Проклятое дитя

Всё так же невозмутимо и неторопливо Паромщик, закусив трубку, тихо, чтобы не потревожить сон натерпевшихся орденцев, вынул весло из набегающей волны и так же молча со всей дури огрел страшного Фобоса по голове. Рабовладелец и злой гений закатил глаза, расслабился и прекратил пугать общественность, потеряв сознание.

Всё так же молчаливо и деловито Перевозчик подцепил обмякшее тело монстра на весло, как известный продукт жизнедеятельности на лопату, и столкнул его в чёрную, порождённую самим же Фобосом, воду.

— Прощай же, Проклятое Дитя, — негромко вымолвил Паромщик, вытирая рукавом лицо. — Переродись и возвращайся в мир. Больше у тебя не будет права на ошибку.

Тихие волны сомкнулись над головой Фобоса и навсегда закрыли страницу истории, повествующей о его многочисленном Ордене. Это был конец.

— … и за борт её бросает в набежавшую волну… — промурлыкал Паромщик, вглядываясь в береговую черту, всё яснее виднеющуюся на горизонте.

Там, впереди, на песчаной сухой почве, в которой Учёному Коту будет удобнее рыть нору, под ослепительно-синим небом качались стройные сосны. В новой Берлоге не будет ни сырости, ни скользких червяков. Там свободные отныне орденцы найдут тишину и спокойствие. Но это уже будет совсем другая история…

В блогах тихо шуршала опадающая листва, гонимая вездесущим ветром. Заканчивался сентябрь.