Проклятие Белого Лебедя

Существо дернулось, а в голове щелкнуло. Воспоминание… Грустное… Самое первое… Много лет назад гон требовал крови животных, а не людей. Жертвами падали свиньи, козы, местные бараны и даже коровы. Говорили, что пить кровь селян грех… Потому каждые двенадцать месяцев жители Шаровки лишались пятерых тварей из своего домашнего подворья. Каждый год на протяжении пяти лет, пока… Мысли путались. Оно старалось вспомнить, почему люди ополчились, почему перестали давать возможность утолять жажду. Это было страшно! Самый первый гон. Оно пришло в деревню за полночь. Все уже спали. В окнах покосившихся домов потушили лучины, лишь собаки лениво брехали по будкам, чувствуя приближающуюся опасность. В первом же дворе был приветливо раскрыт курятник. Дверь распахнута настежь, а внутри кудахтает встревоженно то, что утолить невыносимую страшную жажду. Оно шагнуло в темноту и увидела на земляном полу, привязанную за лапу курицу, испуганно кудахчущую под пронзительным взглядом монстра. Резко обернулось, но острые вилы уже пронзили правый бок. Его обожгло болью. Вторые уже целились в грудь и только нечеловеческая реакция спасла тогда от верной гибели. Существо соскочило с острия вил и взмахнуло своей пятерней, украшенной острыми, как бритвами когтями. Селянин, державший вилы, схватился за разрезанное лицо, пытаясь зажать рану и остановить текущую кровь, но запах… Запах и страх, ненависть и боль затмило все в этом мире. Со страшным рыком, ничего не помня и не видя перед собой, существо рвануло вперед, пронзая когтями чьи-то шеи, рвя клыками чью-то кожу, упиваясь моментом, утоляя жажду. С тех пор, оно поняло, что кровь людей можно пить, что она помогает намного лучше, чем какой-то захудалый барашек, а люди ополчившиеся ни за что ни про что должны быть наказаны.

От воспоминаний во рту появилась густая тягучая слюна. Желтая и пенистая она стекла из краешка губ на лохматый подбородок.

— Выйди, прошу! — прошептал мужчина. Интонации, манера держаться, походка… Все было в нем знакомо, но разум говорил, что появляться перед ним не стоит. — Выйди…  — в голосе было столько мольбы и грусти, что захотелось завыть.

— Прости…  — проговорил отчетливо мужчина. Еще раз поглядел по сторонам, пытаясь рассмотреть блеск красных глаз в непроницаемой тьме, но существо, как нарочно опустило голову, терзаемое сомнениями. Постоял еще пару минут, словно дожидаясь, будто давая последний шанс одуматься. Выйти, прислушаться к его словам, а потом махнул рукой и побрел медленно по аллее к замку, низко опустив голову. В его сгорбленно фигуре было столько печали, что существо не выдержало, зарычало, негромко, еле слышно, будто бы и про себя… Но мужчина услышал. Вскинул голову и повернулся. Кусты по-прежнему были недвижимы. Тишина царила вокруг, разрываемая лишь напряженным стрекотом цикад.

— Прости! — одними губами повторил он в темноту, но существо с его острым звериным зрением все прекрасно разобрало. Фигура исчезла где-то вдалеке, унося с собой знакомый запах и аромат душистого крепкого парфюма.

— Ррр! — рыкнуло оно, выбираясь из кустов, оцарапав себе бок. Кровь сегодняшних жертв засохла на шерсти, заставляя морщиться от пощипывания при каждом неосторожном движении. — Ррр! — повело оно напряженным носом.

Прикоснулась лапой к плите, загоревшейся внутренним красным огнем. Камень, словно нагрелся из-под земли, будто прямо за ним был выход прямо в преисподнюю.

— Ррр! — прорычало существо. Плита отъехала в сторону, лихо срезав в сторону остатки травы вперемешку с черноземом. Скошенные углы самой настоящей могилы открылись перед ним. Тяжело вздохнув, монстр спрыгнул вниз, клубком уютно устраиваясь на холодной земле. Плита тут же встала на свое место. Свечение в камне погасло, оставив после себя лишь сдвинутый в сторону дерн. Оно уснуло, дожидаясь того момента, когда невыносимая жажда снова откроет путь в мир людей.

Глава 7

Едва заслышав, что я согласился, мои домашние рванули собирать вещи. Светка, как всегда быстро упаковала наши дорожные сумки, в основном собрав все необходимое за считанные секунды: шампуни, полотенца, гели, лаки, платья и даже теплую одежду. Набила чемодан под завязку и Эльвира Олеговна. Обе они собирались так, как будто ехали не в глухую деревню на окраине нашей области, а во Францию на прием к какому-нибудь герцогу, но так было всегда, когда мы куда-то ехали всей семьей. Мишка гордо из вещей запихнул к теще планшет и телефон с зарядным, я тоже самое, да спортивные штаны с кроссовками.

Алаида от поездки в Шаровку вежливо отказалась.

— Заславский, конечно, формально мой начальник… Но если я заброшу торговый центр и упадут прибыли, он мне этого не простит. Так что езжайте пока самостоятельно, а если и наткнетесь на что-то серьезное, то я сразу же примчусь…  — объяснила она уже на пороге.

— Такси туда не ходят…  — попытался сострить я, ехидно ухмыльнувшись.