Собрание было чистейшей воды профанацией. Это отчетливо осознавали все участники аукциона по продаже «Нижнеречточа». Огромный подземный завод точных технологий, некогда гордость советской оборонки, теперь уходил за кругленькую сумму в полмиллиарда «зеленых», и ни у кого из присутствовавших не было таких денег, чтобы выкупить его. А рассчитывали на стартовую цену в пятьдесят миллионов, ну, пускай, на семьдесят.
285 мин, 43 сек 6824
Слабый, пробежавший по лицам людей ветерок сразу же покрепчал, набрал силу и превратился в тайфун, в ураган и, наконец, в торнадо, засасывая в себя простыни, халаты, скальпели, каски, автоматы, потом самого легкого из присутствующих по кличке Дискотека, сорвало с места и подняло вверх, потоком воздуха его пронесло кругом по залу, за ним оторвало от кресла человека со шрамом, Мохов с ужасом следил за тем, как над ним, растопырив руки и ноги, летает сам Ханларов, затем и его самого подняло вверх. Все люди, поднимаемые потоком воздуха к потолку, пытались сохранить себе жизнь, но эти попытки с каждым их неумелым движением превращались в очередной шаг к собственной смерти. Вот, один, другой, третий и… сам Мохов, разрезанные лопастями, исчезли в кровососущем воздухозаборнике. Через три минуты все остановилось.
И только пыль вперемешку с капельками человеческой крови еще некоторое время кружила в пропахшем смертью воздухе…
Он обвел быстрым взглядом всю комнату.
«Вот, черт, — подумал он. — Этих уродов унесло, но теперь мы и сами оказались в западне»…
Тут он заметил всего-то в метре от себя небольшой металлический сейф. Он потянулся к нему.
«Маленький, быть может, он на колесиках? Было бы просто круто, если бы я оказался прав».
Он дотронулся кончиком указательного пальца до маленькой ручки, приваренной к двери, и что есть силы зацепив ее пальцем, потянул на себя. Еще небольшое усилие, и вот сейф наконец-то тронулся с места. В этот момент под его колесиками что-то хрустнуло.
Роман, услышавший этот странный звук, присел на корточки и посмотрел под сейф, пока его тянул на себя Курский.
— Вау-у-у, — прошептал он. — Ты, Андрюша, сейчас проехался кому-то прямо по руке.
Андрей перестал передвигать тяжелый груз и посмотрел в то место, про которое говорил его приятель.
— Точно, — сказал он. — Это чья-то рука… Нет, скорее, ручища!
Под сейфом лежала рука, обильно опорошенная частым волосяным покровом с редко нанесенными воровскими наколками. Она оказалась отрубленной лопастями по локоть. В районе окровавленной култышки локтя виднелись остатки крапового военного комбинезона, подвернутые еще тогда, когда хозяин ужасного обрубка был цел и невредим.
— Царство ему небесное! — пробормотал Роман.
Андрей оставил сейф в покое и, откинувшись на своей каталке, задрал голову высоко вверх.
— Теперь нам остается только, — прошептал в зловещей тишине Роман, — дождаться, пока ассистенты господина Ханларова не встревожатся отсутствием хозяина и не решатся войти его проведать.
В следующую секунду сверху послышался еле заметный скрежет металла о металл. Курский приложил к своим губам указательный палец и прошептал:
— Т-щ-щ-щ… А это еще что там такое?!
Все замерли, вслушиваясь в тишину.
Через секунду скрежет вновь повторился, снова и снова. Казалось, что этот непонятный шум нарастает с каждым последующим мгновением и вот…
Застывшие под потолком громадные лопасти едва заметно вздрогнули. Все присутствующие смотрели на происходящее, словно кролики, прикованные к гипнотическому взгляду удава. В двадцати метрах над ними, рядом со слабо проворачивающимися лопастями вентилятора все различили висящую на стальной балке человеческую фигуру.
Послышался гулкий, словно эхо стук. Он был такой силы, что все люди закрыли руками уши, чтобы не оглохнуть. Потом супервентилятор снова дернулся и с грохотом водопада сорвался вниз. Клубы пыли, окутавшие на несколько секунд помещение, заставили всех закрыть глаза, и только Курский после падения многотонной громадины заметил, что поодаль от вентилятора спикировало чье-то тело. Прикрываясь от пылевого смрада свободной от наручников рукой, он привстал и тут же согнулся оттого, что ему что-то больно ударило в область солнечного сплетения. У него даже перехватило дыхание, но не от силы удара, а скорее оттого, что он был нанесен совершенно неожиданно. Удар повторился, заставив Андрея безвольно свалиться на колени.
