Проблемный

— Хм… — внимательно выслушав мой рассказ, док задумчиво пригладил волосы на затылке. — Интересный случай… Знаешь, мне бы хотелось понаблюдать за твоим рабом, так сказать, в естественных условиях. То, что ты мне рассказал, весьма обнадёживает и… даёт какие-то шансы… Тем более, что, насколько мне известно, к своим рабам ты гипноз не применяешь, но тем не менее они на тебя почему-то чуть ли не молятся… особенно твоя кухарка! — он засмеялся. — Давай сделаем так. Личное дело его я пока у себя придержу — мне надо там ещё кое-что проверить. А ты понаблюдай за парнем, порасспрашивай его. Ещё я попрошу тебя делать записи твоих наблюдений. Меня это крайне заинтересовало… тем более, что в своей практике я ещё не имел случая работать с полукровками и такими, как твой Лан. Они сейчас вообще — редкость, Комиссия по чистоте крови постаралась в своё время… Будем систематизировать данные наблюдений — тогда и поймём, что он из себя представляет. И сделаем выводы об этой… мине замедленного действия. Случай непростой — но интересный. И знаешь… я буду только рад, если опасения насчёт неадекватности нашего квартерона не подтвердятся! Честно говоря, на меня он произвёл впечатление довольно неплохого и… отважного человека. Я забыл тебе сказать, что, когда я его обследовал… ну, ты понимаешь… он сперва был так зажат, что я предложил ему гипноз. А он посмотрел на меня этим своим взглядом и отказался. А через пару минут сумел как-то расслабиться, и потом был — сама покорность и податливость. Хоть и продолжал бояться и дрожать. Он покорился сам, понимаешь? Сам! Без гипноза! Если бы арзаков не лишили воли, я бы предположил, что у этого парня она — просто железная! С другой стороны, он квартерон… В общем, Рахи, разреши мне наблюдать парня в качестве, так сказать, его личного врача?

— Договорились! — я кивнул. — Будем наблюдать. Кстати, ты вполне можешь это делать и наезжая ко мне с визитами. Моя Алита, думаю, будет от этого в полном восторге! Кстати, она мне тут снова наворотила полный мешок пирожков, и на твою долю тоже! Так что от чаепития тебе сегодня не отвертеться… Вот только разберусь с кое-какими вопросами по организационно-учебной части — и приходи.

— Когда это я отказывался от Алитиной выпечки? — хохотнул док. — Конечно приду! Кстати, заодно можно будет посмотреть твоего раба в действии. Прикажи ему прислуживать за столом — раз он, по впечатлениям Кун-Са такой… вымуштрованный!

— Идея здравая! — кивнул я, попрощался и вышел из медкабинета.

Лан вскочил со стула, едва только скрипнула дверь. Поклонился. Несмело и вопросительно глянул на меня из-за свесившейся отросшей чёлки.

— Идём, — сделал я знак. — Посидишь у меня в кабинете, пока я с делами разгребаюсь. Если что — поможешь по мелочам. Потом придёт док, попить чайку, будешь нам прислуживать за столом.

— Слушаюсь, господин, — эхом отозвался раб и неслышной тенью скользнул за мной по коридору.

… Я решил все мысли и выводы на его счёт отложить до вечера. Слишком они были сумбурны и неспокойны. К тому же информация, выложенная мне Виком с его привычной медицинской прямолинейностью, тоже нуждалась в осмыслении. Но… потом, всё потом.

… Ох, ты, Волчонок, Волчонок…

 

Глава 5. Щенок, впервые вылезший из вольера (Лан)

Для меня начались дни, наполненные новыми делами, обязанностями, впечатлениями, лицами, радостями и бедами. Впрочем, насчёт бед — это я уж чересчур сгустил краски. Кажется, с того момента, как господин Ра-Хор вывел меня за ворота лагеря, беды из моей жизни ушли совсем (тьфу-тьфу-тьфу… Разве можно назвать бедами мелкие казусы вроде тех, что поначалу случались, пока я под руководством Алиты и Исана осваивал высокое искусство работ по дому и саду? Нет, конечно, очень неприятно, когда летит на пол выскользнувшая из твоей неуклюжей руки тарелка, которую ты взялся мыть. Или ты сам вдруг поскальзываешься босой пяткой на только что старательно намытом тобой полу и опрокидываешь маленького деловитого робота-уборщика… и хорошо, если он стоит не на лестнице или площадке второго этажа и ни на кого (в частности — на самого господина, вот ужас-то!) не падает и не разливает воду из специального резервуара! В такие моменты меня всегда ошпаривал жгучий ужас: увидит господин, рассердится, накажет… Нет, наказания я не боялся. Что-то мне подсказывало, что, захоти господин наказать меня — он сделает это в несколько раз мягче, чем в лагере. Ограничится строгим разносом с несильной трёпкой за волосы — как он уже делал, когда вёз меня в свой дом. Но даже на такое мне не хотелось нарываться. Не из-за страха боли и унижения, нет. Мне не хотелось выглядеть перед тем, кто подарил мне шанс на жизнь, неуклюжим, ничего не умеющим слонопотамом. Бесполезной покупкой, на которую только зря потратили деньги. И поэтому я изо всех сил старался быть для господина самым послушным, самым расторопным, самым… В общем, безупречным рабом.