Курская АЭС, 2 июля 2013 года. Я сидел перед видеорегистратором и смотрел на его экран, огромный экран, поделенный на четырнадцать квадратов, и на каждый из квадратов передается изображение от видеокамер, расположенных как внутри электростанции, так и на ее территории. Смотрел, и от такого количества картинок глаза стремились разойтись в разные стороны да так и остаться в таком положении навеки. Наконец, сумев оторваться от экрана, я поглядел на своего напарника. Тот, похоже, уснул.
Добавить в моё избранное
32 мин, 24 сек 2164
Я ведь так и не выяснил, что же произошло: перемещение во времени, или это перемещение в другую реальность, или это все были видения? Тогда как я объясню появившиеся у меня армейские навыки? Единственный способ расставить все точки над «i» — посетить Курскую АЭС. Если я узнаю места, то последние сомнения отпадут. Деньги на поездку есть, благо подрабатывал, где только мог. Я принял окончательное решение — съездить на АЭС.
«Все нормально, светит солнце, над горой встает туман» — строчки из песни проносились у меня в голове. Я приближался к станции со стороны Курского водохранилища, утренний туман поглощал все звуки, и окружающий мир на расстоянии пятнадцати метров от меня тонул в белесой стене тумана. Туман был очень густой, словно молоко расплескали в воздухе.
Поездку на АЭС я не стал откладывать в долгий ящик, сказав родителям, что собираюсь пожить у кузины, я взял деньги и отправился на вокзал. К двоюродной сестре меня отпускали без разговоров, в ближайшие два дня никто меня не хватится. В Курск я прибыл вчера вечером, несколько часов провел на вокзале, потом сел на автобус, следующий до Курчатова, а от Курчатова до АЭС шел пешком.
Когда я подходил к станции, туман уже рассеивался, и я разглядел возникшую из тумана громаду станции. Видимость была неважной, но, несмотря на это, было ясно, что АЭС огромная, это целый город. Город, который могут уничтожить всего несколько человек. Поежившись от таких мыслей, я свернул с дороги и пошел по высокой траве. Я шел вдоль бетонного забора, увенчанного спиралью Бруно, забора, окружающего АЭС.
Туман уже окончательно рассеялся, вместе с ним расточилась и утренняя прохлада. День вступил в свои права, солнце уже было в зените и теперь нещадно пекло в голову, выпаривая оттуда воспоминания и мозги. Все места мне были знакомы, я помнил этот забор, а там, метров через сто, в заборе должна быть дыра, достаточно большая, чтобы я мог в нее пролезть. И действительно, через сто метров обнаружилась дыра. «Вот так» — подумал я, — сверху спираль Бруно, а снизу… Только надписи«Добро пожаловать» не хватает. Откуда взялась эта дырка, и почему ее не заделают? Неужели у государства и на это денег нет?«.»
Я точно знал, что в ближайшие тринадцать лет эту дыру не заделают, а потом уже и заделывать будет не нужно. Я немного постоял, а затем пролез в эту дыру и углубился на территорию АЭС. Сильно глубоко забираться не собирался, просто, для убедительности, решил увидеть еще пару мест.
Я обходил предполагаемые точки видеонаблюдения и короткими перебежками, пригибаясь, добрался до напорного бассейна, а прямо за ним располагался машинный зал. Еще раз окинув взглядом территорию АЭС, я решил уходить.
Уже добрался до дыры в заборе, как услышал крик:
— Стой!
Я знал, что очень рискую, но я шел на этот риск. Не убедившись в том, что мне знакомы окрестности АЭС и сама станция, я бы не поверил сам себе. Все эти годы я находился в непонятном состоянии, меня постоянно одолевало чувство нереальности происходящего. Именно поэтому я отправился к знахарке, именно поэтому поехал на АЭС, но теперь, если я попадусь, мне предъявят обвинение в проникновении на объект государственной важности, и все мои планы накроются медным тазом. Когда я убедился, что все это мне знакомо, и когда окончательно во все поверил, именно тогда мне на хвост села погоня.
— Стой!
Оглянувшись, я увидел трех бегущих ко мне военных. Не теряя ни секунды, я бросился со всех ног к спасительной дырке, благо до нее было метров пятьдесят, в дырку я проскочил как ящерица в нору. Оказавшись по ту сторону забора, я припустил по траве в сторону посадок, бежал я долго, не оглядываясь, чувствуя погоню, лишь в лесочке я остановился и огляделся. Вроде никого. Сбоку я услышал шорох, а затем кто-то сбил меня с ног.
Кто-то сбил меня с ног и повалил на траву. Но я ужом вывернулся из-под напавшего, не глядя из положения лежа ударил назад ногой и попал во что-то мягкое, сзади раздался приглушенный мат. Затем я вскочил на ноги и наконец рассмотрел своего противника. От увиденного глаза полезли на лоб — передо мной стоял майор Клевцов.
— Майор Клевцов!
Офицер попытался скрутить меня снова, этого нельзя было допустить, и я вступил с ним в рукопашный бой. Это было безумием, но единственный мой шанс — это отбиться от майора и убираться отсюда на повышенной скорости. Ударом ноги в грудь я сбил офицера с ног.
