Проблемный

Поначалу я довольно долго не мог привыкнуть к новым условиям жизни. Часто просыпался по ночам в страхе, что мне всё это снится. Что нет никакого господина Ра-Хора, его дома с садом, дружелюбных слуг, необременительных обязанностей его домашнего раба… Всё казалось, что я по-прежнему нахожусь в лагере, в казарме, сплю на своих нарах и вот-вот раздастся громкий и пронзительный сигнал побудки, от которого всегда ломит виски и непроизвольно встают дыбом волосы. По дому я в первое время передвигался не иначе как в виде бесшумной тени, а в присутствии хозяина старался быть как можно более незаметным. Остальные слуги посмеивались, видя это, но, спасибо им, понимали, что мне пока ещё всё здесь непривычно, что я боюсь сделать что-то не то или не так.

Исан, у которого я «квартировал» в небольшом жилом помещении на втором этаже гаража, только вздыхал, когда я будил его посреди ночи, вскакивая, как полоумный, от какого-нибудь приснившегося кошмара. Иногда ворчал что-то незлое и шёл ставить чайник и заваривать мне какие-то травки, культивируемые им на задах сада. От них я успокаивался и мог спать дальше.

Общались мы мало. Исан был довольно скуп на слова и эмоции, но делу своему учил добросовестно. Скоро я уже мог довольно сносно разбираться в видах садовых насаждений и немного ухаживать за ними — поливать, пропалывать и всё такое прочее.

Сад был красив… Нет, не так. Он был восхитителен! К моему сожалению, в силу своего дремучего невежества я так и не смог подобрать нужные слова, чтобы описать всё его великолепие. Одно только могу сказать: успокоительный эффект от этого сада был куда мощнее, чем от травок Исана! Я там себя человеком чувствовал. Ну, в смысле — не запуганной мышью…

Во второй половине того памятного дня, когда господин возил меня на медосмотр, Исан устроил мне по возвращению целую экскурсию по своим «владениям». Рассказал и показал, что где растёт, когда цветёт и плодоносит… В общем, провёл полный и обстоятельный обзорный курс. Я бродил по саду, восхищённо раскрыв рот и вытаращив глаза и, боюсь, выглядел при этом полным идиотом. Но что я мог с собой поделать — это же всё было для меня так прекрасно и непривычно!

Эмоции в тот вечер настолько переполняли меня, что я долго не мог заснуть. А когда мне всё же это удалось, то вместо привычных серых стен лагерной казармы мне приснились ветви цветущей глицинии. Целый водопад цветов, представляете? Розовые, лиловые и белые лепестки тёплыми летними снежинками осыпались сверху, запутывались в волосах, невесомо щекотали кожу… Гибкие цветочные плети мягко касались лица и оголённых плеч, ластились к рукам, как живые, и ворохом прохладного и нежного шёлка окутывали всё тело (во сне я почему-то был вообще без одежды). И с каждым таким касанием всё дальше уходили боль и стыд за своё прошлое и неуверенность в своём будущем. Уходил страх.

Мне было хорошо в том сне.

С тех пор участок сада, где росли глицинии, стал моим любимым местом. Время от времени я приходил к ним, гладил шершавые стволы, поднимал ладонями тяжкие грозди соцветий, зарывался в них лицом, осторожно пропускал сквозь пальцы,… Иногда даже тихонько разговаривал с ними… Ну да. Разговаривал. Когда рядом никого не было. Вы, наверно, будете крутить пальцем у виска и смеяться, но мне почему-то казалось, что глицинии всё слышат и понимают и вот-вот сами заговорят со мной. Странное это было ощущение. Но они меня и правда успокаивали.

Исан однажды застал меня в один из таких моментов, когда я тайком обнимался с одной из лиан. Я страшно смутился, думал, что он станет надо мной подшучивать, но он только понимающе ухмыльнулся.

— Их кора ядовита, — счёл нужным уведомить он. — Аккуратнее!

А на следующий день стал учить меня, как правильно ухаживать за этим прихотливым растением. Он, как оказалось, тоже любил глицинии.

Вообще, с самых первых дней моего пребывания в доме господина Ра-Хора мне пришлось очень много и активно учиться. Порой даже присесть некогда было, и к вечеру я падал на свою койку, как подстреленный. Но столь напряжённый график меня ничуть не огорчал. Наоборот — я радовался, как щенок, впервые вылезший из вольера: столько новых впечатлений, столько новых знаний! Несколько лет, проведённых в лагере, по этой части даже рядом не лежали с несколькими же неделями в доме у моего господина!

Постепенно я начал осознавать, что годен не только на то, чтобы рыть канавы, таскать кирпичи и разбивать носы на арене. Я чувствовал, что способен на большее!

Месяца так через два-три я уже настолько освоился на новом месте, что начал передвигаться по дому и усадьбе, как нормальный человек, а не как фамильное привидение. Руки обрели ловкость, и Исан уже несколько раз доверял мне стричь газон или делать какие-то несложные технические работы. Алита же, у которой я параллельно проходил интенсивный курс домоводства, улыбалась и всё поговаривала, что если я и дальше буду таким же старательным учеником, то, может быть, она подумает насчёт того, чтобы начать учить меня готовить какие-то несложные блюда.