Прошлое прошлому

— Нет, — отказался Джирайя, укладываясь обратно в постель. — Не переусердствуй.

— Постараюсь.

Недели пролетали одна за другой. Цунаде и не заметила, как с появлением Джирайи время пошло быстрее. Ни дня не проходило без увлекательной прогулки по деревне, его веселых рассказов и, конечно, тренировок Наруто. Часто Цунаде и сама наблюдала за ними. Ей было спокойно, ничто не волновало ее. Казалось, здесь, вдалеке от Конохи, они стали большой дружной семьей. На себя Цунаде примеряла роль матери, на Джирайю — отца, Наруто был ей братом, а Шизуне — сестрой.

В конце девятнадцатой недели малыш начал пинаться, что сильно обрадовало Джирайю. Но, к его сожалению, когда он прикасался к животу Цунаде, ребенок тут же затихал. Цунаде это веселило. Она частенько подразнивала Джирайю, а он добродушно отвечал ей.

Джирайя поселился в одной комнате с Цунаде, и целыми днями они были поглощены друг другом. Никто из них не замечал, что Шизуне с каждым днем выглядела все мрачнее. И, наконец, когда Цунаде приблизилась к двадцать восьмой неделе своей беременности, Шизуне объявила о своем возвращении в Коноху.

— Но почему? — спросила Цунаде.

— Мне кажется, нужно подготовить мебель и одежду для малыша. Вы не можете вернуться в пустой дом, Цунаде-сама, — кротко ответила Шизуне.

— Я смогу позаботиться об этом. Стоит попросить кого-нибудь из АНБУ…

— Цунаде-сама… Как вы не понимаете, это нельзя доверить кому-то еще! К тому же, это не единственная причина моего отъезда.

— Правда? Тогда что еще? — Цунаде вопросительно подняла брови.

— Думаю, от меня будет больше толку, если я помогу Какаши-сану. Здесь вы прекрасно справляетесь без меня, ведь Джирайя-сама с вами. Я могу вернуться к своим прямым обязанностям.

— Твои прямые обязанности — сопровождать меня.

— Но вы больше не нуждаетесь в этом. К тому же, ответа из Конохи нет уже два месяца, — солгала Шизуне. — Возможно, ваше письмо затерялось где-нибудь по пути. Я заодно проверю, как там идут дела.

— Когда ты вернешься? — нахмурилась Цунаде.

Она была недовольна сложившейся ситуацией.

— Я, наверно, не так выразилась, Цунаде-сама. Я больше не вижу смысла оставаться здесь. Так что теперь я буду ждать вас в Конохе, — Шизуне вздохнула и, приблизившись к Цунаде, порывисто обняла ее. — Я буду скучать.

— Я тоже, Шизуне, — прошептала Цунаде в ответ.

Она молча наблюдала за тем, как Шизуне пристегивает свой медицинский набор, а затем выходит из отеля. Если бы только Цунаде была в состоянии также резво ходить, как и до беременности, она непременно бы проводила Шизуне до ворот. Это был один из тех немногих моментов, когда она почувствовала себя брошенной.

— Как думаешь, почему она ушла? — спросил Джирайя, когда они укладывались спать.

— Она же все сказала! — возмутилась Цунаде. — Ты ей не доверяешь?

— Нет, конечно. Но я все же больше склонен судить о людях по их поступкам.

Он обнял ее, притягивая к себе поближе. Цунаде поводила плечами и повернулась на другой бок:

— Извини, ей не нравится лежать так. Вот упрямица, пихается, — с улыбкой проговорила она. — Подождем немного, пускай успокоится.

Джирайя, отвлекшись на мысли о ребенке, совсем забыл про Шизуне:

— Это так странно. Я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что скоро стану отцом. Я все еще надеюсь, что будет мальчик. Странно, что Нанами-сан не сказала мне пол ребенка.

— Ничего странного, — прыснула Цунаде. — За коробку конфет женщины еще и не на такое способны.

— Ах, ты! — Джирайя кинулся целовать ее.

Цунаде отбивалась, как могла — вечерняя щетина Джирайя щекотно кололась, и он умело этим пользовался:

— Прекрати! Я еще надеюсь заснуть на правом боку, — смеялась Цунаде.

— Прости. Хочешь, я немного покачаю ее?

— Лучше не надо. Боюсь, она не оценит твой порыв. Давай лучше помолчим немного.

Джирайя согласно кивнул, поглаживая ее по животу. Ему нравилось лежать лицом друг к другу, а вот Цунаде любила прижиматься к нему спиной. Оба варианта были приятны и удобны, но наблюдать за тем, как она засыпает было забавно.

Вскоре Цунаде осторожно повернулась обратно на другой бок, и Джирайя снова обнял ее.

— Спит? — прошептал он.

— Кажется, да, — Цунаде ответила так же тихо, но Джирайя сумел различить в ее голосе улыбку.

— Я люблю тебя.

— Я знаю, Джирайя… я знаю.

Глава 13

Денек выдался необычайно жарким, и Цунаде наслаждалась прохладой, исходящей от тихой речушки, по которой они плыли. Джирайя с помощью одной из своих призывных жаб погрузил Наруто в гендзюцу и теперь внимательно наблюдал за его попытками освободиться. Цунаде радовалась тому, что в такую жару многие предпочитали купание катанию на лодке. Иначе им пришлось бы отказаться от этой прогулки — далеко не все адекватно воспримут Гамарики-сана. Цунаде с интересом рассматривала берега, время от времени черпая воду свободной от зонта рукой, чтобы охладиться.

— Как успехи, Джирайя-чан? — спросила жаба, кокетливо выглядывая из-за цветастого веера.