Профессор Поттер

— Ты знала? — Гарри схватил её за плечи и прижал к холодной влажной стене. — Отвечай! Ты знала?

— Да! — всхлипнула Гермиона.

— Почему ты мне не сказала?

— Я не могла!

— Мы столько лет были неразлучны! Столько пережили в школе! — закричал Гарри. — Гонялись за крестражами, вместе хоронили Дамблдора, плечом к плечу сражались за Хогвартс! Нас столько объединяет! Ты плакала у меня на груди, когда Рон ласкался с этой глупой Браун у тебя на глазах, а я тебя успокаивал! Ты знала, но ничего мне не сказала! Неужели ты не понимаешь, что все могло бы быть по-другому? Почему ты не отпустила со мной Рона?

— Я не хотела впутывать его в это! Я не знала, что всё зайдет так далеко, что ты применишь к Джинни…

— Не называй её имени! — взревел Гарри, отталкивая от себя девушку. Тяжело дыша, он сел на кровать и обхватил руками голову. — Мерлиновы яйца, за что мне это?

— Успокойся, прошу тебя! — Гермиона присела рядом и потрясла его за плечо.

— Рассказывай! Рассказывай все! Как ты узнала?

— На пасхальных каникулах Дж…, — запнулась девушка, заметив, как дернулся Гарри, — она попросила меня приехать в Нору. Мы долго разговаривали. А потом сказали Молли, что проведем пару дней у моих родителей. Мы солгали, потому что другого ничего придумать не могли. Она просила помочь. Она плакала.

— Не надо сопливых подробностей про рыдающую шалаву, — бросил Поттер. — Рассказывай главное. Чего она хотела?

— Мы сняли номер в дешевом пригородном отеле, оставили там вещи и на метро добрались до маггловской клиники, — сбивчиво продолжила Гермиона, а потом вдруг густо покраснела и добавила, тщательно подбирая слова: — Сомневаюсь, что ты об этом слышал, но английское законодательство самое лояльное в мире по отношению к несовершеннолетним девушкам, которые… которые… эмм… которые, не предохраняясь, попали в затруднительное положение.

— Что-о-о? — уставился на нее Гарри, не в силах поверить услышанному.

Драко показалось, что на него вылили ведро кипятка — щеки его вспыхнули от внезапного осознания глубины всего произошедшего. Он думал, что увиденное им в спальной Пуффендуя будет ответом на отношение Поттера к рыжей стерве, но это!

— Вы ездили в клинику…, — промолвил Гарри, — чтобы… чтобы…

— Она плакала, она просила помочь! — торопливо говорила Гермиона. — Я не могла отказать! Я обещала, что никому не скажу. Я обещала!

— Твою мать! — Поттер вскочил с кровати и нервно заходил по камере, задевая плечом фантом Драко.

— Как я могла выдать её? — заплакала Гермиона, пряча лицо в руках.

— Ну конечно! — съязвил Гарри. — Женская солидарность на первом месте. Особенно, когда дело касается обдуривания парней!

— Да при чем здесь солидарность? Разве ты бы отреагировал по-другому, если бы узнал?

— Во всяком случае, не так! По крайней мере, я бы уже не считал её невестой и не уговорил бы МакГонагалл разрешить забрать её на неделю, — ядовито ответил Гарри.

— Я думала, всё образуется, — оправдывалась Гермиона.

— Дура! Законченная дура! — теряя терпение, заорал Гарри. — Что образовалось бы? То есть ты хочешь сказать, что ты бы молчала, и между нами всё осталось бы по-прежнему? Мы бы поженились, родили детей. Ты смогла бы смотреть мне в глаза, зная, что она мне изменила?

— Я только хотела помочь! Откуда я знала, что случится весь этот кошмар?

— А ты знаешь, какой случился кошмар? — Гарри подлетел к девушке, схватил её за плечи и выдохнул: — Она трахалась сразу с двумя парнями!

— Боже… — вымолвила ошарашенная Гермиона.

— Бог здесь совершенно ни при чем! Она лежала между ними, и один трахал её в задницу, а второй в … — запнулся Поттер. — И она сосала, слизывая с конца сперму. А еще её ёбари — грязные педики — в засос лизались друг с другом, — Поттер закрыл глаза и помотал головой, словно отгоняя вновь вставшую перед глазами картину. — Грейнджер, уходи. Всё! Пошла вон! Иди создай комитет по защите блядей. Все проститутки Лондона вступят в твой профсоюз.

Он лег на кровать и отвернулся к стене. Шмыгающая носом Гермиона два раза стукнула костяшками пальцев по двери, и та открылась, выпуская посетительницу.

Драко смотрел на спину Поттера, думая о том, как же тому не повезло с Уизлеттой. Ему было откровенно жаль Поттера. Конечно, Малфой, благодаря украденному у Грейнджер воспоминанию знал, что Поцелуя не будет. Но он понимал, как, наверное, страшно сейчас Гарри, лежащему в одиночестве в этом каменном мешке, в абсолютной тишине, если не брать в расчет капающую с потолка воду. Вдруг Малфой услышал тихое всхлипывание, и в ту же секунду молочный туман обволок камеру.

Драко очнулся в тайной комнате отца рядом с Омутом памяти. С трудом передвигая ногами, он покинул маленькое помещение, добрел до спальни, скинул ботинки и упал в кровать, даже не раздеваясь.

Воспоминание Поттера все возвращалось к Драко. Блестящая от смазки промежность Уизлетты, её полная грудь, движения тел на кровати, стоны… По правде, он не отказался бы поучаствовать в подобной игре, но только чтобы вторым был Поттер. А еще лучше, вообще без рыжей сучки. Вдвоем.