Просто друзья?

— Ах ты сволочь! Ты ответишь за это, говнюк шрамированный! — злобное приглушённое пальцами шипение Малфоя почти не доходило до Гарри. Он отрешенно наблюдал за тем, как слизеринец размазывает кровь по лицу. Гарри показалось, что этого мало и он снова выбросил вперед кулак, в этот раз попадая ему в скулу. Малфой буквально взвизгнул, отшатнувшись от него к подоконнику.

— Еще раз тронь меня, сука!

Гарри скривился: его тошнило от пустых угроз Малфоя. Он резко схватил того за мантию, притягивая к себе.

— Я предупредил тебя, урод. Еще раз я узнаю, что ты посмел тявкать на Гермиону, и твоему смазливому личику пиздец, ты понял?

Серо-голубые глаза Малфоя смотрели на него с ненавистью и отвращением. Гарри стало противно, захотелось отшвырнуть от себя эту паскуду и вымыть руки. Пихнув Малфоя по направлению к выходу, он наблюдал, как тот хватает сумку, выбегает из туалета, что-то злобно крикнув напоследок.

Плевать. Сейчас Гарри чувствовал, как по телу от костяшек правой руки, впечатавшейся в морду ненавистного хорька, растекается приятное тепло. В этом был особый смак — надавать ничтожеству по роже без помощи магии. Конечно, хотелось наказать Малфоя еще больше, но пока ему и этого хватит. Где-то на периферии здравого смысла промелькнула мысль, что гадёныш не оставит себя неотомщенным, но сейчас Гарри было всё равно. Он посмотрел на себя в зеркало, предпринял очередную бесполезную попытку пригладить волосы, усмехнулся сам себе и вышел из туалета.

По пути на урок он ощущал, что его беспокоит что-то… неуловимое. Покопавшись в себе, он наконец-то осознал, что именно.

Да, он злился на Малфоя за то, что тот оскорбил его подругу, но гораздо больше злило его омерзительное предположение о том, что Рон… даже думать о таком было противно. Нет, этого не было и не будет — Уизли никогда не прикоснется к Гермионе своими нелепо большими руками или чем-то еще!

Гарри был так взвинчен, что не сразу понял: его окликнул знакомый властный голос. Повернувшись к декану своего факультета, он поймал на себе неодобрительный взгляд.

— Мистер Поттер, — Макгонагал поджала губы в своей излюбленной манере, изучая Гарри, — хочу напомнить вам, что в этом году вы являетесь капитаном грифиндорской команды по квиддичу. Поэтому вы должны как можно скорее полностью укомплектовать ее и не затягивать с тренировками.

Квиддич! Как он мог забыть: в этом году он получил значок капитана! Гарри постарался выдавить из себя улыбку, однако лицо декана оставалось все таким же строгим.

— Да, профессор… Я помню, сегодня же назначу дату.

— Хорошо, — в этот момент взгляд Макгонагал упал на его руки. Профессор нахмурилась. — Что произошло, мистер Поттер?

Гарри отлично понимал, что сбитые костяшки свидетельствуют об одном — о драке. Конечно, можно было рассказать профессору неправдоподобную сказку о том, что он случайно ударился о стену, однако Гарри отлично понимал: мудрую женщину этим не убедить.

— Я… Я подрался с Драко Малфоем, профессор.

— Надеюсь, у вас была веская причина, Мистер Поттер, — процедила Макгонагал, — хотя я не знаю таких дел, которые нельзя решить на словах.

— Я понимаю. И признаю свою вину, — Гарри посмотрел декану Гриффиндора в глаза, — но я не мог спустить этому идиоту оскорбление моей лучшей подруги!

— Мистер Поттер, выбирайте выражения! — тон у Макгонагал был возмущенным, однако в глазах мелькнуло понимание. — Драко Малфой — искусный манипулятор, поддаваться на его провокации в высшей степени глупо.

Гарри виновато опустил глаза. Он видел, что Макгонагал на его стороне, однако положение ставило ее в определенные рамки.

— Профессор, я приму любое наказание, — Гарри взглянул на Макгонагал и готов был поклясться, что ее тонкие губы тронула улыбка.

— Это мы обсудим с вами позже, Гарри. А сейчас отправляйтесь на урок.

Глава 6

Любые новости распространялись по Хогвартсу с молниеносной скоростью. Вернувшись с Заклинаний в башню Гриффиндора, Гарри слышал, как два пятикурсника обсуждают, что Драко Малфоя кто-то отколошматил в первый учебный день. Поговаривали, что его видели бегущим к гостиной Слизерина с окровавленным лицом. Естественно, история уже обросла нелепыми подробностями, но это было не так уж важно.

Гарри улыбался, однако инстинктивно прятал руку с разбитыми костяшками в карман: нужно заскочить к мадам Помфри — она никогда не задает лишних вопросов, а просто делает свою работу.

За обедом Гарри заметил, что взбучку, которую получил хорек, обсуждает куча народа. Но гораздо важнее для него было то, что Гермиона, несмотря на показное равнодушие к этой истории, выглядела довольной и гораздо более бодрой, чем с утра. Он запихал поглубже желание подойти к ней и рассказать, что именно он покарал мерзкого недоноска. Подобное бахвальство Грейнджер не оценила бы.