— Ах-х-х, — раздалось в тишине. — Какие мы все тут правильные… живу-у-у-чие, сильные.
В воздухе искрилась радуга от бьющего в воздух фонтанчика. Оседающая на пол и мебель водяная пыль выбивались из пробитой упавшей лопастью водопроводной трубы. Слабый туман уже позволял рассмотреть говорившего — это был Мохов. Его лицо было разбито в кровь, одна рука, наполовину лишенная кожи, болталась плетью, а во второй он держал кусок стальной трубы, которая ранее придерживала центральную часть вентилятора, за которую он зацепился и которая ему не дала улететь со всеми остальными, а теперь позволила благополучно возвратиться на твердую почву.
И только пыль вперемешку с капельками человеческой крови еще некоторое время кружила в пропахшем смертью воздухе…
Он обвел быстрым взглядом всю комнату.
«Вот, черт, — подумал он. — Этих уродов унесло, но теперь мы и сами оказались в западне»…
Тут он заметил всего-то в метре от себя небольшой металлический сейф. Он потянулся к нему.
«Маленький, быть может, он на колесиках? Было бы просто круто, если бы я оказался прав».
Он дотронулся кончиком указательного пальца до маленькой ручки, приваренной к двери, и что есть силы зацепив ее пальцем, потянул на себя. Еще небольшое усилие, и вот сейф наконец-то тронулся с места. В этот момент под его колесиками что-то хрустнуло.
Роман, услышавший этот странный звук, присел на корточки и посмотрел под сейф, пока его тянул на себя Курский.
— Вау-у-у, — прошептал он. — Ты, Андрюша, сейчас проехался кому-то прямо по руке.
Андрей перестал передвигать тяжелый груз и посмотрел в то место, про которое говорил его приятель.
— Точно, — сказал он. — Это чья-то рука… Нет, скорее, ручища!
Под сейфом лежала рука, обильно опорошенная частым волосяным покровом с редко нанесенными воровскими наколками. Она оказалась отрубленной лопастями по локоть. В районе окровавленной култышки локтя виднелись остатки крапового военного комбинезона, подвернутые еще тогда, когда хозяин ужасного обрубка был цел и невредим.
— Царство ему небесное! — пробормотал Роман.
Андрей оставил сейф в покое и, откинувшись на своей каталке, задрал голову высоко вверх.
— Теперь нам остается только, — прошептал в зловещей тишине Роман, — дождаться, пока ассистенты господина Ханларова не встревожатся отсутствием хозяина и не решатся войти его проведать.
В следующую секунду сверху послышался еле заметный скрежет металла о металл. Курский приложил к своим губам указательный палец и прошептал:
— Т-щ-щ-щ… А это еще что там такое?!
Все замерли, вслушиваясь в тишину.
Через секунду скрежет вновь повторился, снова и снова. Казалось, что этот непонятный шум нарастает с каждым последующим мгновением и вот…
Застывшие под потолком громадные лопасти едва заметно вздрогнули. Все присутствующие смотрели на происходящее, словно кролики, прикованные к гипнотическому взгляду удава. В двадцати метрах над ними, рядом со слабо проворачивающимися лопастями вентилятора все различили висящую на стальной балке человеческую фигуру.
Послышался гулкий, словно эхо стук. Он был такой силы, что все люди закрыли руками уши, чтобы не оглохнуть. Потом супервентилятор снова дернулся и с грохотом водопада сорвался вниз. Клубы пыли, окутавшие на несколько секунд помещение, заставили всех закрыть глаза, и только Курский после падения многотонной громадины заметил, что поодаль от вентилятора спикировало чье-то тело. Прикрываясь от пылевого смрада свободной от наручников рукой, он привстал и тут же согнулся оттого, что ему что-то больно ударило в область солнечного сплетения. У него даже перехватило дыхание, но не от силы удара, а скорее оттого, что он был нанесен совершенно неожиданно. Удар повторился, заставив Андрея безвольно свалиться на колени.
— Ах-х-х, — раздалось в тишине. — Какие мы все тут правильные… живу-у-у-чие, сильные.
В воздухе искрилась радуга от бьющего в воздух фонтанчика. Оседающая на пол и мебель водяная пыль выбивались из пробитой упавшей лопастью водопроводной трубы. Слабый туман уже позволял рассмотреть говорившего — это был Мохов. Его лицо было разбито в кровь, одна рука, наполовину лишенная кожи, болталась плетью, а во второй он держал кусок стальной трубы, которая ранее придерживала центральную часть вентилятора, за которую он зацепился и которая ему не дала улететь со всеми остальными, а теперь позволила благополучно возвратиться на твердую почву.
Страница 77 из 82
