Собрание было чистейшей воды профанацией. Это отчетливо осознавали все участники аукциона по продаже «Нижнеречточа». Огромный подземный завод точных технологий, некогда гордость советской оборонки, теперь уходил за кругленькую сумму в полмиллиарда «зеленых», и ни у кого из присутствовавших не было таких денег, чтобы выкупить его. А рассчитывали на стартовую цену в пятьдесят миллионов, ну, пускай, на семьдесят.
285 мин, 43 сек 6826
— Ну, что, господа спасители мира, думали, что с Мохом можно так легко справиться? Думали, что я, дурачок, так вот запросто дам себя убить? — Он улыбнулся, вытер запястьем руки выступившие на лбу капельки пота и продолжил: — Нет, вы плохо меня знаете, приятели. Не чета вам пытались меня убить, и напрасно! Я и раньше был живуч, а теперь — вообще бессмертен! На моей стороне провидение. — Он отпустил кусок трубы, который после этого пружиной взвился вверх, и вытянул в сторону здоровую руку.
— Ну-ка, гляньте! Я жив, здоров, даже слишком. Вот сейчас попью бактериев… они меня от болячек вылечат. Силы дадут. И буду я… живее всех живых! Ох, и поживем, ребятки!
Мохов притопнул, сделав ногами ажурное танцклассное па.
— Не-е-е-а-а-а, Моха вам так просто не одолеть. Никому не одолеть! Потому что жизнь — она теперь моя!
Все еще ощущая болезненное состояние, Андрей Курский попытался приподняться при помощи свободной руки, но Мохов с невероятной для его возраста и веса прытью подпрыгнул в воздух и что есть силы ударил его мыском тяжелого ботинка прямо в лицо.
— Ты еще брыкаешься? Я же сказал: сидеть и не пыхтеть!
Он еще раз ударил Андрея ногой, но на этот раз сокрушительный удар пришелся Курскому в ухо. Тоненькой струйкой потекла алая кровь.
Молодой человек упал на каталку, с которой тщетно пытался приподняться.
Достигнув желаемого результата, Мохов отошел от своей жертвы и просунул здоровую руку во внутренний карман куртки. Всем, кроме сраженного его сильными ударами Андрея, оставалось лишь только бездейственно наблюдать за происходящим. Они прекрасно понимали, что никто из них противостоять бандиту не сможет, даже при самом большом желании. Мохов выудил наружу небольшую обитую бархатом коробочку, открыл и извлек из ее недр медицинский шприц и маленький, как от нафтизина, пузырек. Проткнув тоненькой иглой алюминиевую крышку, он стал закачивать в стеклянный баллончик мутноватую на вид жидкость.
— Ну что, первое па уже сделано! — прокричал мэр, приставляя шприц иглой к своему горлу. — Теперь второй акт… — Он на мгновение задумался и, быстро найдя нужную фразу, продолжил: — К примеру, назовите второй акт — правосудие повергнутого в небытие мэра. Сказать по правде, я даже благодарен вам за то, что вы так хорошо и чисто устранили всех моих друзей. Главное уже достигнуто. Вещество получено, опыты проделаны, по этим бумагам простые технари будут в состоянии восстановить всю мою армию.
— Для чего вам армия кукол? — неожиданно выкрикнула Ирина. — Или вы думаете, они не предадут вас в решительный момент?
Мэр развернулся в сторону девушки. Он сузил глаза и медленно направился в ее сторону, крутя перед собой шприцем, наполненным какой-то отравой.
— Гляньте, какие тут все умницы собрались, просто гении, самородки во плоти. Может быть, ты тоже хочешь получить эликсир бессмертия? — Он показал девушке шприц. — Я могу его впрыснуть и тебе, моя красавица, чтобы ты отучилась дерзить мужчинам. Это лекарство может из самой строптивой кобылки сделать идеальную жену. Какая великолепная шейка, как у лебедушки! Кстати, ты знаешь, что теперь один единственный мой поцелуй для тебя смертелен. Достаточно одной капельки моей крови, спермы или слюны — и ты превратишься в холодный трупик. Так что ты выбираешь, крошка?
Он почти вплотную подошел к Ирине и наклонился над ее лицом. В это время, отойдя от болевого шока, Андрей Курский приоткрыл глаза. Он приподнялся на локтях и осмотрелся. В помещении было душно и влажно. Струя водяной пыли, бьющая из трубы, образовала на полу одну сплошную лужу.
В следующее мгновение взгляд его поймал силуэт Мохова. Все остальные присутствующие в помещении замерли в оцепенении, сознавая, что они сейчас совершенно беспомощны перед бандитом.
В этот миг заискрил кабель, перерубленный колесиком электроскальпеля. Он находился на расстоянии вытянутой руки от каталки Андрея. Кинув быстрый взгляд на толстые и высокие резиновые колеса каталок, на которых лежали его друзья, Андрей схватил кабель, оторвал его от стены и ткнул оголенные провода в ближайшую лужицу.
Мохов закричал во все горло от нестерпимой боли, вздернул голову и задрожал всем телом. Маленькие, резвые, словно сороконожки, голубоватые молнии шевелящейся массой пробежали по всему его телу, от ног к голове. Мохов вытаращил глаза, несколько раз дернулся и упал на руки, но и руки его попали в лужицу, и напряжение в триста восемьдесят вольт поразило его конечности, лицо его было озарено фиолетовыми молниями, и он рухнул в лужу, не сгибаясь. Один лишь раз его тело содрогнулось в конвульсиях и замерло.
