Процион

— Как насчёт этого? — он опустился на корточки так, что член Римуса оказался прямо перед его лицом. Не давая себе ни секунды на размышления, Сириус взял его рукой и обвёл языком головку. Он не смотрел вверх и даже закрыл глаза, пытаясь вспомнить, как это делали ему. Пусть прошёл год, и это было всего раз — но это было, и это было восхитительно. Сириус раскрыл рот шире и мягко погрузил в него головку, стараясь не задеть зубами. Вкус был странный, но он старался не задумываться над этим. По крайней мере сейчас. Римус, казалось, весь замер и даже не дышал. Сириус провёл губами по члену, сжимая их как можно плотнее, и, замерев, не удержался и посмотрел вверх. Глаза Римуса были широко открыты, а зрачки закрывали радужку почти полностью, губы и уши были ярко-алыми, а на лбу выступили капельки пота.

Это была странная картина, и Сириус снова закрыл глаза, продолжая своё занятие. Римус шумно выдохнул и задышал часто, мелкими толчками вбивая член прямо Сириусу в горло, и это было неудобно и как-то… трудно. Неудивительно, что Сириус встречал так мало желающих… Он держался изо всех сил, помогая рукой там, где не достаёт ртом. Говоря по правде, хотелось поскорее прекратить всё это, и он ускорил темп, слушая всхлипы Римуса и чувствуя его дрожащую руку на своём затылке, подталкивающую его…

Вдруг Римус сделал одно большое движение назад, и член выскользнул изо рта Сириуса.

— В чём дело?

— Вставай, — хрипло скомандовал Римус, и Сириус послушался.

Может, целую минуту они смотрели друг на друга, прежде чем Сириус почувствовал это.

Руки Римуса, скользящие по пояснице и ниже, сжавшие его ягодицы. Э-э, такого поворота он не ожидал. Руки замерли, не решаясь продолжать начатое, и Сириус понял, что от него требуется подтверждение. Он закрыл глаза и поцеловал Римуса — глубоко, но коротко.

— Тебе нужно специальное приглашение? — шёпотом спросил он. — Давай же, Луни.

Через минуту Римус уже врывался в него пальцами, щедро политыми чем-то жидким из флакона на полке. Ох, он знал, на что шёл. Сириус старался сохранять спокойствие и не поддаваться панике — в конце концов, это его единственный шанс испытать такое. Почему бы не попробовать? В жизни нужно испытать всё, по максимуму. Ох, какого чёрта…

Римус кусал его за шею и спину, оттолкнув к стене, и это… Да, это возбуждало — ощущение опасности и дикий блеск в глазах Луни, когда он поворачивал его голову, чтобы больно и грубо поцеловать. Пальцы врывались в него, двигаясь хаотично, без какой-либо цели, и Сириуса на плаву держало только то, как быстро и резко двигал Римус ладонью по его члену. Без этого не вышло бы… продолжать демонстрировать заинтересованность, да…

Римус убрал пальцы, и Сириус, поняв, что это значит, попытался максимально расслабиться. Проникновение было болезненным, вход и вовсе горел огнём. По спине волнами расходились мурашки от тяжёлого дыхания Римуса, кожа покрылась каплями пота, которые щекотно сползали вниз.

— Полегче, — прохрипел Сириус, и Римус замер, возвращая руку на его член. С такой поддержкой было легче, и Сириус вроде бы свыкся с болью. Вроде бы…

Резкие короткие толчки, и он закусил губу, чтобы молчать. Вряд ли Римус продержится долго в первый раз, поэтому нужно потерпеть…

— Нагнись, — тем же командным тоном сказал Римус. — Ниже. Ну, Сириус!

Куда уж ниже! Сириус, сжав губы, подчинился, чувствуя, что если ответит что-то, то выйдет грубо и всё закончится быстрее, чем они оба хотят. Римус, которому, видимо, стало гораздо удобнее, начал делать размашистые быстрые движения.

— А-а-а, — почти закричал Сириус.

Никто не предупреждал его о каких-либо бонусах в этом процессе… То, что он чувствовал внутри при каждом новом толчке… Это было похоже на самое сильное тягучее возбуждение, на почти предоргазменное ощущение, которое повторялось в том ритме, в котором двигался Римус. Пожалуй, это было хорошо… Пожалуй, Сириус кончил бы, если бы не жжение у входа, сбивающее его с концентрации на этих ярких моментах…

Сириус стонал в голос, чувствуя, что Римус идёт на ускорение, толкаясь быстро и беспорядочно. Ещё десяток толчков — и он задрожал крупной дрожью и резко замедлил темп, с такой силой вдавливая член в Сириуса, что тот зашипел от жжения. И потом всё прекратилось. В заднице стало свободно и как-то мокро, а внутри будто затонул корабль — такое было ощущение. Кораблекрушения. Масштабно и с жертвами. Сириус выпрямился и развернулся, глядя на Римуса. Тот, привалившись к стене, дышал глубоко и часто.

А через пару минут Сириус кончал прямо в кулак Римуса — первая струйка спермы уже упала на мокрый прохладный пол. Римус вдруг опустился на колени и взял его член в рот. Кажется, Сириус прокусил себе губу, чтобы не заорать на всю душевую: тело била дрожь, а язык Римуса на ставшей слишком чувствительной головке…

Наутро Сириус проспал.

Да, точно проспал, судя по тому, как солнце светило в окно, освещая комнату. Сколько сейчас?

— Завтрак закончится через пятнадцать минут, — на его кровать сел Римус, чуть улыбаясь.