Проблемный

— Да это как поглядеть… — Вик встал и прошёлся, и лицо у него было каким-то странным. — Ну так что?

— Да начни уже с любой, интриган!

Он кивнул.

— Начну. Во-первых… Помимо примерно полудюжины сросшихся переломов, вправленных вывихов и нескольких искусственных зубов, прочих серьёзных повреждений — в том числе и внутренних органов — я не обнаружил. Парень в этом плане — везунчик. На этом хорошие новости заканчиваются. Плохая новость: мальчишку неоднократно подвергали физическим издевательствам — у него всё тело в характерных отметинах. А ещё — использовали для сексуальных забав. Причём, тоже неоднократно. И не всегда это был один партнёр за, скажем так, сеанс!

Я вздрогнул. Нет, о так называемой свободе нравов и жестокости надсмотрщиков в лагерях я был наслышан, но столкнуться с таким воочию…

— Естественно, об этом — ни слова в медкарте твоего раба. Но если у них там регулярно проходили осмотры — местные медики должны были об этом знать. Такое, как правило, не скроешь. Да и контингент замкнутый, все всё знают.

— Знали, но скрыли? Вот же черти…

— Круговая порука, что ты хочешь… — пожал плечами Вик. — Те, кто его… использовал и мучил, были менвитами — охранниками или надсмотрщиками. Потому и не всплыло.

— Что-то мальчишка не похож на… любителя этих дел.

— Да какой он там… хм… любитель! Ты бы видел, как он сперва забился, а потом закаменел, когда я только дотронулся до него, чтобы обследовать! А уж в глазах что было… У него интересные глаза и необычный взгляд, ты заметил?

— Ещё там, в лагере.

— Потому и купил?

Я покосился на своего не в меру проницательного приятеля.

— Ну я же знаю твоё пристрастие ко всему необычному! — хмыкнул тот. Но тут же посерьёзнел.

— Я ввёл твоего раба в транс и расспросил об этой стороне его жизни в лагере. Если захочешь просветиться и впечатлиться — всё записывалось, потом скину тебе файл… — док скорчил гримасу, словно хлебнул неразбавленного лимонного сока. — То, что с ним там вытворяли… это омерзительно, Рахи! Мы сделали их своими рабами, но доходить до такого скотства…

— Ты хочешь сказать, что в лагере его периодически насиловали и пытали? И он помнит это, несмотря на чистки и гипноз?

— Да какой там, к демонам, гипноз! — взорвался Вик и нервно заходил взад-вперёд по кабинету. — Гипноз был только поначалу, а потом его и вовсе перестали к нему применять! Забавлялись, оставляя парня в полном сознании, идиоты! Да еще и обращались с ним и к нему так, словно он — девчонка! С парнем! Отлично, насколько я понял по твоим словам и этим вот… — он кивнул на «дело», — … цидулям, зная, что имеют дело с квартероном! У которого реакции на гипноз несколько иные, чем у чистокровных!

— Стоп! — поднял я ладонь, — А вот с этого момента — поподробнее!

— А вот с ЭТОГО момента начинаются ОЧЕНЬ плохие новости, Рахи! — Вик с размаху рухнул в кресло и несколько раз прокрутился на нём. — Ты купил раба с нестабильными реакциями на гипноз! Ты понимаешь, что это означает?

— Комендант предупреждал меня, что рано или поздно он может выйти из-под контроля и стать неадекватным.

— Рано или поздно?! Предупреждал?! Рахи, он УЖЕ неоднократно делал это! То есть, выходил из-под гипнотического воздействия! Сам, без приказа!

— Это он тебе сказал?

— Да, во время транса… — Вик отдышался и немного успокоился. — Правда, говорил он об этом так, что даже я понял: парень делал это не намеренно, всё происходило спонтанно, бессознательно и под влиянием сильных потрясений. И он сам был в немалом шоке от этих «вылетов». А впервые с ним такое случилось, когда его, прости за военно-медицинский цинизм, отымели в первый раз! Причём отымели жёстко и по полной программе! И видимо, у него там, в мозгах, что-то в тот момент переклинило. Так что можешь теперь считать, что твой раб УЖЕ неадекватен! Поздравляю!

Я промолчал. Не скажу, что я не был готов к таким ошеломляющим известиям — нет, что-то в этом плане я предполагал, но чтобы всё обстояло настолько экстремально…

Мне вдруг представились отчаянно-умоляющие глаза Лана в тот момент, когда конвоир замахивался на него, а он ловил мой взгляд. И его слова, что он не хочет быть проблемой для того, кто дал ему новую жизнь.

— Вик, ты вот лучше мне скажи… Как ты думаешь, этот мальчишка способен на притворство?

— Нет! — почти сразу ответил он. — И это по нему сразу видно, он весь, как на ладони. — врач вздохнул, — Если бы не его нечистокровность и выявленные в связи с ней проблемы — идеальнее раба было бы не сыскать. Но эти его, хоть и непроизвольные, но тем не менее недопустимые выходы из-под гипноза без получения на то приказа избранника… Не берусь прогнозировать, но боюсь, что ничем хорошим это не закончится.

И тогда я решился и рассказал ему всё, чему стал свидетелем, начиная от нашей с Ланом первой встречи — и заканчивая его сегодняшней импровизацией с Кун-Са в моём кабинете.