Фандом: Гарри Поттер. Все мы знаем Поттера, как спасителя магического мира и героя-одиночку. Но почему-то напрочь забываем о том, что он, в первую очередь, подросток со своими переживаниями и желаниями. Что, если совершенно внезапно одним из таких вот его желаний стала лучшая подруга? И сможет ли подростковая похоть, порожденная разбушевавшимися гормонами, перерасти в нечто большее?
404 мин, 12 сек 16171
Ватка переместилась к брови, Гарри ощущал, как стягивается кожа в местах, по которым проводит Гермиона. Из лица постепенно исчезали раскаленные иглы. Даже ребра, кажется, стали болеть меньше, хотя Гарри знал: утром ему будет сложно даже подняться, что уж говорить о походе в медпункт. Но сейчас его мало волновали такие глупости, был только этот момент, в котором Гермиона с обеспокоенным видом обрабатывала его раны, усмиряя боль своим нежным дыханием.
— Ну вот, лицо в порядке, наверное, мадам Помфри даже не придется ничего делать, — довольный голос подруги вывел Гарри из задумчивого оцепенения.
— Спасибо, — снова можно было улыбнуться, не боясь, что получится вымученный оскал.
Гермиона задумчиво провела пальцем по разбитым костяшкам Гарри, заставляя его закусить щеку. Не от боли, само собой.
— Вы, мальчишки, думаете, что все в мире проблемы можно решить дракой.
— Ты не хуже меня знаешь, что разговаривать с Малфоем бесполезно!
Гермиона посмотрела на Гарри со своим фирменным упрямым выражением на лице.
— Не нужно обращать на него внимания!
— Но он оскорбил тебя!
Гермиона вздохнула, смочила еще одну ватку настойкой и начала протирать костяшки. Кожа заживала моментально.
— Я способна пережить тупые слова какого-то недоумка, Гарри. Ты же не будешь бросаться на него всякий раз, когда он скажет обо мне гадость.
Буду, еще как буду! Я убью эту ублюдка!
Злые слова почти сорвались с заживших губ. Однако Гарри сдержался, накрыл руку Гермионы своей и прошептал:
— Я видел твою реакцию: то, что сказал этот урод, задело тебя. А я не хочу, чтобы ты снова плакала из-за него. Или из-за кого-то другого…
Гермиона вспыхнула, в ее взгляде больше не было упрямства, его сменила несвойственная девушке нерешительность.
— Я… Я плакала… О, боже, Гарри, просто слова Малфоя… — она на секунду зажмурилась, — не могу поверить, что обсуждаю это с тобой! Даже с Джинни не обсуждала…
Гарри напрягся. Он редко видел Гермиону в таком состоянии, ей всегда было что сказать, а тут… Сейчас он как будто стоял на пороге чего-то очень личного и не был уверен, что хочет знать какие-то интимные тайны своей подруги.
— Гермиона, ты не обязана мне что-то рассказывать, объяснять… — Гарри сжал её руку, чувствуя, как по его телу проходит пульсация. Сейчас больше всего на свете хотелось прижать к себе Гермиону, спрятать ее краснеющее лицо у себя на груди и гладить ее роскошные волосы, пахнущие яблоками.
— Ох, Гарри! — она вырвала свою руку и спрятала лицо в собственных ладонях — не совсем тот вариант, который крутился в мечтах Поттера. — Просто его слова, такие гадкие… А ведь я даже ни разу…
Гарри понял, что она хочет сказать. И почувствовал крошечный взрыв радости в животе, а дурацкие картинки того, как Рон лапает ее своими ручищами, рассыпались. Он резко схватил Гермиону за плечи и привлек к себе. Одна рука легла на напряженную спину, вторая пробежалась по шее и зарылась в волосы. Гермиона тяжело вздохнула, позволяя Гарри прижать себя, немного помедлив, она несмело обняла его за талию, уткнувшись лбом в его плечо.
Гарри не удержался, прижался носом к затылку девушки и шумно вдохнул.
— Гарри? — Гермиона в миг отстранилась и вопросительно посмотрела на него снизу вверх.
— Прости, — Гарри замялся, — твои волосы так сладко пахнут…
Как и вся ты! Боже, как же я хочу поцеловать тебя!
Мысль пронеслась в голове кометой, обжигая его изнутри. Гермиона выглядела озадаченной и смущенной, опять смущенной!
— Наверное, пора спать, — пробормотала она, отстраняясь и поднимаясь на ноги. — Слишком много событий для первого учебного дня.
Подобрав свою книгу и закупорив пузырек с лекарством, Гермиона еще раз посмотрела на Гарри, словно хотела оценить результаты своей работы.
— Ран на лице совсем не осталось, пожалуйста, сходи завтра к мадам Помфри, как только проснешься! — Гарри почти машинально кивнул. — Ну всё, спокойной ночи.
Гермиона развернулась на каблуках и стремительно унеслась в спальню девочек. Гарри с тихим стоном откинулся в кресле. Она снова удрала от него. Ускакала, словно горная козочка. Кажется, он напугал ее.
