результата, если не лучше, и я достигну.
В этот момент из своего кабинета вышла мадам Помфри и лучезарно улыбнулась, посмотрев на Поттера.
— Очнулся, Гарри? Это хорошо. Сейчас я тебе дам зелье, и завтра твоя головная боль пройдет. Сейчас тебе очень больно?
Гарри растерялся. Когда он очнулся, голова болела нещадно, а теперь она почти не давала о себе знать.
— Не совсем…
Очнулся Гарри уже в Больничном крыле. Всё расплывалось перед глазами. Слева он услышал какую-то возню и повернул голову, сумев разглядеть знакомые светлые пряди.
— Спасибо, конечно, что зашел ко мне, — ухмыльнулся Малфой, — но лучшим подарком было бы, если б ты был без сознания еще неделю.
— Что за… — гриффиндорец попытался подняться, но голова нещадно разболелась. — Ты пришел в себя?
— Да, за час до матча, — ответил слизеринец, прикрыв глаза.
— Что произошло? Слизерин победил, правда? — грустно простонал Гарри.
Малфой тихо хмыкнул.
— Как бы это ни выглядело смешно, ты поймал снитч.
— Что? — опешил тот, снова резко поднявшись, за что тут же поплатился головной болью. — Я не ловил снитч…
— Верно, не ловил. Он залетел тебе в рукав, когда ты падал, — хмыкнул слизеринец. — Счет 240:100, победил Гриффиндор.
— О… — промычал Поттер в шоке. — А с какой высоты я упал?
— Ты не падал.
— То есть?
— Ты не поздоровался с землей, — раздраженно пояснил Малфой, стрельнув хмурым взглядом в сторону гриффиндорца. — Всегда знал, что Симон не умеет играть в квиддич, а тебе, Поттер, всегда чертовски везет. А теперь я хочу спать.
Гарри еще минуту лицезрел спину перевернувшегося на бок и тихо посапывающего Малфоя, после чего, возмущенно сопя, отвернулся от него. Но втайне он ликовал: кубок квиддича в этом году у Гриффиндора!
В Больничном крыле
Проснувшись вечером, Гарри увидел, что Малфой тоже бодрствует, читая какую-то книгу.— Малфой, — пробормотал Поттер, поднимаясь повыше на кровати, — сколько времени?
— Ага, Поттер, побежал у каждого встречного спрашивать, который час. Специально для тебя, — лениво отозвался Малфой, перелистывая страницу книги.
— На Хагрида ты уже нажаловался? — с ненавистью спросил Гарри, так как хотелось почему-то продолжить разговор.
— Нет, Поттер, можешь радоваться. С твоим другом-великаном всё в порядке, чего не скажешь о гиппогрифе.
— Свинья ты, Малфой, — с чувством отозвался Поттер.
— Гриффиндорский маглолюбец, — в ответ фыркнул слизеринец.
Воцарилась такая напряженная тишина, что, казалось, ее можно было потрогать руками.
— Ко мне никто не заходил? — спросил Гарри, чтобы хоть как-то разрушить возникшее напряжение. Малфой разозлился, на миг ледяная маска соскользнула с его лица.
— Сам следи, кто к тебе приходит, Золотой мальчик, я не нанимался к тебе в гувернантки.
Злясь на самого себя («А чего я ожидал — что он предъявит мне список посещавших и опишет, кто и что просил передать, когда я очнусь?!»), гриффиндорец начал разглядывать потолок, чтобы хоть как-то развлечься. Он начал искать различия между белым потолком и такими же белыми стенами медкрыла, но таковых различий не наблюдалось, и успешно развлекаться пока что не получалось. Да и отвлекаться от мысли, что на соседней кровати спокойно читает книгу не кто иной, как Малфой, получалось так же успешно, как развлечение с потолком.
— А вообще, — вдруг прервал тишину слизеринец, — заходил Снейп и сказал, что ты, так и быть, можешь не сбегать из Больничного крыла и не приходить сегодня на отработку.
— Тронут до глубины души, — пробормотал Поттер и, чтобы завязать разговор, продолжил: — А ты давно ходишь к нему на дополнительные занятия? И зачем?
Казалось, Малфой сейчас кинет книгой в гриффиндорца. Но через секунду он ответил:
— Я хожу к Северусу с этого года.
— К Северусу? — вскинул брови Гарри. — А Макгонагалл ты называешь Магги?
Шутку Драко не оценил, так как не мог знать о магловских бульонных кубиках.
— Поттер, Северус — мой крестный.
Гарри едва слышно хмыкнул и снова уставился в потолок, но, к его удивлению, Малфой продолжил:
— Хожу я туда, потому что хочу быть по зельям таким же мастером, как Северус. Он один из лучших зельеваров Британии, и я хочу достичь такого же результата, если не лучше, и я достигну.
В этот момент из своего кабинета вышла мадам Помфри и лучезарно улыбнулась, посмотрев на Поттера.
— Очнулся, Гарри? Это хорошо. Сейчас я тебе дам зелье, и завтра твоя головная боль пройдет. Сейчас тебе очень больно?
Гарри растерялся. Когда он очнулся, голова болела нещадно, а теперь она почти не давала о себе знать.
— Не совсем…
Страница 12 из 22