В зале остались лишь люди, прикованные наручниками к стальным операционным столам, и сам Андрей Курский, прикованный одной рукой к тяжелой медицинской каталке.
— Черт побери! — воскликнул он. — Как мне теперь освободить вас? У меня свободна только одна рука и все! Где раздобыть ключи от наручников? Их же, наверное, унесло вместе с охранниками!
— Ну-ка, гляньте! Я жив, здоров, даже слишком. Вот сейчас попью бактериев… они меня от болячек вылечат. Силы дадут. И буду я… живее всех живых! Ох, и поживем, ребятки!
Мохов притопнул, сделав ногами ажурное танцклассное па.
— Не-е-е-а-а-а, Моха вам так просто не одолеть. Никому не одолеть! Потому что жизнь — она теперь моя!
Все еще ощущая болезненное состояние, Андрей Курский попытался приподняться при помощи свободной руки, но Мохов с невероятной для его возраста и веса прытью подпрыгнул в воздух и что есть силы ударил его мыском тяжелого ботинка прямо в лицо.
— Ты еще брыкаешься? Я же сказал: сидеть и не пыхтеть!
Он еще раз ударил Андрея ногой, но на этот раз сокрушительный удар пришелся Курскому в ухо. Тоненькой струйкой потекла алая кровь.
Молодой человек упал на каталку, с которой тщетно пытался приподняться.
Достигнув желаемого результата, Мохов отошел от своей жертвы и просунул здоровую руку во внутренний карман куртки. Всем, кроме сраженного его сильными ударами Андрея, оставалось лишь только бездейственно наблюдать за происходящим. Они прекрасно понимали, что никто из них противостоять бандиту не сможет, даже при самом большом желании. Мохов выудил наружу небольшую обитую бархатом коробочку, открыл и извлек из ее недр медицинский шприц и маленький, как от нафтизина, пузырек. Проткнув тоненькой иглой алюминиевую крышку, он стал закачивать в стеклянный баллончик мутноватую на вид жидкость.
— Ну что, первое па уже сделано! — прокричал мэр, приставляя шприц иглой к своему горлу. — Теперь второй акт… — Он на мгновение задумался и, быстро найдя нужную фразу, продолжил: — К примеру, назовите второй акт — правосудие повергнутого в небытие мэра. Сказать по правде, я даже благодарен вам за то, что вы так хорошо и чисто устранили всех моих друзей. Главное уже достигнуто. Вещество получено, опыты проделаны, по этим бумагам простые технари будут в состоянии восстановить всю мою армию.
— Для чего вам армия кукол? — неожиданно выкрикнула Ирина. — Или вы думаете, они не предадут вас в решительный момент?
Мэр развернулся в сторону девушки. Он сузил глаза и медленно направился в ее сторону, крутя перед собой шприцем, наполненным какой-то отравой.
— Гляньте, какие тут все умницы собрались, просто гении, самородки во плоти. Может быть, ты тоже хочешь получить эликсир бессмертия? — Он показал девушке шприц. — Я могу его впрыснуть и тебе, моя красавица, чтобы ты отучилась дерзить мужчинам. Это лекарство может из самой строптивой кобылки сделать идеальную жену. Какая великолепная шейка, как у лебедушки! Кстати, ты знаешь, что теперь один единственный мой поцелуй для тебя смертелен. Достаточно одной капельки моей крови, спермы или слюны — и ты превратишься в холодный трупик. Так что ты выбираешь, крошка?
Он почти вплотную подошел к Ирине и наклонился над ее лицом. В это время, отойдя от болевого шока, Андрей Курский приоткрыл глаза. Он приподнялся на локтях и осмотрелся. В помещении было душно и влажно. Струя водяной пыли, бьющая из трубы, образовала на полу одну сплошную лужу.
В следующее мгновение взгляд его поймал силуэт Мохова. Все остальные присутствующие в помещении замерли в оцепенении, сознавая, что они сейчас совершенно беспомощны перед бандитом.
В этот миг заискрил кабель, перерубленный колесиком электроскальпеля. Он находился на расстоянии вытянутой руки от каталки Андрея. Кинув быстрый взгляд на толстые и высокие резиновые колеса каталок, на которых лежали его друзья, Андрей схватил кабель, оторвал его от стены и ткнул оголенные провода в ближайшую лужицу.
Мохов закричал во все горло от нестерпимой боли, вздернул голову и задрожал всем телом. Маленькие, резвые, словно сороконожки, голубоватые молнии шевелящейся массой пробежали по всему его телу, от ног к голове. Мохов вытаращил глаза, несколько раз дернулся и упал на руки, но и руки его попали в лужицу, и напряжение в триста восемьдесят вольт поразило его конечности, лицо его было озарено фиолетовыми молниями, и он рухнул в лужу, не сгибаясь. Один лишь раз его тело содрогнулось в конвульсиях и замерло.
В зале остались лишь люди, прикованные наручниками к стальным операционным столам, и сам Андрей Курский, прикованный одной рукой к тяжелой медицинской каталке.
— Черт побери! — воскликнул он. — Как мне теперь освободить вас? У меня свободна только одна рука и все! Где раздобыть ключи от наручников? Их же, наверное, унесло вместе с охранниками!
Страница 78 из 82