Еще бы, идиот, зачем нужно было так напирать? «Твои волосы так сладко пахнут» — ты рехнулся? И это после того, как Гермиона почти призналась в том, что она девственница!
Так, все, этот день, как и предыдущий, нужно немедленно закончить. А завтра… Завтра нужно придумать, что бы такого сделать с ублюдочным Малфоем. А еще завтра нужно постараться не думать больше о Гермионе и не пытаться прижимать ее к себе при любом удобном случае.
— Ну вот, лицо в порядке, наверное, мадам Помфри даже не придется ничего делать, — довольный голос подруги вывел Гарри из задумчивого оцепенения.
— Спасибо, — снова можно было улыбнуться, не боясь, что получится вымученный оскал.
Гермиона задумчиво провела пальцем по разбитым костяшкам Гарри, заставляя его закусить щеку. Не от боли, само собой.
— Вы, мальчишки, думаете, что все в мире проблемы можно решить дракой.
— Ты не хуже меня знаешь, что разговаривать с Малфоем бесполезно!
Гермиона посмотрела на Гарри со своим фирменным упрямым выражением на лице.
— Не нужно обращать на него внимания!
— Но он оскорбил тебя!
Гермиона вздохнула, смочила еще одну ватку настойкой и начала протирать костяшки. Кожа заживала моментально.
— Я способна пережить тупые слова какого-то недоумка, Гарри. Ты же не будешь бросаться на него всякий раз, когда он скажет обо мне гадость.
Буду, еще как буду! Я убью эту ублюдка!
Злые слова почти сорвались с заживших губ. Однако Гарри сдержался, накрыл руку Гермионы своей и прошептал:
— Я видел твою реакцию: то, что сказал этот урод, задело тебя. А я не хочу, чтобы ты снова плакала из-за него. Или из-за кого-то другого…
Гермиона вспыхнула, в ее взгляде больше не было упрямства, его сменила несвойственная девушке нерешительность.
— Я… Я плакала… О, боже, Гарри, просто слова Малфоя… — она на секунду зажмурилась, — не могу поверить, что обсуждаю это с тобой! Даже с Джинни не обсуждала…
Гарри напрягся. Он редко видел Гермиону в таком состоянии, ей всегда было что сказать, а тут… Сейчас он как будто стоял на пороге чего-то очень личного и не был уверен, что хочет знать какие-то интимные тайны своей подруги.
— Гермиона, ты не обязана мне что-то рассказывать, объяснять… — Гарри сжал её руку, чувствуя, как по его телу проходит пульсация. Сейчас больше всего на свете хотелось прижать к себе Гермиону, спрятать ее краснеющее лицо у себя на груди и гладить ее роскошные волосы, пахнущие яблоками.
— Ох, Гарри! — она вырвала свою руку и спрятала лицо в собственных ладонях — не совсем тот вариант, который крутился в мечтах Поттера. — Просто его слова, такие гадкие… А ведь я даже ни разу…
Гарри понял, что она хочет сказать. И почувствовал крошечный взрыв радости в животе, а дурацкие картинки того, как Рон лапает ее своими ручищами, рассыпались. Он резко схватил Гермиону за плечи и привлек к себе. Одна рука легла на напряженную спину, вторая пробежалась по шее и зарылась в волосы. Гермиона тяжело вздохнула, позволяя Гарри прижать себя, немного помедлив, она несмело обняла его за талию, уткнувшись лбом в его плечо.
Гарри не удержался, прижался носом к затылку девушки и шумно вдохнул.
— Гарри? — Гермиона в миг отстранилась и вопросительно посмотрела на него снизу вверх.
— Прости, — Гарри замялся, — твои волосы так сладко пахнут…
Как и вся ты! Боже, как же я хочу поцеловать тебя!
Мысль пронеслась в голове кометой, обжигая его изнутри. Гермиона выглядела озадаченной и смущенной, опять смущенной!
— Наверное, пора спать, — пробормотала она, отстраняясь и поднимаясь на ноги. — Слишком много событий для первого учебного дня.
Подобрав свою книгу и закупорив пузырек с лекарством, Гермиона еще раз посмотрела на Гарри, словно хотела оценить результаты своей работы.
— Ран на лице совсем не осталось, пожалуйста, сходи завтра к мадам Помфри, как только проснешься! — Гарри почти машинально кивнул. — Ну всё, спокойной ночи.
Гермиона развернулась на каблуках и стремительно унеслась в спальню девочек. Гарри с тихим стоном откинулся в кресле. Она снова удрала от него. Ускакала, словно горная козочка. Кажется, он напугал ее.
Еще бы, идиот, зачем нужно было так напирать? «Твои волосы так сладко пахнут» — ты рехнулся? И это после того, как Гермиона почти призналась в том, что она девственница!
Так, все, этот день, как и предыдущий, нужно немедленно закончить. А завтра… Завтра нужно придумать, что бы такого сделать с ублюдочным Малфоем. А еще завтра нужно постараться не думать больше о Гермионе и не пытаться прижимать ее к себе при любом удобном случае.
Страница 23 из 110