Едва очутившись на земле, военный выхватил свой пистолет, навел на меня и сказал:
— Допрыгался мальчик? А теперь мордой к дереву и руки за спину.
Я подчинился, не хотелось мне свинцовый привет в лоб получать. На моих запястьях защелкнулись наручники, после чего майор усадил меня у дерева, сам же уселся напротив и, держа пистолет в руке, смотрел на меня как на диковинную зверушку.
— Хорошо дерешься, парень, — сказал наконец майор.
— Откуда знаешь мою фамилию?
«Все нормально, светит солнце, над горой встает туман» — строчки из песни проносились у меня в голове. Я приближался к станции со стороны Курского водохранилища, утренний туман поглощал все звуки, и окружающий мир на расстоянии пятнадцати метров от меня тонул в белесой стене тумана. Туман был очень густой, словно молоко расплескали в воздухе.
Поездку на АЭС я не стал откладывать в долгий ящик, сказав родителям, что собираюсь пожить у кузины, я взял деньги и отправился на вокзал. К двоюродной сестре меня отпускали без разговоров, в ближайшие два дня никто меня не хватится. В Курск я прибыл вчера вечером, несколько часов провел на вокзале, потом сел на автобус, следующий до Курчатова, а от Курчатова до АЭС шел пешком.
Когда я подходил к станции, туман уже рассеивался, и я разглядел возникшую из тумана громаду станции. Видимость была неважной, но, несмотря на это, было ясно, что АЭС огромная, это целый город. Город, который могут уничтожить всего несколько человек. Поежившись от таких мыслей, я свернул с дороги и пошел по высокой траве. Я шел вдоль бетонного забора, увенчанного спиралью Бруно, забора, окружающего АЭС.
Туман уже окончательно рассеялся, вместе с ним расточилась и утренняя прохлада. День вступил в свои права, солнце уже было в зените и теперь нещадно пекло в голову, выпаривая оттуда воспоминания и мозги. Все места мне были знакомы, я помнил этот забор, а там, метров через сто, в заборе должна быть дыра, достаточно большая, чтобы я мог в нее пролезть. И действительно, через сто метров обнаружилась дыра. «Вот так» — подумал я, — сверху спираль Бруно, а снизу… Только надписи«Добро пожаловать» не хватает. Откуда взялась эта дырка, и почему ее не заделают? Неужели у государства и на это денег нет?«.»
Я точно знал, что в ближайшие тринадцать лет эту дыру не заделают, а потом уже и заделывать будет не нужно. Я немного постоял, а затем пролез в эту дыру и углубился на территорию АЭС. Сильно глубоко забираться не собирался, просто, для убедительности, решил увидеть еще пару мест.
Я обходил предполагаемые точки видеонаблюдения и короткими перебежками, пригибаясь, добрался до напорного бассейна, а прямо за ним располагался машинный зал. Еще раз окинув взглядом территорию АЭС, я решил уходить.
Уже добрался до дыры в заборе, как услышал крик:
— Стой!
Я знал, что очень рискую, но я шел на этот риск. Не убедившись в том, что мне знакомы окрестности АЭС и сама станция, я бы не поверил сам себе. Все эти годы я находился в непонятном состоянии, меня постоянно одолевало чувство нереальности происходящего. Именно поэтому я отправился к знахарке, именно поэтому поехал на АЭС, но теперь, если я попадусь, мне предъявят обвинение в проникновении на объект государственной важности, и все мои планы накроются медным тазом. Когда я убедился, что все это мне знакомо, и когда окончательно во все поверил, именно тогда мне на хвост села погоня.
— Стой!
Оглянувшись, я увидел трех бегущих ко мне военных. Не теряя ни секунды, я бросился со всех ног к спасительной дырке, благо до нее было метров пятьдесят, в дырку я проскочил как ящерица в нору. Оказавшись по ту сторону забора, я припустил по траве в сторону посадок, бежал я долго, не оглядываясь, чувствуя погоню, лишь в лесочке я остановился и огляделся. Вроде никого. Сбоку я услышал шорох, а затем кто-то сбил меня с ног.
Кто-то сбил меня с ног и повалил на траву. Но я ужом вывернулся из-под напавшего, не глядя из положения лежа ударил назад ногой и попал во что-то мягкое, сзади раздался приглушенный мат. Затем я вскочил на ноги и наконец рассмотрел своего противника. От увиденного глаза полезли на лоб — передо мной стоял майор Клевцов.
— Майор Клевцов!
Офицер попытался скрутить меня снова, этого нельзя было допустить, и я вступил с ним в рукопашный бой. Это было безумием, но единственный мой шанс — это отбиться от майора и убираться отсюда на повышенной скорости. Ударом ноги в грудь я сбил офицера с ног.
Едва очутившись на земле, военный выхватил свой пистолет, навел на меня и сказал:
— Допрыгался мальчик? А теперь мордой к дереву и руки за спину.
Я подчинился, не хотелось мне свинцовый привет в лоб получать. На моих запястьях защелкнулись наручники, после чего майор усадил меня у дерева, сам же уселся напротив и, держа пистолет в руке, смотрел на меня как на диковинную зверушку.
— Хорошо дерешься, парень, — сказал наконец майор.
— Откуда знаешь мою фамилию?
Страница 6 из 9
