Вас же было трое?

— Может, пока ко мне пойдем, посидим у меня в спальне?

Я согласилась, т. к слишком уж зябко стало на улице. Мы вошли через ворота, закрыли их на щеколду (собаки у них нет), прошли в сени, а затем через кухню вошли в зал. Свет не стали включать, так как мама Фирузы уже спать легла. Но тут же у входа в зал меня захватил на секунд 5 какой-то панический страх, даже ужас… Я все так же старалась медленно идти за Фирузой и не поддаваться паники, слишком уж вокруг темно было, и от этого очень жутко. Вот мы вошли в зал, храп мамы Фирузы прекратился, видимо, она услышала скрип половиц под нашими ногами. Проходя мимо ее спальни, я, хоть и в темноте, заметила, как силуэт мамы Фирузы, чуть привставший, следит за нами. Мы благополучно дошли до спальни Фирузы, и она включила свет. Наконец-то! Стало светло на душе, и страх тут же испарился. Храп из спальни родителей Фирузы возобновился. Мы прикрыли дверь в спальню и сели на диван, который располагался вдоль общей стены со спальней родителей. И вот, сидим и ни о чем не думаем таком, и тут по этой самой стенке кто-то очень сильно ударил, как будто кувалдой пытались стенку проломить, под нами даже диван подскочил. Мы выбежали из своей спальни и вбежали в спальню родителей, Фируза:

— Мам, ты чего?

Ничего не понимающая мама в полудреме встала и включила свет. И, что интересно, кровать, на которой спала мама, находилась на противоположной стене от общей стенки. То есть, при всем желании нельзя за 1 секунду ударить чем то тяжелым по стене (ну, или самой всем телом удариться) и тут же оказаться на противоположной стороне комнаты (комната примерно 4 на 4 метра). И тут было самое интересное. Нурсиля Апай — мама Фирузы, заглядывая через наши плечи в зал, спрашивает:

— А где Денис?

Мы отвечаем, что он еще не пришел (Денис — это брат Фирузы). Глаза Нурсили округлились:

— Как не пришел? Вас же было трое.

Мы не совсем поняли, о чем она. И тут Нурсиля объяснила, что, когда мы пришли и вошли из сеней на кухню, она проснулась, потом чуть привстала, чтобы посмотреть, кто пришел и видела, как мимо ее спальни прошло ТРИ силуэта! Хотя нас с Фирузой было только двое! Нурсиля Апай говорит, что поняла, что это мы, так как два первых силуэта были с длинными волосами, а последним был силуэт с мальчиковой стрижкой. У меня волосы зашевелились. Мне уже не хотелось ни на какую дискотеку, и в этом доме оставаться тоже не хотелось. Я попросила Фирузу проводить меня хотя бы до ворот. Фируза не обломалась, оделась и вышла меня провожать. И тут третий шок в общую копилку. Погода на улице мокрая, дождливая, но БЕЗВЕТРЕННАЯ! Как вы помните, я ворота закрывала на щеколду, то есть просто так ее курица или корова не могут открыть, только человек разумный, и то, если он внутри двора находится, то откроет. А если за воротами, то ему придется позвонить в звонок. И вот мы почти подошли к воротам, и они гостеприимно открываются нараспашку! Уточняю: нет ни ветерка, ни посторонних людей во дворе. Я уже в полной панике выбежала из двора и понеслась к бабушке. Зайдя домой, я отдышалась и легла спать. Всю ночь мне снились силуэты, как будто они выбегают из дома Фирузы, перебегают дорогу и лезут в окна бабушкиного дома. С утра встала сама не своя, села пить чай с бабушкой. А бабушка, оказывается, уже все знает. Они хорошие соседки с Нурсилей, та ей с утра все и рассказала. И тут бабушка рассказала мне о Нурсиле еще кое-что. Оказывается, это был не первый случай. Нурсиле часто мерещится силуэт в доме. Муж часто на вахте, дети-студенты — в городе. В общем, она часто ночует одна в доме. Денис, правда, иногда заявляется после пар домой, и спит он исключительно в зале. Ну так вот, это была зима, рано стемнело. Нурсиля как-то проснулась ночью от того, что открылась входная дверь, и, так как дверь ее спальни всегда открыта, дабы следить за обстановкой в доме, она привстала и стала следить за тем, кто пришел. Раз вошел в дом самостоятельно, значит, кто-то из детей. Увидела силуэт Диниса, который почему-то прошел в спальню сестры. Подумала, что сын пришел, и снова улеглась спать. И тут, спустя какое-то время, снова открылась входная дверь. Нурсиля уже встала и пошла встречать. На ее вопрос: «Кто там?» услышала голос сына:«Это я, мам». Нурсиля недоумевала:

— Ты что, выходил?

Денис:

— Нет, мам, я только приехал.

— Как — только приехал? Ты пришел часа 2 назад.

Денис устало протопал мимо матери в зал:

— Нет, мам, машина застряла в сугробе, поэтому мы часа 3 промучились и только-только приехали в деревню, — улегся на диван в зале и уснул.

Нурсиля пошла в спальню дочери и включила свет. Никого нет, и она точно не спала. И вот таких вот ситуаций за зиму было несколько раз. Постепенно Нурсиля даже стала понимать — сын это вошел или не сын, по траектории силуэта. Если это был Денис, то он тут же падал на диван в зале. Если же силуэт пошел в спальню дочери, Нурсилю тут же охватывал панический страх, и она хваталась за четки и начинала молиться, ей становится так страшно, что она боится пошевелиться лишний раз.